Глава 43

Дрейкмор

Утро было отвратительным, и только холодный душ примирил меня с тем, что нужно снова идти в «Империю». Пожалуй, это было впервые. А может все дело в том, что рано утром я не должен быть тут.

А должен быть в квартире на Парковой. Там, где живет… она.

Дракон проснулся и привычно зарычал. Пришлось осадить его.

Вышел из душа. Склонился над раковиной, провёл рукой по запотевшему зеркалу, стирая капли. Глаза отражали звериную силу, ярость, которую я с трудом сдерживал.

Сжал каменную столешницу.

Рвано выдохнул, но напряжение не отпускало.

Внутри меня бушевала буря, которая вот-вот вырвется наружу.

Хватит.

Подозрения сжирали меня.

Что-то не клеилось в поведении моего брата, его недомолвки. А после того, как я узнал о Джослин и сестре, сомнения поселились ещё глубже.

Было мерзко осознавать, что непоколебимая вера в семью дала трещину.

То, что должно было быть надёжным фундаментом, оказалось болотом.

Так и хотелось прокричать: «Какого хрена, мать вашу!»

Молчание Айзека в этом вопросе было неожиданным. Совершенно. Как и его безразличное отношение к матери. Джослин явно нужна была помощь, возможно, даже помощь психолога. Нежелание дать ей точку опоры, возможность развиваться, было странным.

Я бы понял это, если бы речь шла о Джереми. Тот всегда был бельмом на теле нашей семьи. Даже отец отзывался о нём как о неудачнике. Но Айзек? Тот, что разделял мои взгляды на семью, жизнь, работу.

Вышел из душа в одном полотенце.

— Что ты тут делаешь? — спросил я у Франчески, которая уже сидела на краю заправленной кровати. Очевидно, служанка успела уйти.

— Я пришла, чтобы помочь.

Дракон внутри глухо зарычал, явно выражая, как его достала эта назойливая целительница. Она была затянута в строгий синий костюм с убранными в высокую прическу волосами. В целом, она была ничего, такой себе темноволосый ангел во плоти. Только с каждым днём её присутствие бесило всё сильнее.

— Повторю последний раз. Когда ты мне понадобишься, я позову. А сейчас выйди.

— Но ваши травмы. Я же говорила, что нужно регулярное вливание магии.

— Выйди, — холодно бросил я.

Под моим взглядом она, наконец, растерялась и молча вышла из спальни.

Я сжал кулак. Таблетки отлично справлялись с болью. Выплачу ей премию и отправлю восвояси.

С меня достаточно.

Прошёл в гардероб, облачился в привычный чёрный костюм и белую рубашку.

Уже спустя час я вошёл в «Империю» и первым делом подошёл к Римме. Стоило мне нависнуть над её столом, как её взгляд мгновенно отразил испуг.

— Ты больна? Плохо себя чувствуешь?

— Что? Нет, мой лорд.

— Тогда что с тобой? В последнее время твоё состояние вызывает одни вопросы. Ты не способна выполнять свои обязанности?

— Нет, нет! Я… я просто испугалась. Вы так бесшумно подошли.

— Хм.

Снова посмотрел на натянутую и явно нервную секретаршу в строгом деловом платье. Внутри ничего не екнуло.

— Документы, о которых я говорил, нашла?

— Нет, лорд Дрейкмор. Совершенно ничего, — зачастила она, нервно раскладывая карандаши и ручки на столе. — Словно их и не было.

— То есть ты хочешь сказать, что Лираэль даже не тут работала над проектом?

— Я… не знаю. Просто всё перерыла. Простите, лорд.

Перевел задумчивый взгляд в сторону.

— Собери мне в конференц-зале всех моих разработчиков-артефакторов. У тебя пятнадцать минут.

— Да, лорд.

Римма, словно газель, рванула из-за стола к лифту. Даже её высокие каблуки не мешали ей двигаться.

Я выпрямился и обошёл её стол. Там лежало написанное её рукой моё расписание на сегодня. Потом пошел на встречу со своими людьми.

Вскоре конференц-зал уже был заполнен.

Напротив меня сидел Парсли, мой главный артефактор. Он постоянно вытирал пот с шеи и лба, чем заметно раздражал. Его грузная фигура расплылась на стуле, словно он хотел слиться с ним, стать незаметным.

Я обвёл внимательным взглядом свой отдел по разработке. Десять человек. Передовые умы Империи. Все такие из себя молодцы, у каждого отличное личное дело, рекомендации, достижения.

И только сейчас я задался вопросом: а когда у них в последний раз был крупный прорыв в технике или магии? Сколько лет прошло? Пятнадцать?

Действительно ли они такие выдающиеся специалисты, какими их представляют, или пора всех к чертям уволить и набрать новых, амбициозных, готовых двигаться вперёд?

А мой проект с протезами? Чёрт бы их всех побрал, и заместителя Парсли — Смита — тоже. Долговязый с прилизанными волосами, он был полной противоположностью своего начальника. Но по возрасту — примерно такой же.

Смит держался слишком чопорно, постоянно поправлял очки и нервно приглаживал волосы.

— Кто работал с Лираэль?

Рук не поднялось. Простые лаборанты даже не пытались отвечать.

— Мне повторить?

— С нами она не контактировала, — промямлил Парсли.

Смит, как болванчик, кивнул, поправил свои очки и провёл рукой по волосам.

— Так, все, кроме тебя и тебя, — указал я на Парсли и Смита, — свободны. А вы за мной.

