Глава 54. Нежность

Ноябрь резко сменил настроение с осеннего воспоминания о лете, на дождливое ожидание зимы. И всё же моё состояние улучшилось. Аркадий кудесник восстановил здоровье с наименьшими медикаментозными вмешательствами.

Обошлись массажами, приятными процедурами, курсом витаминов, и спокойствием. Показалось, что наши горести закончились.

Любимый приехал вечером ко мне в больницу.

— Милый, ты хочешь что-то сказать, но не знаешь как? Выучила этот твой взгляд, да нормально я уже. Переживу любые новости. Даже с мамой вчера долго разговаривали и не поругались.

— Это хорошо. Ты же у меня не скандалистка? — смеётся Гордей.

— Самую малость, когда кто-то лезет в мою личную жизнь, сотрудник супермаркета из меня так и прёт! — смеюсь, сама удивляюсь, как иногда себя веду. Настоящая халда, может, с некоторыми людьми только так и надо, доброжелательность они понимают, как слабость?

— У нас свадьба через неделю. Помнишь? Без пышных торжеств, к тому времени Татьяна и Марианна уедут. Но неожиданно, отец пригласил нас к себе, хотя почему неожиданно. Он тяжело переживает, всё, что произошло за последнее время. Ну и как? Что скажешь?

— Не поняла вопрос, — прижалась к его плечу и наслаждаюсь. Соскучилась по любимому.

— Прости. Свадьбу у отца в доме, он очень просил. И Дмитрия с сыном пригласить и ещё родню. Маму твою.

— Вот маму опасно. Ей же крышу снесёт, когда она богатство твоего отца увидит. Женит его на себе.

Мы засмеялись. Понимаю, что «Великолепный век» в силе. Но всё это шутки, с другой стороны, рестораны неудобные, в моём положении тем более.

— Конечно, я согласна! Скажи ему.

— Спасибо, любимая. Я ещё не понял, какие у нас с ним отношения, но всё же разругаться всегда успеется, а постараться наладить контакт нужно ради детей.

— Ты прав. А мне так и вовсе всё равно. Лично мне он ничего плохого не сделал.

— Он тебя любит, как дочь. Это я уже заметил. Забавно.

— Да уж! — не удержалась, и сама поцеловала Гордея, он тут же ответил. Потом спохватился.

— Даша, это не все новости. Не знаю, как тебе сказать. Вчера позвонили мне по запросу из того города, где Георгий жил.

— Жил? Какой запрос? — признаться, я даже не поняла, о чём речь.

— Просил, чтобы кто-то съездил или хоть на вертолёте пролетели, — Гордей говорит слишком серьёзным голосом.

Я выпрямилась, сидела на диванчике, поджав под себя ноги, но теперь спустила их, всунула в тапки, готовая встать и обняться с мужем, потому что его тон ничего хорошего не предвещает.

— И?

— Дом сгорел, недавно кто-то поджог и спалил всё. Остов машины остался.

— Какой?

— УАЗ.

Я зажала рот рукой. Гордей промолчал, про труп старика, раскопанный животными из слишком мелкой могилы в усадьбе на краю бескрайнего леса. Это бы меня убило.

— Он застрелил Георгия и сжёг всё. И найти Романова не можем. Его мать сказала, что больше месяца не видела сына, квартира давно сдаётся в аренду, живут другие люди. Из супермаркета он уволился ещё в сентябре. Вот такие новости. Так что теперь ты переезжаешь жить к отцу с Алиной, и не только на свадьбу, мы с Матвеем будем навещать вас почти каждый день. Прости. Мы найдём эту тварь.

Молчу. Похоже, что мои глаза сейчас выразительнее слов.

— Даша, прости, не хотел бы тебя пугать. Но про опасность лучше знать, понимаешь?

— Да, конечно, — качаю головой. Чувствую, что слёзы ужаса снова текут по щекам.

— Милая, ну, не пугай меня. Даша, любимая. Собирайся. Сейчас отвезу тебя. Алину на лимузине в гимназию возит водитель. Она теперь принцесса в классе.

— Хоть кто-то счастлив в этой ситуации.

— Дом тебе понравился, папа тебя любит, качели для Алины, маленький бассейн, комната с парящей раковиной, — он начал перечислять, но я прикрыла рукой его рот.

— Любимый, милый мой, родной, там тебя нет. А мне больше ничего не надо.

Он тут же обнял меня, крепко и нежно. Только в его объятиях я чувствую себя в безопасности, любимой и желанной. Мы так давно не были наедине. Так соскучились, что сейчас у меня перехватило дыхание от волнения и возбуждения.

Целую его.

— Дашенька, лучше собирайся быстрее. Поедем домой, и я ночую у вас сегодня. Не могу больше терпеть.

