Эпилог
В один из дней, когда вернулись некроманты и доставили прах Оорона, мы переместились порталом на родину Дэриэна. Туда, где покоились его родители. Хоть здесь и не жил никто, но видно было, что за усадьбой следили. Да и фамильный склеп выглядел не обветшалым.
Я насобирала полевых цветов и Дэриэн открыл усыпальницу. Внутри царил промозглый холод и печаль. Я поежилась и оглянулась. Выход за спиной сверкал полуднем. Император зажёг свечи, но их свету не удалось разогнать притаившиеся по углам тени. Зато я смогла рассмотреть каменные надгробия. Ближайшие из них были с изваяниями мужчины и женщины, и по тому, как Дэриэн замер возле них, я поняла, что под ними покоятся его родители.
— Скорбишь по ним?
— К моему стыду, только сейчас понял, что уже не помнил их лиц. Настоящим отцом мне стал Драгомир. Меня отдали ему, когда он проезжал через наши земли.
— Как отдали?! — ахнула я.
— В нашей семье Оорон был тем, кем гордились. Ну и что, что некромант, зато дар очень сильный, можно сказать самородок. А я лишь доставлял всем неудобство своей магией. То любимые цветы матери уничтожу неконтролируем всплеском дара, то мебель и дорогую обивку стен, а начал убегать в поля, и стали роптать крестьяне, когда заморозил посевы. Ледяная магия настолько редка, что меня не приняла на обучение ни одна Академия, посчитав опасным для окружающих и мотивируя отказ тем, что у них нет преподавателей этого направления. Не помогли ни связи отца, ни его деньги. Так что Драгомир стал для них спасением.
— Обижаешься на них?
— По началу да, а повзрослев понял и простил. Это было правильным решением. Неизвестно, что бы со мной стало, не отдай они меня на обучение Драгомиру. Жаль, помириться с ними при жизни так и не успел, а при расставании наговорил много злых слов.
Я поставила цветы в вазы у подножия гробниц, и взяла Дэриана за руку.
— Уверена, они любили тебя и понимали, что так будет лучше.
Мы помолчали, а потом он обнял меня, выводя к выходу:
— Пойдём, а то продрогнешь. Здесь неподалёку храм был. Надеюсь, там ещё остался кто-то. Найдём служителя, чтобы проводил Оорона в последний путь.
Храм действительно был недалеко, притаившийся за деревьями рощи. Небольшой, из белого камня, украшенный тонкой резьбой со словами молитв. По сравнению с теми, что в городах, он казался совсем небольшим, словно игрушечный.
Мы зашли, и я даже вздохнула легче. Внутри царила необычайно спокойная, умиротворяющая атмосфера. Стены расписаны фресками, впереди алтарь, на котором горели свечи, как символ того, что вера людей никогда не погаснет.
— Есть тут кто? — позвал Дэриэн.
В ответ тишина, слышно лишь потрескивание свечей.
— Эй! — уже громче крикнул он.
— Это кто же здесь такой нетерпеливый, что кричит в храме божием? — раздался старческий голос и из бокового прохода за алтарём появился жрец в белой мантии.
— Отец Тевлоний? — изумился Дэриэн.
Жрец подошёл ближе, подслеповато щуря глаза.
— Неужели это ты? Мне можно было догадаться, кто здесь горло дерёт. Даже в детстве ты был дерзким мальчишкой, — без всякого почтения произнёс жрец, а потом неожиданно раскинул руки, и Император шагнул к нему в объятия.
Они крепко обнялись и было видно, что в прошлом эти двое были близки.
— Рад тебя видеть, мой мальчик. Покажи, с кем это ты?
— Отец Тевлоний, рад вам представить мою невесту, герцогиню Монранси. Илану.
— Решил провести церемонию здесь, на родной земле? Правильно! — одобрительно заметил жрец.
Дэриэн растерялся на миг от такого предположения, но быстро овладел собой.
— К сожалению, повод моего визита печальный. Мы пришли узнать, не согласитесь ли вы проводить в последний путь прах Оорона?
— Вот, значит, как, — помрачнел жрец. — Как он погиб?
— Не от моей руки. В схватке.
— Он имеет отношение к слухам об умертвиях на границе? — спросил отец Тевлоний, давая понять, что не так уж он и оторван от жизни здесь.
Почувствовала, как напряглась рука Императора. Обычно преступникам отказывали в последнем благословении и хоронили в поле или отправляли трупы на корм рыбам.
