Глава 15. Карина

Проснувшись, я начала укладывать волосы.

Внутри плясали смешинки, задорно щекотал пятки азарт, мне было любопытно и весело. Я не сказала Эльве, но включать своё обаяние на полную мощность мне ещё не приходилось. Как-то повода не было. Мужчины сами за мной увивались, мне оставалось только отвечать.

Цели вызвать в ком-то чувства я себе не ставила ни разу, но в успехе не сомневалась. В конце концов, он же сам меня поцеловал? Значит, я для него привлекательна. Остальное — дело техники.

Надев рубашку, я даже немного залюбовалась эффектом. Очень тонкая ткань. Сначала я пододела бельё, а затем сняла. Так гораздо провокационнее. И жилетку можно не снимать, просто расстегнуть…

На завтрак я шла, дрожа от предвкушения.

— Солнечного утра! — поздоровалась я со всеми на местный манер.

Сегодня место мне досталось рядом с Иртом, Эльва сидела по другую от него руку, а рядом с ней был Эльберг.

— Всем солнечного утра, — сказал Ирт, — Вчера ночью произошёл некрасивый инцидент, во время которого Риельп вломился в спальню женщины, находящейся под защитой клана. Сегодня я его казню. Надеюсь, это послужит хорошим уроком и напоминанием тем, кто сомневается в том, что клан Южного берега может защитить своих женщин.

После такого начала моё хорошее настроение испарилось.

— Она небось сама его пригласила, — хмыкнул бородач из Хвойного леса.

— Ты сомневаешься в моих словах? Я лично пришёл ей на помощь, когда это случилось. В данной ситуации всё было вполне однозначно. Решение принял я и сегодня озвучу его представителям клана Диких мест.

За столом загомонили. Воспользовавшись шумом, я повернулась к Ирту и зашептала ему на ухо:

— Неужели ты и правда его казнишь? Он же ничего не успел сделать!

— Не успел — не значит не хотел. Мои решения не подлежат обсуждению. Под моей защитой сотни женщин, и их неприкосновенность для меня в приоритете. Если я позволю одному ублюдку лазить по вашим спальням, то через неделю их будет три, а через месяц — десяток. Кроме того, ты при нападении особенно беззащитна. Любая северянка может дать отпор, а ты нет. Возможно, поэтому ингемы тебя и охраняют.

— Хорошо, — ответила я, но голос дрогнул. Риельп вызывал у меня самые неприятные чувства, но его смерти я не хотела. — Ты свободен сегодня после обеда? Я хотела предложить утреннюю прогулку Эльбергу, а послеобеденную — тебе. Я считаю, что нам нужно поговорить.

— Да, поговорить действительно нужно, — холодно ответил он и отодвинулся.

Реально взял и отодвинулся от меня!

Такого я, конечно, не ожидала, перевела взгляд на Эльву в поисках поддержки, но та пустыми глазами смотрела в тарелку. Видимо, общалась со своим женихом.

Завтрак в горло не лез.

Получается, что я старалась, делала причёску, заплетая косу в колосок у одного виска и перекидывая остальную массу волос на другую сторону. Рубашку чужую надевала, вертелась перед зеркалом, а он отодвинулся? Он что, ослеп за ночь?

Вспомнив, что вчера назвала его потаскуном, я загрустила. Наверное, обиделся. И как теперь быть? Не могу же я сказать, что говорила с Эльвой. Тогда он сразу поймёт, что я побежала к ней стучать на него.

Утреннее занятие магией было посвящено бытовому заклинанию по уборке пыли. Его мне преподавали Альса и Эльва.

После того, как материал был мною усвоен и отработан почти во всех помещениях, я начала подозревать, что исполняю чьи-то обязанности. Зато само заклинание уже от пальцев отлетало, а собранная пыль ложилась в руку маленьким наэлектризованным комочком.

В оранжерею мы с Эльвой буквально бежали.

Эль нашёлся в самой дальней комнате. Сначала мне пришлось долго гулять и ждать, пока эти двое нацелуются и насмотрятся друг на друга. Не то, чтобы я завидовала, но мне тоже хотелось, чтобы было вот так: страстно, горячо и взаимно.

