Глава 5

Эта ночь была для меня бесконечно долгой. Память вернулась ко мне полностью. Я размышляла над тем, что со мной случилось и думала о маленькой доченьке, с которой нас насильно разлучили. Неизвестно сколько на самом деле времени я провела в плену оборотня — два года, а может, чуть больше. Где сейчас моя малышка? Что с ней? Почему меня никто не искал? Или искали?

Вся моя жизнь с Игнатом была похожа на хорошо поставленный спектакль, участницей которого я невольно стала. Когда вернулась память, стало понятно, почему все это время мне казалось, что свою жизнь с Игнатом я наблюдаю, будто со стороны.

В голове не укладывалось, как оборотню удалось не только перевезти меня в другой город, но еще и сделать новые документы и придумать нашу вымышленную жизнь.

Теперь я понимала, для чего был нужен тотальный контроль за мной… По неизвестной причине память стала ко мне частично возвращаться, и Игнат, заметив это, перепугался. А еще… возможно, он опасался, что меня могут узнать.

Руки автоматически потянулись к телефону. В мировой паутине хранится много всякой многолетней информации, и я надеялась найти хоть что-нибудь о том, что произошло со мной и моей дочерью — новости прошлых лет, статьи в старых газетах, посты в социальных сетях. Но тут у меня промелькнула мысль о том, что, возможно, Игнат отслеживает мои звонки и сообщения. Ведь он всегда знал, где я нахожусь и даже нашел меня в огромном городе, рассказав «очередную сказку» о случайной встрече.

Поэтому решила не пользоваться интернетом, и полезла в календарь. По моим подсчетам выходило, что с Игнатом я прожила более двух лет, а значит моей дочке сейчас почти четыре года. Я гнала от себя плохие мысли прочь, опасаясь даже думать о том, что моя дочка…, могла в ту ночь погибнуть, и надеялась, что она жива. В душе кипела ненависть, и безумно хотелось отомстить мужчине, который исковеркал мне и моей девочке всю жизнь. Нет никого страшнее и опаснее матери, защищающей своего ребенка. В этот момент она невольно становится агрессивной неудержимой волчицей, которая готова в любой миг кинуться на обидчика и разорвать его. И одно я знала точно — Игнат еще горько пожалеет о содеянном.

Но это все потом… Для начала мне нужно было выяснить, что с Анечкой, а для этого необходимо вернуться в родной город, где все началось. Мне предстоял длинный путь, и все надо было тщательно продумать. Воспользоваться железной дорогой или авиатранспортом я не могла, потому что мой маршрут очень быстро отследят. И чтобы совершить побег, прежде всего, необходимо было усыпить бдительность Игната, и убедить его в том, что у нас все по-прежнему…

Уснула я на рассвете, и впервые, за долгое время мне ничего не снилось. Просто глубокий тяжелый сон.

Разбудило меня осторожное прикосновение к руке. Даже с закрытыми глазами, я понимала, что это Игнат. «Настя, ты сильная и все сможешь. Надо только еще немного потерпеть, и скоро весь этот ужас закончится. Ты обязательно со всем справишься», — мысленно убеждала себя, понимая, что мне необходимо спрятать все эмоции и чувства, и начать играть свою роль.

Вздохнув, медленно открыла глаза. Игнат сидел рядом и держал меня за руку. На его лице лежала тень глубокой усталости — потухший взгляд, нахмуренные брови, складки на лбу. Он будто, даже постарел…, а в его глазах была пустота.

Но едва оборотень заметил, что я проснулась, в них появилась радость и счастливый блеск. Игнат осторожно коснулся поцелуем моей руки и хрипло произнес:

— Доброе утро, любимая. Родная моя, милая.

От его голоса по моему телу невольно пробежала дрожь, которую я скрыть, к сожалению, не смогла. Мой «муж» понял это по-своему:

— Замерзла? — не дождавшись моего ответа, он подскочил и зачем-то достав из шкафа теплый плед, укрыл меня, а после еще выключил кондиционер. Я молча следила за его действиями, если честно, уже понимая, что так долго не выдержу. Мне безумно хотелось вцепиться в него и вытрясти всю правду о дочери, но страх того, что он вновь применит ко мне воздействие и я все забуду, вынуждал меня затаиться.

