Грейс

Вечер пятницы. Мы с Логаном сидим обнявшись на диване в его гостиной и собираемся смотреть фильм ужасов, который он выбрал на одном из кабельных каналов. Когда мы приехали после ужина в одной из кафешек Гастингса, я решила, что мы тут же поднимемся наверх, где начнем срывать друг с друга одежду. Ну и я отдам ему «свой цветок», как выразилась бы моя мама. Но парень удивил меня, предложив посмотреть кино.

Подозреваю, он старается не выдать своего нетерпения, но те пылкие взгляды, которые Джон то и дело бросает на меня, говорят о том, что мы одинаково сильно хотим этого. Но я не против не торопить события. Пусть нарастает напряжение, пусть мы немного помучаемся от предвкушения.

– Поверить не могу, что ты выбрал это, – жалуюсь я, когда на экране вспыхивают начальные титры.

– Сама сказала, что я могу выбирать, – возражает Логан.

– Да, но я думала, ты выберешь что-то хорошее. – Я пристально смотрю в экран. – Уже могу сказать, что этот фильм будет меня раздражать.

– Погоди, как раздражать? – Логан бросает на меня недоуменный взгляд. – Я думал, ты ворчишь, потому что не хочешь бояться.

– Бояться? С чего это я должна бояться?

Он смеется:

– Потому что это ужастик. Привидение убивает людей самыми изуверскими способами, Грейс.

Я закатываю глаза:

– Фильмы ужасов меня не пугают. Они меня бесят, потому что герои в них всегда ведут себя чертовски глупо. Принимают самые неправильные решения из всех возможных, а мы должны переживать, когда они умирают? Да ни в жизнь!

– Может, здесь герои будут сообразительными, рассудительными взрослыми людьми и сделают все правильно, но только их все равно убьют, – возражает парень.

– В их доме привидение, но они решают остаться. А знаешь, что было бы рассудительным? Уехать.

Он дергает меня за волосы и с осуждением говорит:

– Погоди, наверняка найдется какая-то веская причина, почему они не уехали из дома. Держу пари на пять баксов.

– Договорились.

Мы устраиваемся поудобнее: Логан лежит на спине, я рядом с ним, положив голову ему на грудь, и он гладит меня по волосам. Фильм начинается с совершенно нестрашной затравки, включающей в себя грудастую блондинку, невидимую злую силу и душ из кипятка. Блондинка умирает ужасной смертью, сварившись заживо – конечно же злой дух увеличивает температуру воды. Логан хочет вручить мне выигрыш после этой сцены, но я отказываюсь, потому что мне действительно жаль девушку. Стоить отдать ей должное: она всего лишь решила принять душ – и кто может винить ее за это?

Дальше сюжет развивается донельзя предсказуемо. Группа студентов проводит эксперименты по выявлению паранормальной активности в домах с привидениями, и вдруг бам! – один из них умирает.

– Началось! – с ликованием восклицаю я. – Очень разумная причина, почему они остаются в доме.

– Смотри дальше, просто призрак не позволит им покинуть дом, – старается предугадать события Логан.

И ошибается.

Герои начинают спорить, не лучше ли будет уехать, но одна из девушек заявляет: «Ребята, мы занимаемся важным делом! Мы доказываем существование паранормальной активности! Наука нуждается в этом. Наука нуждается в нас».

Я взрываюсь хохотом, лежа на каменной груди Логана:

– Ты слышал это, Джонни? Наука нуждается в них.

– Я тебя ненавижу, – бурчит он.

– Пять баксов, – напеваю я.

Его рука скользит вниз и щиплет меня за попу, отчего я испуганно взвизгиваю.

– Давай-давай, злорадствуй. Ты выиграла битву и получишь свои пять баксов, но я выиграл войну.

Я сажусь:

– С чего ты взял?

– Потому что тебе придется сидеть здесь до конца этого фильма и ты возненавидишь каждую секунду этой пытки. Я же, наоборот, буду безмерно наслаждаться этим.

