Глава 16

Глава 16 Меня не держали в медпункте долго. Обмазали ссадину на голове какой-то дурно пахнущей мазью, обрили по краям раны аккуратно волосы, чтобы они не попали в рану и отправили в комнату, отдыхать. И даже проводили в общежитие, под белы рученьки, чтобы я драгоценная пациентка, и, возможно, еще более драгоценный свидетель, не огребла еще каких-нибудь приключений на свою голову по пути. Но, то ли они мало представляли, что меня ждало за пределами тихого и стерильного места, то ли делали вид, что мало представляют, но так или иначе, покой и отдых мне только снился. Уже через пару минут после моего возвращения в двери культурно постучали и вошли после разрешения. Целой делегацией из двух преподавателей и двух мужчин в форме. Даже Славка пожалела меня и не подвергла валу вопросов, а этим извергам плевать хотелось, у них работа. Да только я и сказать ничего конкретного не могла. Высокий, в бесформенном балахоне, кидался яркими шарами. Да под такое описание подпадал почти каждый мужчина в академии, и даже какое-то количество девушек могло бы подойти. Насчет спасителя не спрашивали. Это могло значить только одно – его личность уже известна. – А кому мне спасибо говорить? – спросила я, когда они уже собирались уходить. – Арго Ригенсу, – ответил Владимир Сергеевич, – студент пятого курса, он сейчас под наблюдением врачей. Парень получил серьезное ранение. Вас пытались убить, Соколова. – П-почему? – от удивления начала заикаться. Мало того, что моим спасителем стал главный гад всея академии, хотя я должна была узнать его по определенному подчерку – он всегда сбивал меня с ног при встрече, так ко всему прочему, меня не сожрать пытались, а убить. – Что я такого сделала? – Полагаю, что ничего, – задумчиво проговорил декан, – кроме того, что оказались не одна. С волком справиться сложнее, чем с человеком, а отвлечь его внимание, чтобы уйти было необходимо. Расчет и не более. – Пожалуй, я вообще больше из комнаты не выйду, кроме, как со всеми вместе, пока вы, в конце концов, не поймаете того, кто это творит, – не смогла скрыть укора, ведь в душе клокотала злость. На нас тут охотились практически в открытую, а руководство ничего не могло с этим поделать, их раз за разом обводили вокруг пальца, как детей. Ответа не последовала. Получив всю необходимую, но я подозревала, что абсолютно бесполезную информацию, они оставили меня в покое, но на смену им пришла Славка, которая наверняка подслушивала в соседней комнате, а позже к нам присоединился Вертос, который строил версии о том, кто это может быть. – Почему ты так уверен, что подозрение не падет на тебя? – изогнула брови и ухмыльнулась, – ты вполне, – обвела его оценивающим взглядом, – подходишь. По росту, по комплекции. Да, может быть! – кивнула собственным мыслям. – Потому что они в нас не вселяются, – отзеркалил он ухмылку, – они теснят человеческую душу, а звериная от такого вторжения не в восторге. Из-за этого мы становимся злыми, – он чуть подался вперед, заглядывая в глаза. Его радужка постепенно меняла цвет с зеленого на золотисто-желтый. Зрелище поистине потрясающее, и я бы с удовольствием полюбовалась, если бы на месте Вертоса был кто-то другой. – Свирепыми, – тем временем продолжал он, медленно склоняясь, – агрессивными и неадекватными. – Тосик, – уперлась руками в его оголенную грудь и отклонилась, – на меня твоя магия не действует, а будешь приставать, твое милое прозвище, придуманное мной, узнает вся академия. А ты так злишься, что прицепится навсегда. – Щепка, ты же мне на один зуб, – наигранно зло процедил он, – не буди во мне зверя. – Тосик, – мило похлопала ресницами, – не нужно. Что я не видела, как собачки хвостиком виляют?! – фыркнула и обвела его насмешливым взглядом. – А если покусаешь, потом обоим придется прививки от бешенства делать. Не усложняй. – Ох, и допрыгаешься ты, пигалица, скручу, как у вас говорят, буквой «зю» и сделаю, что мне вздумается. Он сделал шаг назад, оперся о спинку стула и замолчал на несколько секунд. – Щепка, а ты авантюристка? – хитро протянул Вертос. – Чего тебе от меня надо? – настороженно взглянула на него. – Судя по тому, как прошла наша первая встреча, а потом и ситуация в коридоре с Ригенсом, ты, можно сказать, обезбашенная, – продолжал он ходить вокруг да около. – Сам дурак, говори, чего задумал! – Предлагаю устроить охоту на живца, – он резко подался вперед и предвкушающе потер ладони. – И дичью у нас будет носитель. – Скажи мне, кто из нас головой ударился, ты или я? – Ты, – ответил Вертос, – я думаю, еще задолго до поступления, – подарил мне наглую улыбку и продолжил: – Щепка, это очень крутой вариант и почти безопасный. – Вот знаешь, что странно, – с сарказмом произнесла я, – меня отчего-то настораживает это твое «почти безопасный». Удивительно, да? – Да брось, ты