Когда вышли все разумные и неразумные сроки, я возмутилась. После этого они соизволили перейти к делу. Говорила Эльва, а Эль молчал.

— Эль говорит, что на самом севере есть кусок ничейных земель, где он знает несколько удобных сторожек. Он может пригласить тебя на свидание смотреть на Северное Сияние, ты согласишься, а мы с Иртом за вами увяжемся. А дальше сделаем так, что мы разделимся и потеряемся. Например, я отстану, Эль пойдёт меня искать, так как он лучше знаком с теми землями, а Ирт останется охранять тебя. Ночевать будем в разных сторожках.

— Я не уверена, что хочу ночевать с ним один на один. У меня цель не соблазнить, а получше его узнать, — возмутилась я.

— Вот и узнаешь. Не думаешь же ты, что он будет принуждать тебя силой? — удивилась Эльва. — Опять же, это крайний вариант на случай, если до этого ничего не получится. Кстати, вот.

— Что это?

— Списки от лекаря. Те, кто ходил по борделям и обращался к нему за лечением болезней страсти.

Бегло просмотрев список глазами, я обнаружила в нём половину женихов.

— Сколько осталось до того, как все должны разъехаться?

— Двадцать дней. Ты сможешь попросить, чтобы Эль остался?

— В смысле остался?

— Ну скажи, что он в коротком списке рассматриваемых тобой кандидатов.

— А Ирт не будет ревновать? — с сомнением спросила я.

— П-п-п-п-пус-ть-ть р-р-р-ревну-у-у-ет. Э-э-э-то п-п-п-п-оле-ле-ле-ле-зно, — проговорил Эль. Парень действительно очень сильно заикался. Я дружески улыбнулась ему, понимая, что непросто, наверное, ему решиться заговорить с кем-то.

— Да, я согласна. Постарайся проводить с Элем побольше времени, а я буду рядом, — сверкнула глазами Эльва.

— Сама ревновать не будешь? — улыбнулась я.

— Нет! — просияла в ответ она. — Я в Эле не сомневаюсь!

После этого они опять начали целоваться, а мне только и оставалось, что пойти на обед. Пришла я в итоге второй, а первым был Гербольт. Я все последние дни, как могла, его избегала, тем более что подарки по списку он принёс и теперь жадно ловил мои взгляды. Эльва их осмотрела и скривилась, сказав, что он взял всё самое дешёвое.

— Карина! — с придыханием остановился он в трёх сантиметрах от меня.

— Гербольт! Я не могу находиться к тебе так близко… от тебя исходит такой запах… — здесь я не лукавила, запах реально был. Гербольт пользовался душем гораздо реже, чем стоило. Хотя не он один. То ли в своих кланах они мылись чаще, то ли изначально у меня были проблемы с обонянием, но факт остаётся фактом: к середине первой недели большинство уже пованивало. Стараясь не дышать носом, я продолжила: — такой терпкий и мужской… Лучше мне сегодня держаться от тебя подальше, иначе не выдержу… — «и блевану» — мысленно добавила я.

Синяк на попе давно зажил, но воспоминания и обида всё ещё были свежи.

— Мне хочется всё время быть с тобой рядом! — зашептал он мне в лицо. Кажется, зубы он последний раз тоже чистил на прошлой неделе.

— Ты же знаешь, что это невозможно. И потом, я сделала свой выбор. Я же говорила.

Просто не говорила, что этот выбор — не Гербольт.

— Мне не нравится, как на тебя смотрят остальные! Ты должна всем сказать!

— Я скажу. Осталось двадцать дней. Что касается того, что все смотрят — разве я в этом виновата? На красивых девушек всегда смотрят, неужели это моя вина? — надула губки я и отодвинулась.

— Мне, кроме тебя, никто не нужен, — сказал он.

— Да? Это хорошо. Одна подруга обещала передать мне списки тех, кто недавно лечился у лекаря от срамных болезней после похода по местным борделям. Видишь ли, она выкрала их, чтобы узнать кое-что о своём возлюбленном, а после решила, что мне тоже полезно будет на них взглянуть. Я очень надеюсь, что тебя в них не будет, — ласково улыбнулась я, наблюдая за тем, как он бледнеет. Мне-то известно, что он в них был, причём за лечением приходил аж дважды.