И этот придурок абсолютно прав.

Но только если…

Когда он снова сосредотачивает внимание на фильме, я опять устраиваюсь рядом с ним, только в этот раз моя ладонь не лежит на его груди. Я кладу ее ниже, всего в какой-то паре сантиметров от пояса его штанов, в которые он переоделся после ужина. Но он, похоже, не замечает этого. Слишком увлечен фильмом. Ха. Скоро это изменится.

Как можно более невозмутимо я скольжу ладонью туда, где чуть задирается низ его белой майки. Потом просовываю под нее пальцы и слегка поглаживаю стальные мышцы его живота. Его дыхание становится тяжелым. Поборов улыбку, я оставляю ладонь там. Через секунду парень расслабляется.

На экране же группа паранормальных «экспертов»-идиотов пытается записать голос призрака на какое-то хитроумное устройство, оставшееся после съемок фильма «Охотники за привидениями».

Я подвигаюсь ближе и целую Логана в шею.

Он напрягается, а затем усмехается. Низким, саркастическим смешком.

– Не сработает, детка…

– Что не сработает? – невинным голосом спрашиваю я.

– То, что ты сейчас пытаешься сделать.

– М-м-м-хм. Конечно не сработает.

Я дразню его легкими поцелуями в шею, выгнув свое тело так, чтобы он почувствовал тепло, исходящее от моей киски. Боже. Киски. Я уже начала думать как он. Логан то и дело нашептывает мне разные грязные словечки, и мне это нравится. Мне нравится этот кураж – быть бесшабашной и смелой, и мне нравится, как дрожит его теплая плоть, когда я пробую ее своим языком.

Его голова повернута в сторону телевизора, но я знаю – он больше не обращает внимания на фильм. Выпуклость в его штанах растет, твердеет, превращаясь в длинный массивный кряж, выпирающий из-под ткани. Я целую его горло, чувствуя, как напрягаются его мышцы, как подрагивает под моими губами его кадык.

Когда парень начинает говорить, от его хриплого голоса по мне бегут мурашки:

– Ты хочешь подняться наверх?

Я поднимаю голову и смотрю ему в глаза. Затуманенные, под отяжелевшими веками. Я киваю.

Логан даже не выключает телевизор. Просто поднимается на ноги, тянет меня за собой и ведет на второй этаж, все время держа меня за руку. Его спальня убрана, в отличие от последнего раза, когда я здесь была – в тот самый вечер, когда пришла к нему, чтобы накричать из-за той проделки с Моррисом. Боже, такое ощущение, что это было сто лет назад.

Мы стоим в двух шагах друг от друга. Он не двигается. Не прикасается ко мне. Просто смотрит, и его глаза блестят так, словно он видит чудо.

– Ты такая красивая.

Вряд ли. На мне линялые джинсы и свободная полосатая рубашка, то и дело спадающая с одного плеча. Волосы спутаны сильным ветром. Я знаю, что сейчас далека от идеала красоты, но из-за того, как он смотрит на меня… я ощущаю себя красивой.

Взявшись за подол рубашки, я снимаю ее через голову и позволяю ей упасть на пол. Его ноздри раздуваются, когда он видит мой простой лифчик. Глядя ему в глаза, я тянусь за спину и расстегиваю маленькую застежку. Лифчик тоже падает на пол.

Логан всасывает воздух. Он уже видел мою грудь. Вообще-то он видел меня полностью обнаженной. Но этот голод в его глазах, в которых блестит восхищение… он словно видит меня впервые.

Я снимаю джинсы и трусики и подхожу к нему с такой уверенностью, что это пугает меня саму. Я должна нервничать, но нет. Мои руки смело стягиваю с него майку. Боже, вид его голой груди никогда не перестанет приводить меня в восхищение. Она как будто вырезана из камня. Мускулистая. Само совершенство.

