Глава 37. Даже чай не предложили

Меня под руку держит Влад Матвеевич, помогает спуститься по стильным ступеням в холл, где неожиданно собрались все гости и хозяева. Если бы не этот фееричный спуск, то меня бы и не заметили.

Однако теперь наша пара гвоздь программы. Понимаю, что вместо разговоров между собой на отвлечённые темы, типа погоды или показателей роста экономики, эти люди начнут обсуждать меня, выскочку, раз обо мне всё знает хозяин, то и для остальных я не секретный агент. А это крайне неприятно.

Снова влипла, как всегда! Ай, не привыкать, и у меня есть защитники.

Эвелина подняла голову и скорчила гримасу пренебрежения. Её «месседж» моментально считал Владилен Матвеевич, и едва заметно пожал мою руку. От неожиданности я притормозила и посмотрела на него, слишком долгим взглядом.

И теперь все, кто стоят внизу и смотрят на нас, точно думают, что у меня и господина министра есть секреты, раз мы так переглядываемся.

Наконец, последняя ступень я спускаюсь, улыбаясь.

— Спасибо огромное за увлекательную экскурсию по дому, очень понравилось.

— Ещё больше понравится, когда переедешь сюда жить! — неожиданно громко сказал Влад Матвеевич и в зале повисла гробовая тишина.

Где-то далеко на кухне упала ложечка и мы услышали её звон!

Первым очнулся Матвей! Подошёл к нам, подал руку и улыбнулся:

— Ну, дорогая мачеха, как тебе дом? — а Влад Матвеевич оценил шутку внука.

— Спасибо, милый! Потрясающе, от изобилия дизайнерских идей, мурашки по спине, весь дом наполнен обдуманными элементами. Очень круто всё, но парящая раковина моя фаворитка, — мы общаемся показательно мило. Как бы не рассмеяться и не испортить представление.

— Пойдём, налью тебе выпить сок и представлю всем.

— Да, некоторых я уже имела честь узнать! — говорю про Эвелину, которая поспешила демонстративно выйти в другой зал за Марианной.

— Гордей, мне нужно с тобой поговорить, жду в кабинете. Матвей, позаботься о гостях и о своей мачехе, как ты назвал Дарью Олеговну, — Влад отдал распоряжения и тут же поднялся на второй этаж.

Гордей, проходя мимо, притормозил на мгновение, внимательно посмотрел в глаза, я улыбнулась.

— Всё хорошо, решаешь только ты! — вдруг нашлась, как передать ему суть нашего разговора с Владиленом. И Гордей всё понял.

— А где Алина? — удивляюсь, почему её не видно в зале, спрашиваю Матвея.

— Вышла на улицу, там её любимые качели, пойдём, тебе нужно познакомиться с семьёй.

— Может, не стоит? Если меня сейчас изгонят, то к чему все эти страданья! — смеюсь.

Матвей уже ведёт меня к бабушке:

— Татьяна Фёдоровна, позвольте представить вам Дарью Олеговну, — слишком официально говорит Матвей.

Я предстала перед стильной, слегка полноватой пожилой дамой. Она когда-то была невероятной красавицей, а теперь несколько пластических операций исказили черты лица, однако, не сделав его уродливым, как это часто бывает. Она выглядит также богато, как и Эвелина. Только украшения дороже, на мой неопытный взгляд, в ювелирных отделах я не работала.

Эта дама прекрасно себя ощущает в этом мире, она богата, довольна собой, но немного раздражена. И я даже догадываюсь о причинах её раздражения.

— Добрый день, рада знакомству, — улыбаясь, говорю дежурную фразу.

— Не могу назвать этот день добрым, но Матвей просил вас принять, поэтому вы тут, это ненадолго! Доверьтесь моему опыту! — она решила не скрывать своего отношения ко мне.

— Понимаю, всё абсолютно зеркально и взаимно, но вот при Алиночке делать такие громкие заявления не стоило, она и без вас переживает стресс от потери мамы. Она же не просто так сбежала на улицу, и, наверное, раздетая, а уже осень? Мне вообще ровно, как вы ко мне относитесь, но портить настроение детям Гордея я не позволю.