— Карина, дорогая, к чему эти списки, это недоверие… Мало ли что мог написать там полоумный лекарь?

— Действительно. Она обещала передать мне их сегодня вечером. Я бы отменила встречу с ней, если бы ты отвёз меня в город за покупками. Я очень многое слышала про местные волшебные духи, которые делают индивидуально для каждой девушки. Всегда о таких мечтала!

— Как скажешь, дорогая. Я договорюсь с Иртальтом о том, чтобы вывести тебя в город, — одними губами улыбнулся он. — Кстати, ты не сказала, как зовут твою подругу.

— Гербольт! Неужели ты всерьёз интересуешься другой женщиной? — возмутилась я.

— Нет, что ты, милая, просто уточняю. Пожалуй, пойду попробую найти главу Южных, чтобы обговорить с ним планы после ужина.

Вот и прекрасно. Избавившись от назойливого внимания, я устроилась за пустым столом. Вскоре пришли женщины с подносами, и я помогла накрыть на стол. Они ушли до того, как собрались мужчины.

Я села на привычное место, ожидая, что Иртальт сядет рядом, но он предпочёл усадить между нами Эльву.

— Он себя ведёт странно! Он меня избегает! — пожаловалась я ей.

— Даже удивительно, вот если бы ты его вчера потаскуном назвала и выгнала после того, как он тебя спасать пришёл, то, может, и понятно бы было, с чего это он. А так — тайна, покрытая сизым туманом, — с сарказмом ответила подруга.

— Ладно, разберусь, — буркнула я.

Весь обед я следила за Иртальтом, но он не посмотрел на меня ни разу. Ни единого крошечного разика!

После того, как трапеза закончилась, мы отправились в оранжерею. Шли молча.

Ирт привёл меня в комнату, где цвели местные пионы. Белые цветки размером с две ладони источали приятный, нежный аромат.

— Карина, — холодно начал Иртальт, — я бы хотел извиниться за вчерашнее. Больше такого не повторится.

Что? В смысле не повторится? Разве это не я должна говорить что-то подобное? И вообще, с чего это он решает?

— Что именно ты имеешь в виду? — на всякий случай решила уточнить я, давая ему возможно исправиться.

— Поцелуй. Это было ошибкой, — его лицо было абсолютно бесстрастным, мне стало обидно.

— Ошибкой?.. — удивлённо протянула я, лихорадочно обдумывая ответ.

— Да. Я больше к тебе не прикоснусь, — сказал он и отвернулся, словно ему смотреть на меня было неприятно.

От возмущения мне стало жарко, и я поняла, что жилетку так и не расстегнула.

— Ясно. Значит, тебе не понравилось? — спросила я, по одной направляя пуговки в петельки.

Ему пришлось обернуться. Жилетка как раз поддалась и открыла арсенал для соблазнения. Объект мазнул по мне равнодушным взглядом и начал рассматривать кусты около дорожки.

— У меня слишком давно никого не было. Я обещаю, что это больше не повторится.

— Хорошо, — оторопело сглотнула я, пытаясь сообразить, что делать дальше.

— У тебя есть ко мне ещё какие-то вопросы или просьбы?

— Да, мне нужно в город. Твой отец обещал, что я смогу поехать и купить необходимое, когда кончится метель. Прошло уже столько времени…

— А разве подарков, которые тебе делали остальные, недостаточно? Или списки были неполными? — колко спросил он, а я неожиданно покраснела. Первый раз в жизни!

— Я… мне… — растерялась я окончательно.

— Гербольт сказал, что хочет сводить тебя в город после ужина. Я ему отказал. Не вижу необходимости покидать замок.

— Ты же не можешь всё время держать меня взаперти! Кроме того, мне так интересно посмотреть на ваш город… И свежим воздухом подышать, — пролепетала я тоном, который больше бы подошёл провинившейся школьнице, чем коварной сердцеедке. Да что со мной такое?