Игнат вновь присел на стул и вглядываясь в мое лицо поинтересовался:

— Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

— Все в порядке, — выдавила некое подобие улыбки. — Расскажешь, что со мной опять приключилось? Вчера доктор почему-то ушел от ответа.

— А ты ничего не помнишь? — Игнат внимательно следил за мной, и чтобы не раскрылся мой обман, решила сказать полуправду.

— Если честно, когда ты ушел, мне стало плохо. Похоже, чем-то отравилась. Так кружилась голова, что все вокруг было как в тумане. Я пошла в дом, чтобы умыться и хоть немного прийти в чувство. Тебя искать не стала, не хотела зря волновать. А дальше… Точно не помню. Мне кажется, что я оступилась на лестнице и упала. Да?

— Да, милая, — Игнат с неким облегчением поддержал мою легенду. Мне показалось, он даже обрадовался тому, что ему ничего не нужно выдумывать. Я все сделала за него. — Ты упала с лестницы. Но хорошо, что отделалась ушибами и несколькими синяками. Нам повезло. Очень повезло, родная.

— Какая же я невезучая. Сначала эта авария, теперь падение…, - осторожно коснулась небольшой шишки на макушке и демонстративно поморщилась. — Опять ударилась головой. Моя память никогда полностью не вернется ко мне.

— Любимая, это просто череда неприятных совпадений. Не нужно было оставлять тебя одну. Я чувствую себя таким виноватым, — Игнат вновь поцеловал мою руку. — Моя любимая девочка, моя дорогая. Все будет хорошо. А у меня есть для тебя сюрприз.

— Какой? — я сделала вид, что заинтригована.

— Это мой подарок к дате нашей свадьбы, — он достал из кармана ювелирную бархатную коробочку, в которой был роскошный огромный перстень с крупным яхонтом в россыпи мелких бриллиантов. Игнат надел мне кольцо на руку и заглядывая в глаза, поинтересовался. — Нравится?

— Очень красиво, спасибо, — промолвила я и выдавила, — любимый.

Игнат приподнялся и прикоснулся к моим губам поцелуем…, но в это же мгновение, по счастливой случайности, в дверь палаты постучали, и мой «супруг» явно недовольно отстранился и выдохнул:

— Войдите!

— Доброе утро, — на пороге стоял доктор, осматривающий меня накануне и чье имя, к своему сожалению, я не запомнила.

— Здравствуйте, — улыбнулась ему я, будучи искренне благодарной этому мужчине за спасение от внимания Игната.

— Как вы себя чувствуете? — врач подошел к кровати. — Как прошла ночь? Ничего не беспокоило?

— Все хорошо, — ответила я.

— Тогда сейчас осмотрим вас еще раз, и будем выписываться домой, — врач бросил взгляд на моего «супруга» и обратился к нему. — Игнат Савельевич, подождите, пожалуйста, в коридоре.

В ответ послышалось недовольное: «Хорошо», а затем он быстро вышел, едва не хлопнув дверью. Я посмотрела на врача и улыбнулась, автоматически пытаясь сгладить возникшую неприятную ситуацию.

— Приступим к осмотру, — доктор как ни в чем не бывало, протянул мне градусник, — и для начала измерим температуру. — У вас жалобы какие-то есть? Головные боли? Может, тошнота?

— Нет, все хорошо. Ничего не беспокоит…, - начала говорить я, но замолчала на полуслове, вспомнив попытку оборотня поцеловать меня, и те ощущения, что испытала в тот миг. Конечно, я догадывалась, что роль влюбленной женщины играть будет нелегко, но как-то совсем позабыла о моментах близости, а ведь Игнат отличался особой темпераментностью. А в последнее время мы только и разговаривали о нашем будущем ребенке… Мне нужно было как-то себя оградить от его «повышенного внимания», и я решила немного солгать. — Хотя, знаете, ночью у меня была небольшая, едва заметная, тянущая боль внизу живота, которая очень быстро прошла. Я даже забыла об этом. Но может зря волнуюсь? Ведь я упала и, понятное дело, ударилась…

Доктор сразу как-то нахмурился.

— Сейчас посмотрим. Если понадобится, назначу вам ультразвуковое исследование.

Мужчина, положив ладони на мой живот, стал мягко нажимать пальцами и уточнять:

— Так больно?