Нет, я не рычала и не шипела, я просто вспомнила опыт работы администратора, с такими дамочками нужно разговаривать чётко и по существу. Не дожидаясь, пока её разум примет мою дерзость, разворачиваюсь и ухожу.

И так понятно, что тут мне никогда не будут рады. Для них идеальная жена для Гордея это Эвелина, которая уже втёрлась в доверие и поёт с ними в одном хоре.

Моё дерзкое соло выбивается и раздражает, точно такое же, как когда-то Людмилы.

— Даша, если хочешь, принесу твой плащ и пойдём найдём Алину, — Матвей уже понял, бесполезно знакомиться с теми, кто меня заочно ненавидит, раз я так неудачно заняла чужое место.

— Да, принеси и проверь, её куртка не осталась ли в доме, я переживаю.

— Хорошо, стой тут, никуда не уходи.

— Да я уже всё обошла! — иронично вспоминаю экскурсию.

Через несколько минут Матвей приносит одежду и курточку Алины.

— Ну как так? Она же замёрзнет и простынет, полный дом взрослых и никому нет дела до ребёнка?

Накидываю плащ и собираюсь выйти за Алиной и слышу голос:

— Правильно, нянька должна знать своё место и работу. Когда мы поженимся, будешь в этом доме жить с ней, а мы в городе. Поняла! — что-то такое произошло, что эта мымра вдруг решилась на откровенную агрессию?

— Вот даже комментировать не хочу вашу тупость. Но посмотрела бы как ты пытаешься на аркане затащить такого буйвола, как Гордей под венец. Боже, вы с Романовым идеальная пара, у него нет члена, у тебя мозгов, — прошипела я. Но Матвей услышал, не выдержал и громко рассмеялся.

— Ну, ты мать даёшь! Пошли искать систер! Правда, заболеет, — он взял меня под руку, и всё ещё смеясь, помог выйти. Через несколько минут мы заметили Алину, к счастью, она завернулась в клетчатый плед и сидит, покачиваясь на массивных качелях.

— Алина, мы принесли тебе куртку! Давай-ка оденемся и покачаемся все вместе, на этой качели. Матвей и я сядем по разные стороны, вот так, укроем ноги пледом и подождём возвращения вашего отца. И, кстати, я в восторге от платья, спасибо большое!

— Даша, ты же не оставишь нас? — вдруг спросила Алина, потом уткнулась лицом в меня и зарыдала, так громко и горько, что я испугалась. Смотрю на лицо Матвея, и он сам сейчас в шоке.

— Детка, я люблю тебя. Это уже навсегда, любовь же нельзя просто так взять и выкинуть. Ты моя девочка, и не слушай никого, сейчас папа выйдет от дедушки, и мы поедем домой!

Алина всё ещё рыдает, не может остановиться. Похоже, что кто-то ей наговорил отменных гадостей.

— Она сказала, что по тебе тюрьма плачет и рано или поздно ты там окажешься, — продолжает Алина.

— Это она тебе сказала? — я вскипаю.

— Нет. Тёте Марианне, они разговаривали и меня не заметили. Они хотят, чтобы папа женился на Эвелине.

Я замираю.

И тут, как обычно, в подобных безвыходных ситуациях вдруг ляпаю:

— Дедушка сказал, что я ему очень нравлюсь и он поможет мне получить развод, чтобы я скорее вышла замуж за твоего папу.

Алина замерла, подняла заплаканное лицо и спросила:

— Правда? Ты сейчас не для того, чтобы я успокоилась?

— Матвей подтвердит, когда мы вышли из кабинета дедушки, он мне так и сказал.

Алина срывается с качелей и бегом в дом. Даже не представляю, какой сейчас произойдёт скандал. Хорошо, если она к деду зайдёт. Но если скажет Эвелине, всё, что о ней думает. То мало мне не покажется.