— До тех пор, пока ты не вышла замуж, я отвечаю за твою безопасность. Если ты хочешь сходить в город, то я тебя провожу. Сейчас. Всё равно до тренировки заняться нечем, — равнодушно сказал он.

— У меня нет верхней одежды.

— Пойдём, спросим что-то у мамы.

Он взял меня под локоть и потащил за собой, как на буксире. И как бы я ни старалась, в этом жесте не смогла найти ни нежности, ни заинтересованности. Стало ещё обиднее.

Нельса выделила мне дублёнку и унты.

На голову я намотала одну из подаренных шалей. Выйти на воздух было невероятно приятно. Я не стала заморачиваться поведением Ирта, а просто впитывала новые впечатления. Снег был совсем такой же, как в нашем мире, и снежки попадали в цель точно так же, Иртальт не даст соврать.

Сугробы вокруг намело высоченные, и дорожки между ними петляли, как лабиринт. Я носилась по ним, заглядывая за каждый поворот. Свежий морозный воздух привёл меня в восторг. Замок был окружён небольшим парком, в котором то тут, то там попадались дома. Как правило, двухэтажные. Сам замок имел высоту трёх этажей и две внушительные башни, где я ещё не была и даже не знала об их существовании.

Со стороны замок выглядел захватывающе. Выполненный из крупного чёрного камня, он имел небольшие окна и украшенный каменным орнаментом фасад. Рисунок вился вокруг окон с дверями и забирался под самую крышу, украшая её коньки.

Другие дома были построены в похожем стиле. Тёмные цвета преобладали повсюду.

— Почему все дома чёрные?

— Чтобы их хорошо было видно в снегу. Кроме того, они теплее, лучше нагреваются солнцем.

— А какая температура у вас летом?

— Средняя. У нас гораздо прохладнее, чем в Альмендрии.

— А что вы делаете летом? Когда начнётся судоходный сезон? Что это в руках у вон той женщины? Это продают фрукты или овощи? А какого размера город? Сколько в нём жителей? Когда растет снег? Сколько кораблей в порту?

Я засыпала его вопросами, совершенно позабыв о его холодности. Мир вокруг был настолько интересен и необычен, что я с трудом сдерживалась, чтобы не начать трогать всё подряд. Наверное, я производила впечатление дикарки. Иртальт рядом сначала сохранял серьёзную мину, а потом сам забылся, шутил и даже улыбался под конец.

— А где парфюмерная лавка? Про неё такое рассказывают!

— Она на соседней площади. Хочешь зайти?

— Конечно, хотя бы посмотреть. Эльва сказала, что в ней делают индивидуальные духи, и первый флакончик дают бесплатно.

— Да, только он очень маленький, — улыбнулся Ирт.

— Маленький — лучше, чем никакого. Всё равно у меня денег нет, — беззаботно пожала я плечами. Пока мы шли, моё внимание привлекли объявления на двух лавках. Там требовались люди. На одной даже было написано «Требуется продавщица». Именно так, в женском роде. А значит, женщины тут всё-таки работают.

Парфюмерная лавка поразила красотой витрин.

Улыбчивый моложавый мужчина долго меня рассматривал и даже нюхал, а затем исчез за высоким прилавком. Пятнадцать минут спустя он вышел с маленьким флакончиком.

Аромат совершенно поразил меня. Я обычно выбирала что-то совсем лёгкое, а здесь запах был довольно интенсивный, цветочно-ягодный. Однако все сомнения рассеялись при контакте духов с кожей. Это было настоящее волшебство! Меня словно перенесло на прогретую солнцем летнюю поляну, где наливалась соком дикая ягода и одуряюще пахли полевые цветы.

— Спасибо вам огромное! А сколько стоит большой флакон?

— Десять золотых.

— Нужно будет делать аромат заново?

— Нет, я оставил записи и образец, теперь он будет храниться под твоим именем.

— Спасибо большое! Осталось только раздобыть десять золотых. Вы случайно не знаете, как можно устроиться на работу? — от волнения я перешла на вы, забыв, что тут принято общаться менее формально.

— Ты явно не местная, а за окном маячит Иртальт, если мне не изменяет зрение. К чему тебе работа?