будешь постоянно под наблюдением. Я уже все придумал. И он с энтузиазмом принялся излагать, по его мнению, гениальнейший план, который, на мой взгляд, казался просто самой безумной идеей, на какую был способен Тосик. Сначала оборотень рассказал, что такой способ с приманкой довольно часто используют на практике, когда знают о наличии подселенца, но нужно его выманить и определить среди нескольких подозреваемых. Славка подтвердила слова Вертоса. Сказала, что действительно, зачастую женщины из числа служащих выступают в качестве подсадной утки для голодного подселенца. Но соседка все же заметила, что такие женщины, несмотря на внешнюю хрупкость и ранимость всегда являются квалифицированными специалистами, выпущенными нашей академии, которые в случае каких-либо непредвиденных обстоятельств могли постоять за себя, когда я о себе такого сказать не смогла бы. – И почему тогда здесь так не делают? – задала очевидный вопрос. Славка с Тосиком обвели меня насмехающимся взглядом, словно я ребенок, сказавший какую-то несусветную глупость. Но все же пояснили, чем вызвана такая реакция. – Все просто. Подселенец – это кто-то из академии. Кто-то, кто неплохо обучен, значит, не из новеньких. Не понимаешь, к чему веду? – спросил Вертос. Я покачала отрицательно головой. – Мы тут все друг друга в лицо знаем. Ты сама задумайся, если тут сейчас объявится кто-то новенький, наверняка, даже ты это заметишь. Тосик сделал небольшую паузу, чтобы я смогла обдумать его слова. Не признать его правоту было сложно. Действительно, мы каждый день были друг у друга на глазах, жили, ели, учились и занимались все вместе. И, так или иначе, уже все примелькались. Я не смогла бы назвать имя каждого, но с легкостью определяла «чужаков», которыми, как правило, были люди из маг.правопорядка. – Вот, – видимо, по выражению моего лица Вертос понял, что я поняла его правоту. – Поэтому, запустить на живца постороннего они не могут, а кого-то из студентов не хотят, хотя, насколько я знаю, им уже предлагали кандидатуры добровольцев. Они и в патрульные взяли старшекурсников после долгих уговоров. И только при условии группового патрулирования, а не одиночного. Поэтому, сейчас они бес конца рекомендуют не покидать комнаты в ночное время, и надеются на волю случая или ошибку самого подселенца. А мы пойдем другим путем. Щепка, ты же идеальный вариант. Смотри, ты, словно невзначай будешь задерживаться где-нибудь, а потом одна, вся такая беззащитная окажешься в коридоре. Он точно на тебя клюнет. А мы будем наблюдать, я своих подтяну, они только рады будут. Да ты и шагу не ступишь без сопровождения. Только мы сопровождать будем аккуратно, а когда придет время, не позволим тебе навредить. И все, тогда он точно уже никуда не денется. Скрутим и будем получать поздравления. – Вот ты молодец, какой, – всплеснула я руками, голова тут же отозвалась болью, и мне пришлось умерить свой пыл, массажируя виски. – Пока ты там по окопам будешь прятаться, я на свою задницу приключения искать должна и надеяться, что ты, блин, не заблудился по пути. И если меня прихлопнут или отобедают мною, то ты, конечно, расстроишься. – Да тебе и искать их не надо, Щеп, – он проникновенно заглянул в глаза и взял меня за руку, – твоя задница с самого начала не может выбраться из оврага с приключениями, тебе ею только пошевелить надо, они сами найдутся, – этот козел, который оборотень, неприлично заржал и тут же отшатнулся от меня. Я зашипела, как разъяренная кошка, но реальной злости не было, видимо, привыкла к дурацкому чувству юмора этого полу-животного. – А мне Артур не позволит. Он меня запрет. – А мы ему ничего не скажем, – хмыкнул Вертос. – Мы вообще никому ничего не скажем, кроме моих парней. – В смысле? – Сделаем все по-тихому, чтобы до главного героя нашей охоты ничего точно не дошло. – Славка, а ты что думаешь? – обратилась к молчаливой соседке. – Думаю, что вариант не плохой, – виновато улыбнулась и пожала плечами, – только нужно все хорошенько продумать. Надо, чтобы Лерка ни на секунду не оставалась вечером в коридорах одна. Чтобы хотя бы двое были поблизости. – Надо все хорошенько обдумать, – воодушевленно проговорил Вертос, – чувствую, будет весело, – потер руки в предвкушении. Нас прервал стук в дверь. В комнате мгновенно повисла тишина. Славка вызвалась на роль дворецкого. Когда она открыла дверь, я шепотом произнесла: – Сейчас меня убивать будут. Уже по-настоящему, – поджала под себя ноги и устремила на Артура полный раскаяния взгляд. – Мы не позволим, – также тихо ответил Вертос и начал подниматься. – Не могли бы вы оставить нас вдвоем на некоторое время, – не глядя на присутствующих проговорил Артур, и я поняла, что меня ждет что-то не очень приятное. «А так хотелось обнимашек», – подумала я и печально вздохнула, провожая друзей взглядом.