— Нет, — покачала головой.

— А так?

— Нет.

— А вот так?

Закончив осмотр, мужчина с облегчением вынес вердикт:

— Все в порядке. Я не вижу показаний для дополнительных обследований. Но как врач, настоятельно рекомендую вам на некоторое время отказаться от всех физических нагрузок, спортивных упражнений и воздержаться от интимных отношений. На осмотр придете через десять дней. Если почувствуете недомогание, какой-то дискомфорт, легкую мимолетную боль, сразу же приезжайте в клинику. Анастасия Александровна все понятно?

— Да.

— Тогда переодевайтесь, — он кивнул на пакет, стоявший на небольшом диванчике у окна, а я пока побеседую с вашим мужем.

— Спасибо вам, — поблагодарила я доктора.

— Берегите себя и больше не падайте, — мужчина чуть поклонился и удалился за дверь.

А я, не сдерживая счастливой улыбки, соскочила с постели. Мне удалось обмануть врача, и теперь некоторое время Игнат, опасаясь за здоровье своей жены, будет выполнять все рекомендации доктора, и я избавлюсь от повышенного внимания оборотня. А дальше…, дальше задерживаться в его доме, да и в этом городе, не собиралась.

В пакете, к моему изумлению, лежал темно-синий спортивный костюм, легкая маечка и кроссовки. Зная болезненную тягу Игната к вычурным нарядам, я, если честно, была приятно удивлена. А также я нашла расческу, заколку и свою косметичку.

Быстро приведя себя в порядок, уселась на диван и, наверно, впервые за все время, проведенное в больнице, вспомнила о неприятной особе — Марине. То, что она оказалась бывшей любовницей моего «супруга» меня удивило, но не так, как тот факт, что Игнат представил ее своей сестрой, впустил в нашу жизнь, буквально навязывал мне ее в подруги. Мягко говоря, только недалекий мужчина допустит к супруге любовницу, а Игнат на идиота был совсем непохож. Тогда зачем? Неужели он организовал в доме гарем и фактически являлся двоеженцем? Вряд ли… Все выходные и все свободное время Игнат проводил со мной. Да и Марина сказала, что надеялась на ошибку, но теперь уверена ее нет. Почему она изменила свое мнение? Почему, вообще, Игнат так доверял ей? Был уверен в ее порядочности? Или здесь что-то другое… Ведь они нелюди, может связанно как-то с этим? И где сейчас Марина? Уж ее общество я больше не выдержу, это точно.

Но мои размышления прервал Игнат. В его глазах плескалось искреннее беспокойство, и даже как мне показалось, страх.

— Родная, ты как? — задал он с порога вопрос. А я подумала о том, что, видимо, врач его сильно напугал, но это было даже хорошо. Чем больше он будет переживать за мое здоровье, тем дальше будет держать от меня свои "лапы".

— Нормально, — пожала плечами. — Замечательно себя чувствую. Уже хочу быстрее покинуть эти стены. Ненавижу больницы, ты же знаешь.

— Тогда поехали домой.

- Конечно.

Игнат забрал из моих рук пакет и галантно открыв дверь, пропустил меня вперед. В лифт он не позволил никому войти, и мы ехали в одиночестве, а на лестнице он осторожно придерживал меня за локоть. Я чувствовала себя хрустальной вазой, которая в любой момент может разбиться.

— Со мной все в порядке, — шепнула Игнату, когда мы подошли к машине. — Что за цирк ты устроил? В больнице все на нас только и глазели.

— Я просто забочусь о тебе. Ты самое дорогое, что есть в моей жизни.

Стараясь не смотреть в его глазах, всеми силами подавляя в себе волну ярости, села в автомобиль, придвинувшись как можно ближе к окну. «Ты самое дорогое, что есть в моей жизни», — мысленно повторила его слова, подумав о том, что этот мужчина с легкостью лишил меня самого дорогого в жизни, даже на секунду, не задумавшись о моих чувствах. Игнат уселся рядом и, насильно притянув к своей груди, признался:

— Я так за тебя испугался…

— Извини, это получилось случайно, — ровно ответила я, подавляя в себе ярость.