— Именно к тому, что я не местная. Знаешь, как тяжело живётся девушке, если даже духи купить не на что? — лукаво улыбнулась я.

— Так уж и не на что? Не ты ли та девушка, на которую слетелись шишки из всех кланов?

— К сожалению, я. Видишь ли, внимание сильных мира сего проявляется в основном в скабрезных шутках и сальных взглядах. Если ты принимаешь оплату в этой валюте, то тут я настоящая богачка. В остальном же не имею ни гроша, — развела я руками.

— Уверен, что такая весёлая и бойкая девушка, как ты, своего шанса не упустит. Подожди здесь. Я сделаю тебе небольшой подарок.

Слово «подарок» подействовало на меня магическим образом.

Спустя ещё несколько минут пожилой парфюмер вышел с тёплой коробочкой.

— Спасибо большое. Но что это?

— Это мыло с твоим личным ароматом. Подходит также и для волос. Оно, правда, ещё не остыло.

— Спасибо огромное! Я обязательно заработаю денег и вернусь!

— Договорились! — кивнул он и проводил меня до двери.

Выйдя на мороз, я улыбнулась раскинувшемуся передо мной городу.

Тёмные дома вовсе не выглядели мрачно, скорее торжественно и стильно в обрамлении кипенно-белых сугробов. Торговая площадь была украшена скульптурами изо льда и снега. Некоторые были выполнены так искусно, что я даже обошла их по кругу.

— Какая жалость, что это растает весной! Это же настоящие произведения искусства!

— Да, их делают выпускники Школы Художественного Мастерства. Викар — родина многих именитых скульпторов, — с гордостью ответил Ирт.

— И художников?

— Да, в Минхатепе иногда расписывают зимними пейзажами целые комнаты. Говорят, что в них чувствуешь себя прохладнее.

— Там настолько жарко?

— Да, пустынный климат, заселено в основном только побережье. Они изготавливают прекрасное стекло, только вот возить его очень сложно и дорого. Приходится делать в трюмах специальные магические камеры с искривлённым пространством. Только в нём стекло может пережить все прелести многодневного морского путешествия. Обрати внимание на окна вокруг. Видишь размер стекла? Это максимальный размер, подходящий для перевозки на корабле.

Ирт провёл мне настоящую экскурсию, рассказывая о городе, его обитателях, объясняя, почему тут делают так, а не иначе. Я, в свою очередь, много рассказывала о своём мире, который тут называли Тихеррой и предпочитали туда не соваться, ведь был велик шанс не вернуться обратно. На Тихерре истощились все источники магии, и она жадно впитывала энергию из путешественников. Каждый приходящий рисковал остаться там навсегда.

Мы также говорили о Шаритоне, ему Ирт совершенно не доверял, говоря, что хотя маг всегда формально держит своё слово, но формулирует обещания так, что результат может сильно отличаться от ожиданий, при этом всегда в пользу Шаритона.

Когда речь снова зашла о магическом договоре, Ирт научил меня его призывать. Оказалось, что договор действительно есть. Вот только он аннулирован.

— Знаешь, что любопытно? Одна из сторон имеет возможность расторгнуть договор, но аннулировать его может только высшая инстанция.

— Кто? У вас есть Верховный Суд или что-то такое?

— Нет, я имею в виду богиню Справедливости. Видимо, в работу портала действительно вмешались боги, и они считают, что теперь стороны друг другу ничем не обязаны.

— Но я не понимаю, как же так? Получается, что я тут одна, без денег, без какой-либо защиты…

— Пока ты под моей защитой. А дальше выйдешь замуж и станешь проблемой мужа.

Он сказал это с таким выражением, словно я для него только и представляла из себя проблему. Наверное, это действительно было так. Свалилась как снег на голову, и теперь меня охраняй, одевай, а я ещё и капризничаю, что замуж не хочу.

Отвечать не стала, молча плелась следом, погрузившись в свои мысли. Наверное, поэтому и не заметила всадника.

— Па-а-аберегись! — зычно крикнул он. С перепугу я шарахнулась совсем не в ту сторону, в которую было нужно, — прямо под ноги огромному хищному зверю.

