Глава 11

Как и ожидалось, Яна проснулась с похмельем. Нашарив телефон под подушкой, она разочарованно застонала. Он был разряжен. Пришлось сделать глубокий вдох и добраться до стола, где лежал шнур с зарядкой.

Вернувшись в кровать, Яна подключила телефон и смиренно ждала, когда его экран оживёт.

– Спаси меня, волшебник…

– Привет, грустишка. Живая? Буду минут через десять.

– Спасибо… – Яна уткнулась лицом в подушку в надежде, что головная боль перестанет быть такой ужасно пульсирующей.

Бармен предупредительно постучал и зашёл в номер.

– Держи. Правда, безо льда.

– Это не так важно… – Яна задержала дыхание и сделала небольшой глоток. – Знаешь, что на самом деле важно?

– Удиви меня.

– Я так и не спросила, как тебя зовут…

Бармен рассмеялся глубоким бархатным голосом:

– Вообще-то весь вечер на моей рубашке красовался блестящий бейдж с именем.

– Да? Чёрт. Вот я растяпа…

– Почему ты всё время себя обзываешь? Дура, шкура, растяпа?

Яна посмотрела на бармена. Она ощущала чудодейственный эффект виски, но головная боль ещё заметно пульсировала.

– Не знаю. Но ведь мне, правда, неловко за свою невнимательность.

– Я Влад.

– Яна.

Влад хмыкнул:

– Я знаю. Полегчало?

– Да, ты меня спас.

– Отлично. Тогда я пойду.

– А ты не можешь ещё немного со мной посидеть?

Влад посмотрел на часы:

– Минут пятнадцать у меня ещё есть.

Яна с благодарностью улыбнулась:

– Я вчера была не слишком откровенной?

– Смотря что считать откровенностью.

– О чём я рассказывала?

– О придурках, которые усложняют тебе жизнь.

– Чудесно.

– На самом деле, так себе. Особенно та часть, в которой босс постоянно принуждает тебя к сексу.

– Ну мне вроде как раньше нравилось…

– А теперь?

– А теперь не очень.

– Я сомневаюсь, что тебе вообще это нравилось.

– Почему?

– Я думаю, это какой-то странный вид сублимации. Скорее всего, ты просто подчиняешься ему из чувства долга. А мозг трансформирует это чувство в сексуальное влечение. Наверняка у тебя есть какие-то привилегии? Или, может, он часто говорит, что без него ты никто?

Яна кивнула:

– Он дал мне должность руководителя, хотя я была практически нулёвая… А зарплату назначил, как профессионалу. И посадил на служебный Мерседес.

– Да твой босс просто гений! Он ловко выстроил ситуацию, в которой он – твоя фея-крёстная. А ты попалась на эту уловку. Возможно, в силу неопытности… И теперь ты вынуждена подчиняться ему. А чтобы не слететь с катушек от ежедневного насилия, твоя психика воспринимает принуждение чем-то эротичным. Поэтому ты думаешь, будто такой секс тебе нравится.

– Ты точно не психолог?

– Нет, диплома у меня нет, но раньше я почитывал на досуге полезные книжки.

Яна никогда не задумывалась над отношениями с Олегом в таком ключе. Она была уверена, что по-настоящему возбуждается, подчиняясь ему и его похоти. И даже болевые ощущения казались ей наслаждением от необходимости вот так безропотно раздвигать ноги перед властным жестоким мужчиной. Но сейчас, глядя на весь этот бред чужими глазами, она стала отчётливее понимать ненормальность ситуации.

– Он манипулирует тобой. И чем сильнее ты сопротивляешься, тем тоньше он играет с твоим сознанием. Яна, честно, это ненормально. Тебе нужно найти в себе силы и уволиться.

– Я пыталась.

– И как?

– Как ты и сказал, он заявил, что я поступаю, словно глупенькая школьница, и что он вообще-то дал мне всё, прося взамен лишь стать его офисной любовницей.

– Конечно. Ещё и обесценил роль интима в твоей жизни. Секс? Да фигня, ну подумаешь, несколько раз в неделю по паре минут давать ему себя в пользование. Зато сколько бонусов!

По лицу Яны потекли слёзы.

– Грустишка, не плачь. Всё наладится.

– Я сама себе противна.

– Началось… Тебе нужно отрастить немного самолюбия. Чтобы хватило сил переступить через этот период жизни и начать всё заново. Повторяй за мной: я роскошная красотка.

Яна всхлипнула:

– Я роскошная красотка.

– Природа не обделила меня умишком.