— Несмотря на его грехи, я считаю, что его место здесь, — не отвечая на вопрос, произнёс Дэриэн.
— У тебя доброе сердце, мой мальчик. Хорошо, я сделаю для него это.
— Дэриэн, — сжала пальцы Императора. — Давай проведем обряд бракосочетания здесь, на твоей родине, — выпалила я, сама поражаясь этой идее, но всем сердцем чувствуя, что так будет правильно.
Император замер, недоверчиво глядя на меня.
— Здесь?
Я огляделась и кивнула.
— Да, именно здесь. Обряд только для нас двоих. Здесь, где ты родился. А для подданных уже пышное торжество по всем правилам потом, в назначенный день.
Дэриэн замер, глядя на меня чуть расширенными глазами. А затем порывисто шагнул, и притянул к себе. Я отметила, что его глаза сейчас небесно-голубые и теплые. Как летнее небо.
— Я люблю тебя, Илана. — проговорил он негромко. — За то, что ты такая. За то, что помогла мне снова ощутить вкус жизни и согрела своим теплом. Идем, мы станем мужем и женой сейчас. Отец Тевлоний!
— Нетерпелив, как в детстве, — покачал тот головой, с улыбкой глядя на нас. — Нет, сын мой. Вначале отдадим долг смерти, а потом будет праздновать жизнь.
Дэриэн не стал спорить, покорно склонив голову и мы вышли из храма. Возле усыпальницы он по кристаллу связался с Ллэром и сказал тому, что пора. Почти сразу открылся портал из которого вышли телохранитель и растерянный Рин, прижимающий к себе урну с прахом.
— Отец Тевлоний, это Рин, сын Оорона. — представил он тому мальчика.
— Молодой лорд, рад знакомству. Я знал вашего отца с детства и сожалею, что мне приходится провожать его в последний путь. Желаю, чтобы выбранный вами жизненный путь не был столь тернист.
— Это усыпальница нашего рода. Я посчитал, что именно ты должен поместить сюда прах отца, отдав ему последнюю дань уважения, — сказал Дэриэн племяннику.
Было заметно, что тот ничего подобного не ожидал. Неизвестно, каких ужасов он себе на воображал, когда ему вручили прах и куда-то повели. Но на глазах он взял себя в руки и благодарно кивнул.
Мы спустились в усыпальницу и взяли в руки свечи. Отец Тевлоний начал читать прощальную молитву, в окончании сказав от себя:
— Ты не знал мира при жизни, так обрети его после смерти. Мир праху твоему!
Между наших фигур порывом прошёлся ветер, гася поминальные свечи. Магия обряда, как символ окончания жизненного пути.
Мы вышли наружу, и нас обняло солнечным теплом, согрело его лучами. Отец Тевлоний шёл последним, и задержался, закрывая двери усыпальницы. Я осторожно растерла пальцы. Они до сих пор ощущали стылость склепа.
Рин кусал губы, сдерживая слёзы, а потом не выдержал и спросил у Дэриэна:
— Ну и? Вы уже решили, что дальше будет со мной?
— В Империи запрещено проживать некромантам. И отпустить тебя обратно в Асдор я не могу. Мои враги не оставят тебя в покое, желая использовать в своих целях. Выбор на самом деле у тебя не большой: или остаться до конца жизни узником, или пойти служить на военный корабль. Я ввожу некромантов новыми штатными единицами в состав команды. Пойдёшь пока учеником.
— Это к тому, кто убил моего отца?! — уязвлённо воскликнул Рин. А глядя на приподнятую бровь Императора, насупился и пояснил свою осведомлённость: — Я слышал, как стражники болтали, что вы наградили этого некроманта, отправив его служить на корабль.
— Да, к нему. Он, может быть и не сильнее Оорона, но оказался опытнее. И победил в честной схватке, нападая не исподтишка. Тебе есть чему у него поучится. Между прочим, у вас много общего. Он так же воспитывает сына один. Не желая расставаться с ним, отказался от почётной должности преподавателя в Академии, и уехал на Острова, где жизнь более опасна. Зато они были вдвоём. Он сам обучает его и делает всё, чтобы защитить. Поможет и тебе развить твой дар. Будешь под его присмотром.
— Зачем ему обучать того, кто однажды его убьёт? — с вызовом спросил Рин.