Мгновенно вокруг меня возник белый щит, зверь зашипел и встал на дыбы, его всадник что-то кричал, а я шарахнула молнией в пространство. Огромный серебристый зверь в тёмное пятнышко прыгнул на щит и яростно ударил когтистой лапой. Магия прогнулась и зазвенела, но удар выдержала.

Вокруг возникла суета: люди закричали, побежали, роняя вещи, заорали дети.

Я осела на землю и сжалась в комок.

Всё прекратилось так же быстро, как началось.

Всадник и Иртальт стояли напротив друг друга и мерились злыми взглядами.

— Она напала на моего талира!

— Это самооборона! Ты на пешеходной территории, здесь запрещено ездить на талирах.

— Я пересекал дорогу по правилам, эта девка сама мне под ноги шарахнулась!

— А дальше твой талир атаковал магический щит. Это нападение!

— Да ты знаешь, кто я такой? — выкрикнул всадник.

— Нет, но я знаю, что я — глава клана Южного берега, и это моя невеста, — прорычал Иртальт.

Всадник быстро сориентировался в ситуации.

— Так это она… Позволь сделать твоей невесте подарок в качестве извинения, — улыбнулся он.

— Позволяю, — надменно ответил Ирт.

Незнакомый мужчина достал из сумки мешочек, внутри которого находилось что-то тяжелое, вручил мне и, вскочив обратно на своего зверя, быстро скрылся в переулке.

Талир произвёл впечатление. Расцветкой он был похож на дымчатого леопарда, вот только основной цвет был не рыжевато-палевый, а серебристо-серый, как у барса. Сам ездовой кот был огромного размера, высотой в холке выше моего роста.

Я с любопытством развязала бархатистый мешочек и вытряхнула на ладонь небольшой камень с гладкими боками. Он жадно всосал часть моей магической силы прежде, чем я сумела сориентироваться. В эту же секунду меня потянуло куда-то внутрь огромной энергетической воронки.

Успев заметить только удивлённое лицо Ирта и загорающееся в его руках заклинание, я провалилась в портал.

Выпала из него в каком-то деревянном доме. В помещении было прохладно, на столе стояли продукты, на большой двуспальной кровати лежали одеяла. Никого не было.

Выйдя из дверей, я осмотрелась.

Насколько хватало взгляда, вокруг не было другого жилья. С одной стороны к дому подступал лес, с другой — заснеженное поле, где-то вдалеке упирающееся краем в гористый склон.

Следов вокруг домика тоже не было, из чего я сделала первый вывод, что прибывают сюда порталами. И второй вывод о том, что меня похитили. Видимо, всадник на талире это спланировал. Хотя его слова «так это она» могут говорить о том, что мне просто не повезло, он меня случайно узнал и привёл в исполнение готовый план. Рассчитана была ловушка на меня или кого-то другого? Теперь уже всё равно.

Зайдя в дом, я осмотрелась. Больше всего это место было похоже на охотничью сторожку. Грубый сруб с проконопаченными щелями, нешлифованные доски на полу пригнаны не очень плотно. Печка по одной из стенок тоже сложена аляповато, но внутри тлеют угли. Рядом большая куча дров, ведро на табуретке, ещё пара вёдер под ней. На печке устроено что-то типа поверхности для готовки, на которой стоят два котелка, кажется, чугунных. Рядом стопка деревянной посуды. На подоконнике какие-то полотенца и хозяйственные мелочи.

Из мебели тут только большая двуспальная кровать, четыре стула и массивный стол.

На столе прикрыта полотенцем еда: ветчины, сыры, бордовый лаваш, сухофрукты и несколько корнеплодов наподобие свеклы. Их я уже пробовала, на вкус, как редька, едят сырыми.

Ни шкафа для одежды, ни комода. У подножья кровати стояла застеленная половиком лавка. Я её проверила — так и есть. Настоящий сундук. В нём сложено ещё одно одеяло. Всё.

Видимо, удобства на улице.

Я сняла верхнюю одежду и села перед столом. Время ужина уже довольно скоро, мой неизвестный похититель вполне может и аппетит мне отбить, поэтому я решила подкрепиться. Мало ли, вдруг придётся уходить огородами? На голодный желудок это делать гораздо сложнее.

