Глава 8. Крушение планов

— Дарин, я тебя провожу? — предложил Дамир, когда все уже собирались расходиться по домам. — Ты всё-таки новый человек в городе, ничего тут толком не знаешь, можешь заблудиться.

— Очень мило с твоей стороны, — мурлыкнула она, с готовностью подхватывая его под руку. Дамир расцвёл, но тут же озабоченно нахмурился, обводя взглядом остальных:

— Так, пацаны, а Хому кто проводит?

Вита самолюбиво фыркнула.

— Что я — маленькая, что ли? И город прекрасно знаю, — язвительно добавила она.

— Я провожу, — тут же вызвался Димка Шаповалов и, заметив её недоумевающий взгляд, спокойно пояснил:

— Темно уже, поздно, а в переулках каждый второй фонарь не горит.

Поначалу она хотела с возмущением отказаться — не нужны ей эти подачки! — но затем, взглянув на сладкую парочку, тоже демонстративно подхватила Шаповалова под руку и с большим чувством произнесла:

— Спасибо, Димочка. Ты настоящий друг!

Дамир вскинул брови, с некоторым удивлением глядя на неё, а затем всё-таки добавил:

— Я тебе позвоню… позже.

Ежевечерний созвон по скайпу был их многолетней традицией. Как бы ни прошёл день — неважно, вместе они его провели или порознь, — перед сном они обязательно болтали друг с другом, и это было едва ли не самым любимым временем суток у Виты.

— Хорошо, — кивнула она, не глядя на него.

***

Шаповалов молчал почти всю дорогу, даже не пытаясь поддерживать разговор — непонятно, зачем вообще навязался в провожатые. Хотя, возможно, Вита была к нему несправедлива, ведь Димка как друг всегда проявлял удивительную деликатность. Может, он просто чувствовал, что ей сейчас не до болтовни? В любом случае, она была ему ужасно благодарна за чуткость. Что там выдумала Дарина? «Мне показалось, что он к тебе неровно дышит». Чушь какая! Вита исподтишка покосилась на Шаповалова, который молча вышагивал рядом с ней с серьёзным, даже сосредоточенным лицом. Абсолютно бесстрастным.

— Дим, — вдруг с неожиданным даже для самой себя интересом спросила она, — а что ты пишешь?

Вита знала, что он постоянно участвует в каких-то конкурсах и рассылает свои произведения по издательствам и литературным журналам, но ей почему-то никогда даже в голову не приходило попросить дать ей их почитать.

Быстро взглянув на неё, Шаповалов коротко отозвался:

— Прозу.

— Нет, ну понятно, что не стихи! —хмыкнула она. — И всё-таки… Какой жанр, какая тема?

— Без жанра, — так же коротко и отрывисто отозвался он. — Просто проза и всё.

— Ну хоть современная? Или историческая? Реализм или фантастика?

— Когда я начинаю писать, то ещё сам не знаю, куда всё вырулит, — честно и терпеливо разъяснил он. — Например, иногда реализм сам собой плавно перетекает в мистику или даже хоррор…

— А про любовь? — с жадным любопытством спросила Вита. — Про любовь у тебя есть?

Показалось в тусклом свете редких фонарей, или он покраснел?

— Ну… не как главная тема, но как элемент сюжета — почему бы и нет.

— Дим, а дай почитать? — взмолилась Вита. — Пожалуйста!

— Тебе-то это зачем? — удивился он.

— Да понимаешь… — она замялась на мгновение, но всё-таки решилась: откровенность за откровенность. — У меня описания любовных сцен какие-то неуклюжие, скомканные. Ты же читал, ты знаешь. Да я и сама это чувствую! Мне для достоверности опыта не хватает, — смущённо докончила она. — Я теоретик, понимаешь? Сложно писать о любви, если даже не целовалась… — последние слова прозвучали еле слышно, потому что дались ей с трудом.

— А с чего ты взяла, — Димка прокашлялся, — с чего решила, что у меня такой уж большой опыт? Может, я тоже теоретик.

— Да? — Вита стрельнула в его сторону задумчивым взглядом. — Извини, просто ты мне всегда казался таким взрослым и… умным.

Его губы тронула ироничная улыбка.

— Умные люди не всегда удачливы в любви. Помнишь Чацкого?²

Вита тихонько вздохнула.