Он не говорит ни слова, когда я спускаю с него штаны. На нем нет белья. Его пенис вырывается наружу, твердый, внушительных размеров, и когда мои пальцы сжимаются вокруг него, Логан издает какой-то отчаянный гортанный звук.

Но по-прежнему не прикасается ко мне. Его руки висят вдоль тела, парень недвижно стоит на месте и, кажется, даже не моргает.

– Есть причина, по которой твои руки до сих пор не на мне? – насмешливо спрашиваю я.

– Я пытаюсь не торопить события, – с мученическим видом выговаривает он. – Если я дотронусь до тебя, то не смогу остановиться, окажусь в тебе и…

Я закрываю ему рот решительным поцелуем, притягивая к себе за шею.

– В этом весь смысл. Чтобы ты оказался внутри меня.

Я кусаю его за нижнюю губу, и тут же нити самоконтроля, за которые Логан так цеплялся, с треском рвутся.

Зарычав мне в губы, он толкает меня спиной к кровати, его сильное тело вжимается в меня, его эрекция зажата между нами.

Мои лодыжки упираются в кровать, и я, взвизгнув, падаю на спину, потянув его за собой. Мы приземляемся на постель и оба смеемся над глухим стуком нашего падения. Простыни пахнут лимонным стиральным порошком, они такие чистые, манящие, и от их аромата, смешавшегося с опьяняющим мужским запахом Логана, у меня кружится голова. Дрожа от нетерпения, он снова целует меня. И Логан был прав, предостерегая меня – он не останавливается ни на секунду, даже чтобы глотнуть воздуха. Не прекращает касаться меня. Везде. Он с жадностью исследует мою шею, грудь, живот, и вот он уже у меня между ног, его язык, горячий и ненасытный, скользит по моему клитору.

Мне было неловко, когда мой парень, с которым я встречалась в старшей школе, делал то же самое. Это всегда казалось мне чем-то особенно интимным, я стеснялась, но с Логаном меня охватывает такое наслаждение, что некогда думать о том, насколько уязвимой делает меня эта позиция.

Мои бедра поднимаются к нему в жажде большего, и он, усмехнувшись, дает мне желаемое. Его губы обхватывают мой клитор и сосут, и если бы я не лежала, то точно бы упала. Наслаждение прокатывается волной по моему телу, струится по венам, и когда он просовывает в меня один длинный палец, мой разум распадается на миллионы частиц. Я кончаю быстрее, чем думала. Быстрее, чем думал он, и у него вырывается стон, когда я содрогаюсь под его лицом, его язык и палец не оставляют меня, пока длится мой оргазм.

Я приземляюсь обратно на землю, и Логан, ругнувшись, поднимает голову.

– Мне нравится заставлять тебя кончать, – шепчет он. – Это чертовски горячее зрелище. – Его палец выскальзывает из меня, потом проникает обратно, и по мне прокатывается волна нового удовольствия. – И ты такая мокрая.

Я всхлипываю, потому что его палец исчезает, но мое разочарование тут же сменяется вибрирующим предвкушением, потому что он тянется к верхнему ящику прикроватной тумбочки и достает презерватив. Сглотнув ком в горле, я наблюдаю, как Логан натягивает его на свой член. Мастерски. Боже, наверное, он делал это миллион раз. И, наверное, очень искушен в сексе.

А если я окажусь никчемной партнершей?

Мое сердце колотится с головокружительной скоростью, когда он опускает на меня свое сильное тело. Его губы касаются моего виска. Мягко. Нежно.

– Ты уверена? – шепчет он.

Я поднимаю на него взгляд, и все мои сомнения вмиг улетучиваются:

– Да.

На его лице отражается напряженная сосредоточенность, когда он подносит свой член к моей щелочке. Логан входит в меня, и я непроизвольно напрягаюсь. Он сначала проникает неглубоко, но давление оказывается слишком сильным. Ведь его член намного больше, чем его палец, который только что был внутри меня.