Передо мной стоял выбор: ждать или бежать.

И если бежать, то куда?

Насколько хватало взгляда, природа тут дикая, наверняка есть лесные звери, может даже эти страшные ирреты, с которыми и боевые маги не справляются. Кроме того, для длительного перехода я не одета и не готова. У меня даже сумки с собой не было.

Мысленно сделав пометку всё своё носить с собой, я приуныла.

Вариант ждать тоже не особо прельщал — кто знает, каким монстром окажется мой похититель? Что у него на уме? Вот не выбиралось мне из двенадцати, кто-то заботливый этот выбор резко сократил. И что, я сижу довольная? Отнюдь.

В глубине души была надежда, что меня спасут, но она таяла с каждой минутой. Я заедала своё горе. Амулет не откликался, и я не знала, услышал Ирт мой зов или нет.

Когда я совсем впала в уныние, посередине комнаты затрещал портал, и из него вывалился Ирт.

Я обрадовалась ему, как родному.

Пока он оглядывался и осматривал дом снаружи, я накидала в тарелку еды.

— Ты голодный?

— Ты всерьёз это ела? У тебя вообще инстинкт самосохранения отсутствует? — накинулся он на меня.

— В смысле?

— В смысле ты трогаешь незнакомые артефакты и ешь непонятную еду! Мало ли какое в ней зелье или яд?

О таком я даже не подумала. Упс.

— Не надо на меня орать. Можно сказать спокойно, — холодно ответила я. — Мне, знаешь ли, не приходилось иметь дело с отравленной едой, и я даже не подумала…

— В этом я даже не сомневаюсь! Я бы удивился, если бы ты подумала! — ядовито ответил он.

Ну знаете ли, это уже слишком.

— Ты сам разрешил тому типу сделать мне подарок, а теперь злишься на меня!

— Я злюсь на то, что ты без спроса активировала незнакомый артефакт, а затем на пятнадцать минут осталась без присмотра и сидишь тут ешь незнакомую еду. Ты знаешь, каких сил мне стоило раскрутить след от этого ирретова портала? Если бы в еде был яд, то я бы просто молча смотрел на то, как ты дохнешь, потому что ни на что другое у меня сил уже нет! Ты что, настолько голодная? Тебя неделю не кормили?

Вот теперь мне стало по-настоящему обидно.

Насупившись, я забралась на стул с ногами и обхватила колени.

— Хорошо, поори на меня, если тебе от этого станет легче, — спокойно предложила я.

— От чего мне должно стать легче? От того, что мы где-то на краю географии, а я потратил весь свой резерв? От того, что ты натрескалась непонятно чего? От того, что тебя не пойми с чего кто-то похищает?

— Вот в последнем я точно не виновата. Это ваши брачные игры. Одержимые какие-то! Всем меня надо женить. Если честно, то мне намного проще в магию верится, чем в то, что все мужики вокруг вдруг взяли и захотели связать себя брачными узами!

— Я глава клана, у меня должны быть сильные наследники!

— Видимо, остальные рассуждают в этом же ключе. Сейчас вы, как пещерные люди, подерётесь, и мне будет предложено отдаться победителю. Не зря вас варварами называют!

— А ты думаешь, что в Альмендрии было бы по-другому? Ты необученная, ничего не знающая магичка без семьи, денег и связей. Кому и для чего ты вообще можешь быть интересна, кроме как детей рожать? Если от тебя только одна польза, то чего удивляться, что все от тебя только этого хотят?

— Могли бы хотя бы для приличия сделать вид, что я кому-то нравлюсь как человек, — с горечью ответила я.

— Кджетилу нравишься, но ты его окрестила Котелком, раскрутила на подарки и постоянно на него орёшь, — саркастично ответил варвар.

— Это потому что у него такой фетиш!

— Что?

— То! Нравится ему, когда на него орут! Вот я и ору! — воскликнула я, уязвлённая его словами.

— Не придумывай, как такое может нравиться?

— Если не может, то чего он за мной таскается? Сам сказал, что я на него ору постоянно. Заметь, больше ни с кем я так себя не веду.