– Природа не обделила меня умишком.

– Поэтому я могу смело уволиться и чмокнуть Влада за помощь.

– Поэтому я могу смело уволиться и чмокнуть Влада… Что?!

– Что?

– Я… Ну…

– Ладно, грустишка. Мне пора. С тебя вечером причитается, – Влад показал пальцем на свою смуглую щеку, подмигнул Яне и вышел из номера.

Она с усилием встала с кровати и просидела под душем больше получаса, перемешивая в голове горестные мысли. Однажды поддавшись ауре властности Олега, она влипла в отношения с жёстким манипулятором, и никакие бонусы не могли сравниться с тем чувством ужаса, которое зрело в Яне все эти годы.

Тёплый душ вернул ей немного сил. Выйдя из ванной комнаты, она увидела на столе завтрак. Рядом с кофе стоял запотевший бокал с виски и кусочком льда. На салфетке лихим почерком была нацарапана записка: “Грустишка, приходи в себя и закажи на вечер баньку! Приток эндорфинов обеспечен! P.S. Только попроси, чтоб банщиком позвали Семёна Васильевича. Он тебя знатно отшлёпает веничком и напоит самым вкусным чаем!”

Яна попыталась вспомнить, когда в последний раз по-настоящему парилась в бане с вениками. Кажется, целую вечность назад…

– Здравствуйте, можно на сегодня забронировать баню? Да, банщик нужен. Мне рекомендовали… ээ… Семёна Васильевича. Да. Супер, спасибо!

* * *

Семён Васильевич оказался невысоким крепким местным мужиком лет под семьдесят. Днём он работал лесничим на большой территории отеля, а вечером иногда подрабатывал банщиком. Он радушно встретил Яну, сразу налил ей большую кружку чая с местными травами и лесными ягодами. Спросил, какой нужен “парок”. Яна ответила, что не очень разбирается в банной теме. Семён Васильевич кивнул и пообещал сделать “лёгкий девичий”.

Яна чувствовала себя немного скованно, но Семён Васильевич был на удивление деликатен. Вернувшись из парной, сказал, что можно начинать.

– Ты, дочка, пойди обмойся, шапочку надень и забирайся на лежак. Я тут подожду, ты крикни, как будешь готова. А то, что голенькая будешь лежать, ты не переживай! Попы – они и мужицкие, и девичьи одинаковые! Конечно, девичьи понежнее, но так я и венички помягче заготовил!

Яна улыбнулась и немного расслабилась. В парной было как следует натоплено, но, как и обещал дед, жар был мягкий, не обжигал. Пахло деревом, хвоей и эфирным маслом. Яна устроилась на лежаке и позвала Семёна Васильевича.

Тот зашёл с двумя дубовыми вениками, плеснул кружку воды на камни и тихонько запел себе под нос какие-то народные мотивы. Прошёлся вениками по ногам Яны, потом по ягодицам, спине и бокам.

– Не горячо, дочка?

– В самый раз!

Семён Васильевич перевернул веники и прошёлся обратно от спины Яны до её пяток.

– Ну, вроде раскраснелась, можно пойти ещё чаю попить и на второй круг готовиться!

– Хорошо, я ещё минутку полежу, подышу и выйду.

Дед оставил её в одиночестве. Расслабленная Яна сделала несколько глубоких вдохов, чувствуя, как горячий целебный воздух наполнял её лёгкие и растекался по венам. Она неспешно слезла с лежака, укуталась в махровый халат и вышла.

Семён Васильевич снова что-то напевал, пока заваривал чай. Увидев румяную Яну, весело ей подмигнул и поставил на стол тарелку с баранками и чай.

– Дочка, ты много работаешь? У тебя вся спина в зажимах и хребет от этого малесь перекошен, себя беречь надо!

– Да, вы правы. Работу буду менять, эта слишком нервная.

Они ещё немного поболтали о здоровье. Семён Васильевич настоятельно рекомендовал Яне побольше плавать, пить травяной чай, “а не эту мусорную дрянь из магазина”, не забывать про хорошую баньку и высыпаться. Яна улыбалась и кивала.

Во второй заход дед активнее работал вениками, чаще подкидывал пар и прогрел Яну, как ей показалось, насквозь.

Они выпили ещё по кружке чая. Яна ощущала, как пот ручьями вымывал из неё напряжение, оставляя тело чистым и расслабленным.

– Дочка, я завтра оставлю на входе рецептик тебе, какой чай нужен, чтобы нервишки расслаблять. Будешь пить пару раз в неделю, не останется таких зажимов у тебя! Только рецептик не забудь.

