Глава 13

Я стояла словно вкопанная, даже не могла обернуться, чтобы глянуть Никите в лицо. Зажмурилась, снова открыла глаза и с мольбой посмотрела на молчавшую Олесю, которая также потеряла дар речи.

– Видимо, я ошибся. Многие только горазды за спиной гадости говорить, а как сталкиваются лицом к лицу с трудностями, пасуют, не способные отвечать за свои слова.

Слова Никиты вызвали во мне злость и стыд одновременно, так что я резко обернулась и заскрежетала зубами, вот только забыла, насколько он высокий – так что мой взгляд оказался на уровне его груди.

– Мое лицо выше, грубиянка.

– Не слепая, вижу.

Смотреть ему в глаза было сложно, поэтому я вздернула подбородок и сосредоточилась на его переносице.

– Ну! Я жду, – хмыкнул Никита и посмотрел себе за спину.

Я проследила взглядом и увидела, что недалеко от нас сидела его компания – два лучших друга – Егор и Гриша, и три девицы развязной наружности. И все они смотрели в нашу сторону. Практически прожигали глазами, словно у меня сейчас вырастет вторая голова, не иначе.

– Чего ждешь? – процедила я сквозь зубы, но вдруг потеряла уверенность в себе, так как Олеся кашлянула в кулачок и ретировалась, дабы не мешать нам, как она сказала. Моя рука зависла в воздухе, я не успела ее остановить и в итоге осталась с Никитой наедине.

Предательница! Я всем видом показала ей свое негодование, после же снова глянула со злобой на Никиту.

– Ну? Чего ждешь? В рот воды набрал?

Моей дерзости неожиданно не было предела, чему я и сама удивлялась, но отступать было поздно. Ноздри его раздулись, верхняя губа задергалась, а глаза прищурились так, будто он сейчас перекинет меня через колено и нагло отшлепает. Эта картина так ярко возникла в моих мыслях, что испуганно сделала шаг назад.

– А ты дерзкая, – хмыкнул Ник и вдруг повеселел. – Мне такие нравятся. Оставь-ка номерок, грубиянка.

– Ты издеваешься?

– Я похож на шута? Мы снова по второму кругу? На первый раз я тебя простил, но второго не будет. Придется извиняться.

– Ты просто смешон, если думаешь, что я снова стану с тобой общаться, – выплюнула я и развернулась, намереваясь сбежать к сестре, которая стояла около Вани и Заура. Те смотрели какое-то видео на смартфоне и не заметили пока появление Никиты.

– Снова? Так мы и не начинали, грубиянка. Только переписывались. Считай это тест-драйвом, тебе ведь понравилось? Я помню, как ты на меня смотрела в ресторане.

– Ушастым не нравятся такие надменные парни, как ты, Ник, так что сделай одолжение, отвали.

– Ушастым? – с недоумением переспросил он, а затем улыбнулся, видимо, вспомнив прошлое. – А ты еще и злопамятная, надо же. А мне внезапно стали нравиться ушастики, грубиянка.

– А мне надменные не стали нравиться. Жаль, но наши вкусы не совпадают.

– Это мы еще посмотрим. Ладно, можешь не диктовать цифры, переписка-то наша сохранилась. Разблочу твой номер и позвоню. Будь на связи.

– Извини, но лоска во мне не прибавилось. Мы с тобой не пара.

На этой ноте я развернулась, желая поскорее уйти. Кто бы знал, чего мне стоила стальная выдержка – противостоять тому, от кого так бешено бьется сердце, нелегко.

– Я не разрешал тебе уходить, ушастая! – рыкнул Ник и схватил меня за предплечье, проворно разворачивая меня и притягивая к себе.

От удара его грудную клетку на несколько секунд у меня перехватило дыхание, но когда я подняла лицо вверх, то оцепенела. Лицо Ника оказалось чересчур близко ко мне, заставив меня замереть испуганным зайцем. Господи, Сонь, уйми ты уже наконец свое предательское сердце и участившийся пульс.