— Это ты мне сейчас пытаешься сказать, что ты, как вивра, под каждого подстраиваешься? — кажется, его такой вариант задел до глубины души.

— Вообще-то подстраиваться под собеседника — это элементарная вежливость и основа дипломатии, торговли и ведения переговоров. По крайней мере, я добилась того, что меня больше никто не оскорбляет, дарят подарки и цветы. Это, знаешь ли, существенно улучшило моё безрадостное положение.

— Значит, безрадостное положение, — хмыкнул он. — И что именно тебя не радует? Замок слишком маленький, перины слишком жёсткие, мебель без перламутровой инкрустации? — ехидно спросил он.

— Не радует, что я ни на улицу не могу выйти, ни пообщаться с кем-то, кто мне интересен. Вокруг одни гамадрилы озабоченные!

— Если бы у меня были силы на портал, то, видят боги, я бы ушёл обратно один! — рявкнул он.

— Так иди! Можно подумать, я тебя звала, — обиженно ответила я, хотя, конечно, это было неправдой. С Иртом сразу стало спокойно.

Больше мы друг другу ни слова не сказали.

Когда Ирт вышел на улицу на повторную разведку, я переползла на кровать и накрылась одеялом с головой. Обидно было ужасно. Чего он на меня вызверился, ну поела и поела, очевидно же, что было не отравлено. И потом, какой смысл меня похищать, чтобы отравить?

— Так как я не представляю, где мы, то нужно ждать, пока не восстановится мой ресурс, чтобы уйти. Это будет самое раннее к завтрашнему обеду, возможно даже к вечеру. Выложился я подчистую, — холодно процедил он.

— А я никак не могу с тобой силой поделиться? У меня есть, — робко предложила я.

— Обычно это так не работает: силу или вливают в чужое открытое для этого заклинание, или же обладают для этого специальными умениями. Как лекари, например. Иногда это получается, если люди давно друг друга знают, хорошо сработались и имеют очень высокую степень доверия. Но попробовать можно. Иди сюда.

Я подползла поближе и вопросительно на него посмотрела.

Конечно, мне всё ещё было обидно, но лучше обижаться в замке в привычной обстановке с тёплым туалетом, чем в лесной хижине с удобствами на морозе.

Он взял меня за руку и прикрыл глаза.

Я сосредоточилась на том, чтобы как-то передать ему силы, но ничего не получилось. Вернее, я чувствовала, что чего-то не хватает. Взяв его за вторую руку, я пододвинулась ещё поближе и тоже прикрыла глаза.

Его я ощущала очень чётко. Он действительно был опустошён. Насколько же тяжело было ему меня преследовать?

Мужские ладони были горячими и шершавыми. Мысли сами перетекли из делового в очень личное русло. Вспомнился поцелуй. А ведь тогда энергии переплелись. Может, попробовать?

Побоявшись, что второй раз решительности на такой демарш не хватит, я забрала ладони из его рук и положила их на резко очерченные скулы, а затем нежно поцеловала. Сама. Впервые в жизни.

Второй поцелуй с ним ощущался ещё острее. Он отвечал немного неохотно, наверное, ещё злился. Неужели правда так испугался, что я могу отравиться?

Не зная, как именно нужно поступать, я открылась ему полностью. Мне очень хотелось, чтобы он меня обнял. Правую руку я запустила в густую тёмно-медную шевелюру, левой провела до ключицы, касаясь сильной шеи.

Я почувствовала, как он впитывает мою силу. Сначала осторожно, потихоньку, затем большими, жадными глотками. Его руки по-прежнему висели вдоль тела.

Аккуратно проведя левой рукой от его плеча до кисти поверх рубахи, я обхватила пальцами его ладонь и потянула к своей талии. Несколько мгновений его рука бездвижно лежала на моём боку, а затем он отстранился и сказал:

— Этого достаточно.

После чего быстро поднялся и вышел из избушки на мороз.

Я почувствовала себя какой-то опустошённой и использованной. Хотя поцеловала его сама. Свернувшись клубочком, я спряталась под одеяло. Сил хватало только на то, чтобы не разреветься.