— Понимаю, — оборотень тяжело вздохнул. — Но до сих пор страх так и не отпустил мое сердце…

Я промолчала, потому что не верила ни одному его слову. Волнение Игната вызвано не заботой обо мне, а страхом потерять любимую игрушку, которой все это время была. Кукла… вот кем я себя чувствовала — ни прошлого, ни будущего, ни эмоций…

— О чем задумалась, любимая? — мужчина осторожно прикоснулся к моей щеке, вынуждая посмотреть на себя.

— Думаю о Марине. Она помогла организовать праздник, а мы так и не сказали ей спасибо, — схитрила я, решив выяснить, почему «любимая сестрица» до сих пор не примчалась в клинику, выказывать свое беспокойство о «невестке». — Надо купить ей какой-нибудь подарок. Или, может, возьмем ее с собой на отдых? Что скажешь?

— Не получится, — ответил Игнат и в голосе его прозвучали некие нотки легкого раздражения.

— Почему? — сделала удивленный вид.

— На вечере один из моих деловых партнеров рассказал мне, что решил начать новый бизнес — открыть несколько магазинов брендовой одежды от известных модельеров. Узнав, что Марина лично знакома со многими модными дизайнерами и близка к миру моды, он пригласил ее к себе на работу, но приступать нужно было немедленно. Это очень выгодное предложение, от которого моя сестра не смогла отказаться. Марина уехала за границу еще позавчера. Но передавала тебе большой привет и пожелания скорейшего выздоровления.

— Ой, — я отстранилась от Игната и изобразила радость. — Надеюсь, у нее все получится. И возможно, на новой работе Марина встретит того, кого сможет полюбить. Она такая замечательная, и заслуживает счастья.

— Я тоже надеюсь, — раздалось в ответ, и я вновь прижалась к плечу оборотня, и облегченно вздохнула, мысленно радуясь тому, что мне не придется терпеть навязчивое присутствие его, так называемой сестры, а значит на пути к моей свободе стало на одну преграду меньше.

***

С момента моей выписки прошло несколько дней. Я чувствовала себя великолепно и была полна сил, синяки на теле как-то очень быстро исчезли, а память полностью восстановилась. Мне оставалось только одно — набраться терпения и подгадать удобный момент для бегства.

Игнат все это время настаивал на постельном режиме, мотивируя тем, что мне необходим покой. Спорить с ним я не стала, и даже, наоборот, показала свою покорность, тем самым пытаясь успокоить его подозрительность. Я старалась быть тихой, послушной женой, которая безумно любит мужа и не хочет его волновать. Игнат уходил на работу, а я не покидала пределы второго этажа, прекрасно понимая, что наша домработница Татьяна каждый вечер ему докладывает о происходящем в доме.

За эти дни я спокойно подготовилась к предстоящему побегу — уложила в небольшой рюкзак самые необходимые вещи, туда же спрятала документы и часть денег из сейфа. Игнат всегда держал наличные дома, выдавая раз в месяц домработнице определенную сумму на текущие расходы, и я была уверена, что он обнаружит пропажу нескоро.

Перебрав свои ювелирные украшения, забрала несколько, которые, на мой взгляд, было проще всего продать. Впереди меня ждала неизвестность, а они стоили целое состояние. В конце концов, за два года плена я заработала некую «моральную компенсацию».

А вот маленький золотой кулончик в виде тюльпана подцепила на тонкую цепочку и надела на шею. Теперь я понимала, почему он так привлек мое внимание в ювелирном магазине. Именно такое украшение, вернее, очень похожее, мой отец подарил Анечке на «первый зубок», со словами, что дочка — для родителей это цветок, который они должны растить, холить и оберегать, а когда придет время передать в руки мужа, и уже он в дальнейшем станет для него заботливым садоводом.

Тогда я не обратила особого внимания на его слова, восприняв их как шутку, но теперь понимала, что он намекал на Влада, который оказался совсем не тем, за кого себя выдавал. Хотя по сравнению с Игнатом мой настоящий муж был, наверно, ангелом…

Я полностью подготовилась к предстоящему побегу, тщательно продумав свой маршрут. Все это время мне безумно хотелось залезть в интернет, но я сдерживала себя, понимая, что Игнат отслеживает информацию, а вокруг одни его шпионы — домработница, водитель, охрана. Для меня так и осталось тайной, как оборотни — эти существа из мифов и фэнтези фильмов оказались в нашем мире, и почему о них никому не известно? Как им удалось сохранить тайну своего существования? В тот день, когда Игнат меня украл, его водитель в машине упоминал о соглашениях между людьми и оборотнями, но кто их писал, а самое главное, кто отвечает за их выполнение или нарушение? И есть ли какое-нибудь наказание? Ответов на эти вопросы у меня не было, да и спросить не у кого.