– Ты в порядке? – В его хриплом голосе звучит беспокойство.

– Да, – снова отвечаю я.

Внизу живота распускается жар, и мой клитор начинает пульсировать в ритм с неровным сердцебиением. Логан двигается дальше и встречает сопротивление. Ощущения странные, но не неприятные. Его лоб покрывают капельки пота, сухожилия шеи натянуты, словно он борется сам с собой.

В груди растет предвкушение, граничащее со страхом. Наверное, сейчас будет самое нелепое из всех возможных сравнений, но этот момент напоминает мне о первой депиляции ног в салоне красоты, куда привела меня мама. Я лежала, наблюдая, как на кожу наносят горячий воск, как косметолог берется за край теплой полоски, и ждала боли, которая пронзит меня, когда полоска будет содрана.

– Давай сделаем это быстро, – торопливо прошу я. – Не останавливайся. Просто сделай это.

Логан сдавленно усмехается.

– Я не хочу причинить тебе боль. – Он замер, не двигается ни вперед, ни назад. Он просто… там.

– В чем дело, Джонни? Боишься?

В его глазах загорается вызов:

– Насмешки над парнем не помогают сексу, детка.

– Как и бездействие. – Я ухмыляюсь ему. – Давай же, детка. Сорви мой цветок.

Продолжая удерживать меня одной рукой за бедро, Логан поднимает вторую к моему рту и щиплет за нижнюю губу.

– Не торопи меня, женщина. – Вглядываясь в мое лицо, он смягчается. – Ты точно уверена?

– Да…

Едва это крохотное слово срывается с моих губ, как он проталкивается глубже. Я ахаю, испуганная внезапным взрывом боли.

Теперь он весь во мне, и по его напряженному лицу я понимаю, что парень заставляет себя сдерживаться.

– Ты со мной? – шепчет Логан.

Я киваю. Боль уже ушла. Я робко двигаю бедрами, и его глаза закатываются.

– Боже милостивый, – хрипло стонет он.

Господи, ну почему он не двигается? Я чувствую себя наполненной, но одновременно до странного пустой.

Логан снова вглядывается в меня, проверяя мое состояние:

– Как ты себя чувствуешь?

Я закатываю глаза:

– Отлично. А ты?

– Я умираю. – И наконец – наконец – он перестает недвижно лежать поверх меня. Его пенис почти выходит из меня, а потом скользит обратно.

Наслаждение прожигает меня насквозь.

– О, сделай так еще раз.

– Уверена? Я хочу дать тебе время привыкнуть.

– Со мной все в порядке. Клянусь.

Его рот находит мои губы, и мы снова сливаемся в сладком, нежном поцелуе, и тут его бедра начинают двигаться. Вперед и назад, и неспешный ритм вызывает у меня гортанный стон. Я крепко держусь за него, впиваясь ногтями в его крепкую спину.

– Обхвати меня ногами, – сипло просит он.

Я делаю как сказано, угол тут же меняется, увеличивая контакт, и наши тела еще крепче прижимаются друг к другу. Он наполняет меня, снова и снова, каждое движение лишь усиливает мучительное томление внутри, и вот каждый дюйм моей кожи горит, каждый нерв натянут, все мое тело требует освобождения. Мне нужно больше. Мой клитор набух и пульсирует. Я просовываю руку между нашими телами и массирую его, и это дополнительная стимуляция творит невероятное.

Логан упирается локтями в кровать по обе стороны от моей головы и увеличивает темп, его бедра рвутся вперед, губы словно приклеились к моим – он как будто не проживет и секунды, если не будет целовать меня. Когда он касается какого-то местечка глубоко внутри меня, напряжение взрывается феерическим оргазмом, я даже не могу произнести ни звука, и лишь выгибаю спину, закрыв глаза. Дыхание застревает в горле, мои губы пойманы поцелуями.