Время будто замерло, отсекая всех вокруг и оставляя нас в вакууме. Наедине.

– Что здесь происходит?! – вдруг нарушил наше уединение истеричный женский голос.

– Алина? – в шоке произнесла я и отшатнулась от Ника, который держал меня за талию непозволительно близко к себе. – Что ты тут делаешь?

Сестра стояла буквально в трех метрах от нас. Сзади нее была припаркована ее машина, подаренная дедом, а я активно работала шестеренками, пытаясь понять, что происходит.

– Вы снова вместе? – спросила вслух, переводя взгляд с Алины на Ника и обратно.

– Что ты здесь забыла? Я тебя не звал! – вместо ответа Ник злобно рыкнул на нее.

– Больно надо, за тобой, как собачонка таскаться, – фыркнула она и гордо вздернула подбородок. Прошла мимо него и встала напротив меня. – Почему на звонки не отвечаешь? У нас срочный сбор, мать сказала привезти тебя.

– Что случилось? – насторожилась я.

– Сегодня дедушка с бабушкой в гости приедут, нужно помочь накрыть на стол и прогенералить.

– Но мама сказала, что сегодня нет никаких дел.

Я была рада, что она избавила меня от неприятного общения с Никитой, но возвращаться домой не хотелось. Я ведь уже понадеялась, что проведу время вне дома, где царила вечно напряженная атмосфера.

– Хватит препираться и нести чушь, бери свои вещи и поехали. Что на тебе за идиотский купальник? Черный тебе не идет, ты в нем на труп похожа.

Алине явно вожжа попала под хвост, и я даже знала его имя. Ее нервировал Никита, который не спешил уходить, а делал вид, что его присутствие в порядке вещей. До чего же бессердечный тип. Поигрался с моей сестрой, а теперь решил надо мной поиздеваться, делая вид, что заинтересован во мне.

– Хорошо, только с ребятами попрощаюсь, – буркнула я недовольно, но не стала артачиться. Иначе от матери потом знатно влетит.

Ваня расстроился, что мне пора уезжать, Зауру было откровенно пофиг, а вот Олеся явно разрывалась между желанием остаться и поддержать меня и уехать вместе. Но я не могла быть настолько жестокой, чтобы испортить и ей отдых.

– Ты оставайся, Лесь, оттянешься за нас двоих. И смотри, чтобы без шашлыка не возвращалась. Вань, а ты проследи, ок?

– Положу тебе самые вкусные кусочки, – подмигнул он мне, и я с чистой совестью, но разочарованием в душе пошла к машине за сумкой.

Пока я прощалась, Алина препиралась с Ником невдалеке, но так тихо, что я не слышала их, лишь видела, как нервно сестра сжимала кулаки и быстро двигала губами.

Я быстро прошмыгнула к ее машине, села на переднее сиденье и пристегнулась, скрываясь внутри от Ника и остальных парней. Макара среди них не было, а с другими я не особо общалась.

Благо, что Алина закончила разговор и фурией метнулась на свое водительское кресло.

– Почему родители мамы вдруг решили неожиданно нас навестить? Я думала, мама не хочет, чтобы они видели, как мы живем, – начала я разговор спустя время, когда мы уже ехали по трассе. Раньше я просто не рисковала, опасаясь, что мы попадем в аварию.

– Тебе какое дело? Сказано помогать, значит, надо помогать! – рявкнула она, будто я задела ее за живое.

– Ты чего разоралась? Будто я виновата в этом, – буркнула я и отвернулась к стеклу.

Воцарилась недолгая тишина.

– Что ты делала там с Ником? Почему не сказала, что он там будет? Он тебя позвал, да?

Алина не выдержала и ни с того ни с сего вдруг начала допрос с пристрастием.

– Нас с Лесей одноклассники позвали. Откуда мне было знать, что Ник там будет?

Я не понимала, почему я оправдываюсь, будто я перед ней в чем-то виновата. Какая же чушь.

– Он уже Ник для тебя? Что, решила мне нож в спину воткнуть?

– Нож? Ты забыла, что это ты первая меня предала?