— И я не могу.

— Рад, что на фоне того, что произошло, ты сейчас думаешь о нас, а не накручиваешь себя страхами.

— У меня есть ты, потом в доме отца безопасно, вы же поймаете этого урода, а я пока изучу дом, да и устала уже от всех этих проблем. Просто хочу жить, любить тебя, радоваться за Алину и Матвея. Ладно, как ты мне сказал на допросе, давайте без поэтики. Всё, собираюсь, едем домой и спим, наконец, вместе хоть прижмусь к тебе.

Не успел он меня поймать, как я уже начала скидывать вещи в пакеты. Через полчаса мы уже ехали по дождливой Москве в шикарный особняк Владилена.

Он снова сам встретил нас. Неожиданно протянул ко мне руки, приобнял и поцеловал в щёку. От такого холодного и сурового человека, и такие нежности. Нет. Это не показательное выступление перед Гордеем.

Его радость искренняя.

Мы вошли в дом.

— Я предложу вам комнату с видом на сад, там, где раковина, которая так понравилась Дарье, самая тихая и красивая спальня для двоих. Сами располагайтесь, всё уже готово к вашему приезду.

— А где Алина, — спрашиваю будущего свёкра.

— Она у себя, уроки делает. Завтра выходной, поедем с ней в город гулять, — неожиданно дедушка поделился планами.

— Хорошо! Только не балуй её чрезмерно! — строго сказал Гордей, и мы поспешили к себе.

Оказалось, что вопрос, насколько мне удобно жить у Владилена, был риторический. Гордей успел перевезти мои вещи сюда, и даже разложить их в шкафу.

— Ты уже всё сделал. К чему тогда эти вопросы? Будет ли мне удобно? Всё решил за меня! — смеюсь.

— Да, я такой, но спросил же, — он улыбнулся.

Терпеть нет сил, его руки обнимают меня нежно, губы встретились в поцелуе. Вдох, выдох.

— Я так тоскую по тебе, — прошептал, целуя меня, прикусываю его губы, он отвечает.

Снимаю скорее с себя пальто, кофту через голову, Гордей стоит напротив, и поспешно раздевается. Но мы смотрим друг другу в глаза. Боже, мне кажется, что я сейчас вижу его настоящего. В этом доме. Сильного, нет, он мощный, он наследник богатого состояния, в его сердце столько ран, но он не разучился любить.

Я физически теперь чувствую его страсть, нежность. Пропала. Не помню ничего, как мы оказались в пастели, ногами обхватываю его бёдра. Руками обнимаю его широкую спину. Он целует меня, может быть, нам бы хотелось насладиться ласками, но как же мы соскучились. Его возбуждение такое, что терпеть невозможно, помогаю ему войти и обхватываю его сильную шею. Не могу сдержаться, улыбаюсь и лизнула его волосатый сосок. Он улыбнулся, сильный, а щекотки боится.

Чувствую его в себе, каждое движение, вздрагивание и страсть.

— Не могу без тебя. Думал, сдохну, когда ты пропала, Даша, люблю тебя, — прошептал, и его страсть захватила меня, тело само двигается, мои руки не остановить, забываюсь в его любви. Теряюсь, в счастье быть с ним.

Теплом по телу растекаются ощущения каждого толчка, чувствую его в себе, кажется, что я сейчас ожила после всего случившегося.

Ещё и ещё. Моя рука скользит по его спине, не могу сдерживать порыв страсти, с такой силой сжимаю ногами его бёдра. Движения резкие и быстрые на пике.

Дыхание срывается на хрип и стон.

Вытягиваюсь в струну под ним, не ожидала, что так хотела его, не ожидала, что так быстро меня накроет его жажда. Теперь и он стонет. Выгнулся надо мной, опершись руками, боясь придавить.

На миг траектории наших тел разошлись, и он тут же снова обнял меня, крепко прижал к себе, целуя куда придётся…

Губы, глаза, щёки…

Смеюсь от кайфа.

— Люблю тебя, растворяюсь в тебе. Мне без тебя не жить, милый. Не оставляй меня. Люби…

Отдышались, снова поцелуй, нежное касание губами. Вкус страсти такой сладкий. Как я без него жила?

Он словно услышал мои мысли:

— Даша, какое счастье, что мы встретились.

— Даже при тех нелепых обстоятельствах.

Смеёмся. Ему не хочется размыкать нашу связь. Ловко прижимает одной рукой к себе и переворачивается на спину. Неожиданно я оказываюсь сверху. Теперь он гладит моё тело. А я просто легла на него и слушаю биение любимого сердца.

Хочу жить. Хочу любить! Хочу родить ему ребёнка. Неважно в этом доме, или в другом месте, главное, с ним!