– О, черт. – Логан входит в меня последний раз. Его спина, мокрая от пота, дрожит под моими ладонями, когда его тоже накрывает оргазм.

Я чувствую грудью, как бешено колотится его сердце, и ощущаю какое-то самодовольство – я сделала это с ним. Из-за меня он ругался, стонал и содрогался, словно мир вокруг него исчез. Я заставила его разлететься на части.

И он сделал то же самое со мной.

* * *

Когда все закончилось, мы лежим лицом друг к другу. Я чувствую себя вялой и удовлетворенной, слишком ленивой, чтобы пошевелиться. Однако это не мешает мне наслаждаться видом его прекрасного мужественного тела, вытянувшегося рядом с моим. Он длинный и мощный, на нем нет ни капли жира, лишь крепкие мускулы, натянутые на кости. Аппетитные накачанные руки, массивные бедра.

– Ты огромный, – отмечаю я.

– Ты назвала меня оглоблей? – возмущенно спрашивает Логан, но при этом улыбается.

– Не волнуйся, мне нравится быть в постели с громадным мужественным хоккеистом. – Я медленно поглаживаю его бицепс. – Нет, серьезно, ты огромный. Большая грудь, большие ноги, большие руки…

– Большой член, – подсказывает он. – Не забудь про большой член.

– Ты имеешь в виду эту крохотную штуковину? – Мои пальцы передвигаются к его промежности, пробегая по гладкой мягкой коже твердого члена. Понятия не имею, как он по-прежнему настолько возбужден после того, что мы только что делали. – Погоди, дай-ка возьму лупу, чтобы получше рассмотреть его.

– Закрой рот, женщина. – Смеясь, парень переворачивает меня на спину, и теперь я прижата к кровати его мощным телом, которым только что любовалась. Логан наклоняется, чтобы поцеловать меня в шею… но негодяй не целует меня. Он ставит мне смачный засос, и я вскрикиваю. – Что ты там говорила про мой член?

– Ничего, – пищу я. – Он идеально мне подходит.

Он усмехается, снова перекатывается так, чтобы мы опять оказались лицом к лицу, и просовывает ногу между моих ног.

– Я еще никогда этого не делал, – признается он. – Ну, лежал голый с девушкой и чтобы мы просто разговаривали.

– Я тоже не лежала ни с кем голой, но мы с моим парнем часто лежали и просто болтали.

– И о чем вы говорили?

– Обо всем. О школе. О жизни. О новостях по телику. Обо всем, что приходило в голову.

– Почему вы расстались?

– Брендон получил стипендию в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, я поступила в Брайар, и мы не захотели отношений на расстоянии. Они никогда не работают.

– Иногда работают, – не соглашается со мной Логан.

– Наверное. Но мы оба не хотели даже пытаться, так что… – Я вздыхаю. – Значит, это не была любовь века.

– Как так получилось, что ты никогда не занималась сексом? – с любопытством спрашивает Логан.

– Не знаю. Просто не сложилось. К тому же нам почти никогда не удавалось побыть наедине. У моего папы было строгое правило насчет этого: дверь в мою комнату всегда должна была оставаться открытой. Родители Брендона были еще строже. Нам даже нельзя было подниматься на второй этаж. Мы все время торчали в их гостиной, и его мама шпионила за нами из кухни.

Он хмурится:

– Мне трудно поверить, что вы не смогли найти способы остаться вдвоем на протяжении… как долго вы встречались?

– Шесть месяцев. Но мы находили способы, просто, как я уже говорила, не сложилось.

Большая ладонь накрывает мою грудь и нежно сжимает.

– Ты хочешь сказать, что он действительно ни разу не попытался попробовать? Может, он гей?

– Поверь мне, он не гей. И вообще-то сейчас он женат.

У Логана отвисает челюсть:

– Правда? Он что, старше тебя?

– Нет, мы ровесники. Просто в самый первый день в университете Брендон без памяти влюбился в какую-то девушку, и этим летом они поженились. Его мать все рассказала моему папе.