Звук отодвигающихся стульев неприятно резанул слух.

Мы втроём вышли из конференц-зала. В лифте царила напряжённая тишина. Вскоре я вошёл в лабораторию Лираэль.

Дракон внутри глухо зарычал, не желая никого пускать на её территорию. Пришлось его усмирить. Это моя лаборатория, и это моё здание.

Я дал ей это место, её личную территорию.

«Ты никому не давал подобного», — транслировал мне зверь.

И чем за это поплатился?

Зверь рыкнул напоследок и затих.

Я сжал кулак.

— Дверь закройте, — приказал я и прошёл к месту, где под покрывалом прятался протез.

Сдёрнул покрывало и отбросил его на соседний стол.

— Смотрите. Что скажете?

Два моих лучших артефактора, которые работали ещё со времён моего отца, склонились над столом. Парсли достал из кармана очки и надел их.

— Можем снять стекло? — спросил он осторожно.

— Это вы у меня сейчас спросили? — я окинул их холодным взглядом. — Можете ли вы снять стекло так, чтобы ничего там не пострадало? Предупреждаю, если с протезом что-то случится, то вы целыми отсюда не выйдете.

— Да, да, конечно, — затараторили они, поспешно кивая.

Я отошёл в сторону, взял один из стульев, стоявших за другими столами, и расположился на нём, склонив голову к плечу. Молча наблюдал за их неуклюжими попытками разобраться с протезом.

Час тянулся бесконечно долго. Я поймал себя на мысли, что всё больше зверею.

Наконец, спустя время, Парсли оторвал свой нос от изобретения и повернулся ко мне.

— Какие прогнозы? — мой голос звучал напряжённо. — Будет он работать? И сможете ли вы повторить подобное?

— Спецификации… нет? — тонким голосом произнёс этот пухлый мужичок, словно извиняясь.

Я поднял бровь.

— Не понял. А может, всё на блюдечке подать, м?

— Просто… просто… — забормотал он, вытирая вспотевший лоб.

— Мне долго ждать, пока ты возьмёшь себя в руки? — резко прервал я.

Парсли затрясся ещё сильнее, и по лаборатории распространился мерзкий запах страха.

— Мы… мы знаем, кто это разрабатывал. Рука мастера видна.

— Я и так знаю, что это сделала Лираэль. Хирург- целитель. Который, к вашему сведению, никакого отношения к артефакторике не имеет, — мрачно бросил я.

— Н-нет, — покачал головой Парсли, нервно оттянув ворот рубашки, словно ему не хватало воздуха. — Это… это… господин Фейрвурд.

Я подался вперёд, скрестив руки на груди.

— Та-а-к… — протянул я, сжимая челюсти. — Отец Лираэль? Хм. Подробнее. Откуда вы узнали его почерк? И вообще расскажите всё, что знаете о нём.

— Нам запрещено говорить о нём. Мы все подписали договор о неразглашении, — пробормотал Парсли, его голос дрожал.

— Это новость для меня, — сказал я, хмурясь. — Кто вам запретил?

Парсли сглотнул, отступая на шаг.

— Это указано в старых контрактах… Всем в свое время запретили упоминать его имя.

Я стиснул зубы, чувствуя, как внутри поднимается раздражение.

— И вы всё это время молчали?

— Нам не разрешали! — в отчаянии выдавил Смит, поправляя очки. — Господин Фейрвурд — талантливый артефактор, — начал Смит, сглотнув. Потом переминулся с ноги на ногу. — Очень талантливый.

— Я вижу. Дальше, — бросил я, скрестив руки на груди.

— Мы не можем… мы подписывали договор.

— Когда?

— При вашем отце. Лет пятнадцать назад, с тех пор прошло, — пробормотал он, пряча взгляд.

— Договор магический?

— Да. Откат — наши жизни, если нарушим.

Я выругался про себя, прищурившись. Что за бред?

— Так, — сдержанно произнёс я. — Где ваши договоры? Хочу ознакомиться.

А про себя уже подумал, что какого чёрта я не знаю об этом? А ещё почему в деле Лираэль нет ни строчки о том, что её отец — талантливый артефактор?

— Они… они были у лорда Дрейкмора-старшего, — пробормотал Парсли, опуская глаза.

— Но… — тут же встрял Смит, решивший спасти ситуацию, — мы бы вам советовали пройти в архив. В секретную секцию. Полка… полка, кажется, тридцатая.

Я нахмурился, глядя на этих трясущихся артефакторов.

— Закрывайте всё это.

— Мы не будем это разбирать? — осторожно спросил Парсли и посмотрел на изобретение Лираэль, вернее ее отца.

— Разбирать вы ничего не будете, пока я не получу хотя бы первичный отчёт, — резко ответил я.

Они кивнули и быстро вернули стекло на место, аккуратно накрыв протез.

Артефакторы вышли из лаборатории, а я лично закрыл её на ключ. Потом направился к лифту и нажал кнопку самого нижнего подземного этажа.

Внутри росло чувство, что то, что я там увижу, мне точно не понравится.

Лифт мягко остановился. Я шагнул в полутёмный коридор, пахнущий старой бумагой и пылью.

На стенах висели указатели с номерами полок.

Тридцатая, тридцатая…

Добравшись до нужного места, я остановился. Там стоял закрытый ящик. Все пароли от замков отца я знал наизусть. Одно дело, что их было много. И потребовалось минут тридцать, чтобы все перебрать.

Посмотрим, какие секреты прячет мой отец… и что из этого выплывет.