— Мальчик мой, месть — это путь в никуда! — вмешался в разговор подошедший отец Тевлоний. — Прежде, чем мстить, подумай о том, какую гору трупов невинных оставил за собой твой отец, у родственников которых есть более веские основания желать мести. Что было бы, пожелай они отыграться на тебе?
— Не живи в людских сердцах прощения, и мы бы давно уничтожили друг друга, — со вздохом добавил он.
— Что ж, оставим здесь все чёрные мысли и горести! Это не то, что нужно нести с собой. Дети мои, прошу за мной в храм!
* * *
Мы провели скромный свадебный обряд. Из гостей — Рин и Ллэр. А спустя несколько недель прошло шумное и очень яркое торжество в столице. Эту свадьбу будет помнить вся Империя. Я же запомню именно тот солнечный день, гулкое эхо храма, когда мы произносили брачные клятвы.
Рин отправился на корабль, где его наставником стал Освальдо. По донесениям, Рин, Освальдо и Дарио долго находили общий язык. Но в конце концов, Императору пришло сообщение, что Рин весьма одаренный молодой человек. Его психика оказалась сильной, так что Освальдо принял решение продолжать его обучать, но более медленными темпами. Рин рассказывал о своих успехах в письмах, которые присылал мне. Мы с ним незаметно подружились.
Мое поместье сейчас под надежной защитой. Я сама выбрала управляющего, он каждый месяц высылает мне отчеты. Да и мы сами с Дэриэном часто выбираемся туда на несколько дней, чтобы побыть вдвоем, вдали от двора.
Конечно, вокруг нашей свадьбы бурлили слухи. Желающие стать фаворитками пытались крутиться рядом с Дэриэном, плели интриги. Но его едкие фразы, холодность, быстро ставили желающих выделиться на место. Особо непонятливых он просто отсылал от двора. В конце концов до них дошло, что внимание Императора им больше не светит.
Смерть принцессы удалось замять. Несчастный случай, когда карета упала в воду, подтвердила её собственная охрана, а смерть девушки ещё до приезда во дворец подтвердил приехавший целитель её отца, осмотревший и забравший тело. Не вина Императора, что его недруги решили воспользоваться телом принцессы. В этом обвинили Оорона, а так же сообщили о его гибели.
Мой дядя с племянником сбежали в Асдор, испугавшись затеянной Императором проверки их дел. Всплыло множество их тёмных делишек, за которые им грозит смертная казнь. Вряд ли они посмеют вернуться. Ну и ладно, я не горела желанием ещё когда-нибудь с ними встречаться.
Удивительное дело! Не то, чтобы я подружилась с Драгомиром. О, нет, его характер невыносим даже для меня. Но мы прониклись друг к другу взаимным уважением. По крайней мере, учителем он оказался неплохим. Я бы даже сказала хорошим, особенно когда мы договорились не замораживать живых существ ради опытов. Подумав, Драгомир предложил тренироваться на преступниках. Я же мягко ответила, что дриады против неоправданного насилия. В ответ мне заявили рассматривать это как благо для Империи. В общем, словесных баталий мне хватало.
— Быть Императрицей нелегко, — заметил Дэриэн как-то вечером, заждавшись меня с благотворительного вечера.
Мы стояли на террасе. Под нами раскинулся сад, освещенный многочисленными огнями. Сейчас, в этот зимний вечер, он напоминал белоснежное чудо. С неба сыпался пушистый снег, медленно оседал на ветках, укрывал плащом дорожки. Я стояла в легком платье, от холода нас укрывал защитный полог. Это так странно: вокруг зима, но тебе тепло. Хотя можно протянуть руку и коснуться снега.
— У меня хороший наставник. — проговорила, не оборачиваясь, но ощущая каждой клеткой кожи присутствие Дэриэна. Даже не глядя на него, могла сказать сейчас какое у него выражение лица.
— Ты очень быстро учишься. — шепнул он мне, смыкая руки на моей талии и прижимая спиной к своей груди. Я на мгновение закрыла глаза, наслаждаясь его теплом. У наших ног лежала целая Империя. И ей было куда расти.
Но самая важная ее часть, её сердце — Император, стоял рядом со мной. Тот, кто обеспечивал её стабильность и процветание, мир на землях и спокойный сон граждан. И только я знала, что у ледяного мага, внушающего ужас врагам и недоброжелателям, горячее и любящее сердце, каждый миг нашей совместной жизни согревающее меня своим теплом. И я верила, что огонь наших чувств будет гореть вечно!