— Вообще-то, мне в принципе было бы интересно тебя почитать… Ладно, забудь. В конце концов, ты не обязан…

— Хорошо, — с неожиданной решимостью перебил он, — я дам тебе что-нибудь из последнего. Тебе как удобнее читать, в электронном виде или на бумаге? Если что, я распечатаю.

— Ну что ты, не стоит напрягаться, — Вита ещё больше смутилась. — В электронке вполне нормально.

— Тогда скину файлом тебе на почту, — пообещал Димка.

***

Мама ещё не спала. Она сидела за кухонным столом и, кажется, разговаривала по мобильному, но, когда Вита прошмыгнула в прихожую, торопливо закруглила беседу.

— Ты поздно, — заметила она, выразительно покосившись на настенные часы.

— Ну, конец учебного года же, — пожала плечами Вита. — Надо было отпраздновать.

— С Дамиром? — уточнила мама.

— А с кем же ещё. Ну, и с остальными… — неопределённо отозвалась Вита, решив пока не рассказывать о новенькой в их компании. Ещё неизвестно, надолго ли она у них задержится. А вдруг не приживётся? Вдруг, проводив красотку до дома, Дамир абсолютно потеряет к ней интерес?

Думать так было наивно и глупо, но Вита продолжала упорно отрицать очевидное. Так хотелось верить, что Дарина была всего лишь мимолётным незначительным эпизодом… и что через пару дней Дам о ней даже не вспомнит.

— Голодная, наверное? — мама открыла дверцу холодильника, нырнула в его недра и тут же загремела какими-то кастрюльками и сковородками.

— Нет, мы на пляже перекусили, — ответила Вита и протяжно зевнула. — Только чаю выпью. Мам, — внезапно вспомнила она, — ты же подала документы на путёвку в лагерь?

А мама вдруг охнула, резко выпрямилась и испуганно взглянула на неё.

— Ой!.. Виталина, детка, прости, я, кажется… забыла. Закрутилась!

Вита почувствовала, что внутри у неё что-то оборвалось.

— Как? — пролепетала она беспомощно. — Забыла? Совсем-совсем забыла? Ты не путаешь?

Побледневшая мама расстроенно покачала головой и машинально захлопнула дверцу холодильника. Вита почувствовала, как душа её наполняется отчаянием, а глаза моментально заволакивает слезами.

— А может… может, ещё не поздно? — жалобно протянула мама, но по её лицу было видно, что она и сама всё прекрасно понимает.

Льготные путёвки в этот лагерь разлетались, как горячие пирожки. Заявку следовало подавать ещё в начале мая — у Виты, как у ребёнка из неполной семьи, имелись определённые привилегии. Раньше мама исправно и точно в срок подавала необходимый пакет документов, в том числе и справку, подтверждающую статус матери-одиночки. Но даже льготники получали путёвки в порядке очереди, поэтому так важно было подать заявку в первых рядах — чтобы не опоздать и не остаться с носом.

Купить путёвку за полную стоимость было нереально. Точнее, нереально конкретно для их семьи — слишком дорого выходило, Вита была уже не маленькая и понимала, что они это банально не потянут.

Мама сцепила пальцы рук в замок и виновато покосилась на расстроенную Виту.

— А что, если попробовать в какой-нибудь другой лагерь? — нерешительно предложила она. — Ну, не сошёлся же свет клином на этом твоём «Звёздном»…

— Мама! — отчаянно, со слезами в голосе, выкрикнула Вита. — Ну какой другой лагерь?! Неужели ты не понимаешь? Там же все наши будут — и Дам, и Димка, и Сэм… мы всегда все вместе ездили! А теперь получается, что они поедут, а я нет…

Мама взглянула на неё в искреннем раскаянии, и Вита почувствовала себя настоящей свиньёй за то, что так сильно злится на неё сейчас. Мама же действительно забыла… она не специально… ей и самой плохо… И всё-таки разочарование и гнев требовали выхода, поэтому Вита продолжала обвиняюще смотреть на неё.

— Я что-нибудь придумаю, — не слишком уверенно пробормотала мама, но Вита замотала головой, уже готовая разреветься в голос, как маленькая.

— Спасибо за то, что испортила мне лето! — крикнула она и помчалась в свою комнату, где напоследок от души так шарахнула дверью, что затряслись стены.