Я поражалась наглости, с которой она наезжала на меня, но больше не собиралась позволять обращаться так с собой.

– А, я первая? То есть ты решила моему примеру последовать?

– Не передергивай, Алин, мне этот Ник после тебя не нужен.

Как бы ни старалась сказать это презрительно, но в голосе слышала и горечь. Ее не спрятать просто так, не обмануть ни себя, ни свое обманутое разбитое сердце.

– Брезгуешь? – фыркнула она и посмотрела на меня, отрываясь от дороги. – Вот и правильно. Нечего с ним яшкаться. Это не по правилам – у сестер парней отбивать.

– Вы расстались, – зачем-то поправила я ее.

Я не знала, что моя фраза произведет эффект взорвавшейся бомбы. Машина резко затормозила, и я чуть было не улетела прямиком в лобовое стекло. Не будь я пристегнута, могло произойти непоправимое.

– Выметайся! – крикнула Алина и стукнула ладонями по рулю.

– Чего?

– Я не ясно выразилась? Выметайся из моей тачки! Проваливай!

– Ты с ума сошла? Мы на трассе, скоро вечер!

– Мне плевать! Пешком дойдешь, поняла! Раз элементарных вещей не понимаешь!

Она смотрела на меня с такой злобой и ненавистью, что у меня полностью отключилось чувство самосохранения.

– Дура! – прокричала я, не сумев удержать слезы, а затем выскочила из машины пулей.

Автомобиль, как только я громко хлопнула дверцей, сразу с визгом стартанул с места, взметая дорожную пыль, а затем я смотрела ему вслед. Мне казалось, что Алина остынут и вернется за мной, но этого не происходило.

И в конечном итоге мне просто пришлось двигаться вперед, надеясь, что до города осталось совсем немного. Машины проезжали мимо, словно их не удивляла одиноко бредущая по трассе девица, но я каждый раз вздыхала с облегчением. Боялась, что со мной может случится что-то плохое.

Господи, неужели Алина и правда меня здесь бросила? На полном серьезе?

В какой-то момент, когда потемнело, около меня остановился черный автомобиль, и из окна высунулась голова какого-то небритого черноволосого мужика бандитской наружности.

– Заблудилась, красавица? – подмигнул он мне, а я в панике заозиралась по сторонам. Из того, чем могла защищаться, рядом оказалась лишь большая ветка-палка.

– Езжайте, куда ехали, иначе вам не поздоровится! – крикнула практически в истерике и, кажется, напугала мужика своим воинственным видом и гневно сверкающими глазами.

– Больная, я же помочь хотел. Вот и топай ногами, ты упустила свой шанс, – фыркнул мужик и дал по газам, оставляя меня далеко позади. Я же мирно продолжила идти пешком дальше.

Конечно, мне хотелось, чтобы сейчас мимо, как по мановению волшебной палочки, проехал Никита, заметил меня и остановился. Он бы обязательно предложил меня подвезти, посочувствовал и попенял бы на безответственность и жестокость моей старшей сестры. Но нет. Я шла вдоль лесополосы в гордом одиночестве уже часа полтора. Мимо проносились машины, от шума которых я каждый раз замирала и дрожала, опасаясь, что кто-то в салоне заметит меня и остановится. Да, помощь главного героя романтической истории бывает только в дорамах или второсортных, нет, третьесортных мелодрамах, а в реальной жизни на утро выходит сводка: Пропала без вести. Это если родители хватятся меня не через трое суток, а ночью.

– Всё будет хорошо, всё хорошо, – бормотала себе под нос тихо-тихо. Из-за сковавшего тело холода зуб на зуб не попадал, глаза сонно закрывались, но я шла вперед, понимая, что движение – это жизнь.

Некстати вспомнились слова того лейтенанта, который читал нам лекцию в школе буквально дня три назад. Как он там сказал? Юго-западное шоссе – самый криминогенный район города? Пять из девяти убийств. Господи, прошу, дай мне попасть в эти самые четыре случая.

Стоп. Это же всё равно убийства. Черт.