— Родная, ты как? — услышала я осточертевший вопрос, который звучал тысячу раз за день. — Как спалось?

Игнат вошел в нашу комнату, прервав мои размышления. Я натянула на лицо улыбку:

— Доброе утро, — а затем, присев на постели, откинула тонкое одеяло прочь, специально соблазняя оборотня прозрачным черным кружевным бельем.

Все это время Игнат безукоризненно выполнял все рекомендации врача, и как мог, избегал нашей близости. Теперь вечера он проводил в кабинете, ссылаясь на неотложные дела, и приходил в спальню, когда я уже спала, а на рассвете вновь уходил работать в гостиную.

Он реально боялся за меня, и мне это нравилось. Потому что его слабость — стала моим оружием и защитой. Я засыпала и просыпалась в одиночество, и это было чудесно. А сейчас, прекрасно понимая, что с его темпераментностью, он едва сдерживается, решила поиграть на эмоциях «супруга»:

— Ты в офис? — я подползла на коленях к краю кровати и чуть приподнявшись, обняла оборотня за шею, вынуждая наклониться, и слегка коснулась губами его губ.

— Да, — выдохнул Игнат, сейчас похожий на натянутую струну. — Любимая, я уже опаздываю. Мне пора. Сегодня много важных дел, так что к ужину не жди.

— Дорогой, подожди. Я хотела поговорить с тобой, — бросила на него кокетливый взгляд, чуть прикусив зубами нижнюю губу.

— О чем? — Игнат задрожал, потому что я провела кончиками пальцев по его шее, расстегивая верхнюю пуговичку на рубашке.

— Может ты присядешь? Тяжело разговаривать так.

Оборотень, печально вздохнув, осторожно присел рядом со мной, стараясь соблюдать дистанцию. Но я тут же обняла его, и положив подбородок ему на плечо, проворковала:

— Любимый, я себя прекрасно чувствую, можно мне покинуть постель? Иначе так можно и с ума сойти от безделья. Меня уже тошнит от этих стен. Ну, пожалуйста

— Хорошо, — прохрипел Игнат, уставившись куда-то в пространство.

Я коснулась губами его щеки, потом выложила дорожку из мелких поцелуев до уха, и чуть прикусив его зубами, прошептала:

— Хочу съездить в салон красоты — прическа, макияж, маникюр. Хочу быть красивой для тебя… Любимый…

Игнат просто потерял связь с реальностью. «Супруг» продолжал смотреть в одну точку, его руки, сжатые в кулаки, побледнели, и со стороны могло показаться, что он не слышит меня, но я знала — это не так. И продолжила свою «сладкую» пытку, откровенно соблазняя оборотня.

— Милый, что скажешь? — я положила ладонь на его бедро и слегка его сжала. — Можно мне поехать в город? Хочу быть красивой для тебя любимый. Мой единственный. Можно?

— Да, хорошо! Поезжай! — Игнат вскочил, нервно дернул ворот рубашки, не замечая, как пуговица отлетела в сторону. — Только, пожалуйста, с охраной и водителем.

— Милый, — поднялась с постели и будто одергивая ночную сорочку, провела ладонями по талии и бедрам. — Зачем охрана? Кто мне может угрожать в салоне красоты? Да и потом представь, сколько ненужного внимания я привлеку?

Игнат, смотрел на меня, не отрывая взгляда. Его глаза приобрели оттенок гречишного меда и в них я видела свое отражение. Он молчал, и лишь сбившееся дыхание, выдавало его состояние.

— Любимый? Ну так что?

— Настенька, хорошо, пусть тебя отвезет водитель. А сейчас мне пора. Извини, — и «супруг», позорно сбежал из нашей спальни, даже не поцеловав «любимую жену» напоследок.

Услышав хлопок входной двери, упала на кровать и не сдерживаясь расхохоталась. До желанной свободы оставался всего лишь шаг.