– Спасибо! Я обязательно заберу.

Тут в домик постучали. Внутрь заглянул администратор и уточнил, как долго Семён Васильевич ещё будет занят. Тот ответил, что освободится совсем скоро, и можно приглашать гостей в соседнюю баню.

– А вы тут на расхват! – улыбнулась Яна.

Семён Васильевич гордо ответил:

– А у меня много постоянных гостей, даже из Москвы к ездят! – звучно рассмеявшись, он добавил: – Ещё разок обмойся и иди в номер, только когда она полностью остынешь, чтобы не просквозило!

После его ухода Яна допила чай и встала под душ. Вода смывала с неё пот и кусочки дубовых листиков. Но Яне казалось, что с неё наконец-то смывались уныние и грязь, в которых она чуть не утонула. Выйдя из душа, она насухо вытерлась и подсушила волосы. Придя в номер, Яна взяла в руки телефон.

– Привет-привет! Как отдых? Что-то добавилось к вкусной еде и отличному массажу?

– Ага. Настоящая русская баня. А в баре виски наливает прирождённый психолог.

– Ого! Тебе вправляет мозг бармен?

– Причём достаточно эффективно. Бонусом ещё и фотографирует.

– Покажиии!

Яна отправила Насте фото, которое сделал Влад.

– Офигеть! Ты такая красивая! И грустная…

– Я уже повеселела, не переживай!

– Отлично! Обнимаю!

Вслед за Настей снова активизировался Олег:

– Может, вернёшься на пару дней раньше?

– Нет, Олег. Будь мужчиной, держи слово.

– Я уже сто раз пожалел о своей щедрости.

Ресторан закрывался через полчаса. Яна надела хлопковое нижнее бельё, джинсы, чёрную водолазку и кеды.

– Надеюсь, меня пустят в таком неформальном виде.

Зал был почти пустым. Музыканты собирали инструменты. Негромко звучала клубная музыка. Влад стоял за стойкой и что-то записывал.

– Привет.

– О, грустишка! Ты чего такая румяная?

– Последовала твоему совету.

– В бане что ль была? С Василичем?

– Да.

– Ну и как? Понравилось?

– Очень. Прям засыпаю уже.

– Так и легла бы спать. Чего шатаешься по отелю?

– Зашла поболтать. Но если тебе некогда… – Яна расплылась в кошачьей ухмылке.

– Нет уж, садись, раз пришла. Кофе?

– А минералка есть?

Влад налил ей стакан минеральной воды.

– Тебе стало полегче?

– Да, определённо. Ты прочистил мне мозг, а Василич – поры. Кажется, вся дрянь из меня вышла.

– Отлично же. Сколько дней ты ещё тут будешь?

– Ещё четыре дня. А что? Я тебе уже надоела?

– Нет, просто тут можно заказать экскурсию на водопады. Там круто. В палатке переночевать, сделать завтрак на костре. Ну так, тоже освежает сознание.

– Классно. Но я пока откажусь. Мне нравится местное озеро. Там почти никого не бывает.

– Как хочешь.

Яна допила воду, задумчиво посмотрела на Влада и спросила:

– А ты всю жизнь барменом работаешь?

– Нет, только последние года три, а до этого я ещё год работал вышибалой в клубе. В принципе, я и тут время от времени выполняю такие функции, если кто-то из клиентов разбуянится. Но это редкость.

– А до этого? Тебе вроде не двадцать пять лет.

– Мне тридцать один. До клуба я пытался затеять какой-нибудь бизнес. Всё шло неплохо, пока друг не предложил вложиться по-крупному в один “мега-крутой стартап”, который прогорел через полгода. И я остался без копейки. Вспомнил бурную боксёрскую юность и пошёл в клуб.

– А почему не начал с нуля?

– Не сложилось, да и передышку хотел сделать. Но в итоге втянулся в барное дело. Так что, если и пойду снова в бизнес, то это будет бар.

– Отличный вариант. Если дело по душе.

– Возьму тебя к себе маркетологом, – Влад расхохотался.

– Я тебе не по карману, – Яна игриво закусила нижнюю губу.

– А это мы посмотрим, грустишка. Пока что в долгу ты.

– Я?

Влад снова показал пальцем на свою щёку и хитро улыбнулся.

– За утренние психологические разборы принимаю оплату поцелуями.

Яна захихикала и потянулась к нему через стойку. Влад повернул щёку, и она обожгла его языком.

– Ауч…

– Спокойной ночи!

– Да уж теперь вряд ли…