Я дрожу, когда подушечка большого пальца Логана трет мой сосок, но он, похоже, не пытается ничего начинать, а просто рассеянно ласкает меня: его щека лежит на подушке, черты лица расслаблены.

– А у тебя в старшей школе была девушка? – спрашиваю я.

Логан играет бровями:

– И не одна.

– О-о-ох, ну ты и бабник.

– Хотя с парочкой подружек у меня были серьезные отношения. С первой девчонкой я встречался в девятом классе. И даже потерял с ней девственность.

– Сколько лет тебе было? Пятнадцать?

– Четырнадцать. – Парень подмигивает. – Я рано начал. Поэтому я так хорош в этом.

Я закатываю глаза:

– И такой скромный. – Я задумчиво умолкаю. – В четырнадцать лет, мне кажется, слишком рано заниматься сексом.

– Не знаю даже, можно ли было назвать это сексом, – с усмешкой отвечает он. – Первый раз длился три секунды, если не меньше. Серьезно: я сунул, кончил и вынул. Потом было секунд десять. Или около того. Я был таким сексуально озабоченным, что терял над собой контроль, стоило ей только снять с себя одежду.

– А вторая девушка?

– Я учился в одиннадцатом классе. Мы встречались около года. Она была отличной девушкой, немного избалованной, но мне было все равно – мне даже нравилось баловать ее. – Джон хмурится. – Она изменила мне с парнем старше меня. И по-моему, он тоже учится в Брайаре.

– О, мне так жаль.

– Она разбила мое гребаное сердце. – Логан издает притворный стон, а потом берет мою руку и кладет себе на грудь. – Мне пришлось ждать несколько лет, чтобы появилась та, кто собрала его воедино.

Я тоже издаю стон. Сколько же банальщины в этом предложении!

– Ты должен был вставить эту строчку в свое стихотворение.

– Я напишу тебе еще одно, – обещает он.

– О боже. Прошу тебя, не надо. – Я зеваю и, повернувшись, смотрю на будильник. На удивление, сейчас всего лишь десять пятнадцать. – И почему я такая уставшая?

– Я измотал тебя? – Логан самодовольно улыбается. – А я-то боялся, что во время моего ВОС утратил сноровку, но, оказывается, все по-прежнему.

– ВОС? – Иногда его любовь к аббревиатурам сводит меня с ума. Молюсь, чтобы настал тот день, когда я смогу самостоятельно их разгадывать.

– Воздержание от секса, – объясняет он.

– Прошло всего-то три недели, сексуально озабоченный.

– Вообще-то… шесть месяцев.

Мои брови взлетают вверх:

– У тебя не было секса шесть месяцев?

– Да. – На его лице появляется смущенное выражение. – С тех пор, как встретил тебя.

– Быть того не может!

Теперь парень выглядит обиженным:

– Думаешь, я вру?

– Нет… конечно нет… – Мой мозг пытается переварить услышанное. Даже еще до нашей с ним встречи я знала о репутации Джона – да я сама все видела, когда он вывалился тогда из туалета на вечеринке братства.

И мы с ним были в разлуке все лето. И он совершенно серьезно сейчас говорит мне, что ни разу ни с кем не переспал? К счастью, я тоже, но я же не Джон Логан, распутник, перетрахавший половину студенток Брайара.

– Я почти это сделал, – добавляет он, его лицо искажается болью. – В начале лета, когда ты продолжала игнорировать мои сообщения. Я приехал к одной девушке, собираясь переспать с ней, но когда она попыталась поцеловать меня… я уехал. Просто почувствовал, что это неправильно.

Я сражена наповал. И в полнейшем шоке.

– Но это… – Логан придвигается ближе и нежно прижимается своими губами к моим в самом сладчайшем поцелуе. – Это… – Еще один поцелуй. – Я чувствую… – Еще один. – Правильно.