Глава 32 – Анвар О'Рим

Анвар О'Рим

Прошло больше двадцати лет, как я покинул пост командира военного крейсера и полностью посвятил себя внутренней защите планеты. За это долгое время я ни разу не участвовал в боевых и исследовательских операциях. Однако совсем недавно был построен усовершенствованный крейсер А класса, и проверить его функции попросили именно меня.

Заданная траектория полета идеально подходила для проверки как защитных, так и боевых функций, так как путь пролегал через тернистые пояса астероидов и пиратские сектора. Наш путь пролегал от Мираны до самой важной для мортов планеты Земля. Выбор был неслучайным, ведь именно для переселенок проектировался данный крейсер, для их безопасного путешествия к новому дому. Все в нем сделано для их комфорта, включая медицинский отсек, оборудованный самой новой и современной аппаратурой. Хотя эти траты кажутся неразумными на фоне низкого желания землянок перебираться именно в наш мир. Им предпочтительнее планеты с более свободными нравами и открытыми территориями. Конечно, я понимаю, почему они выбирают их, но для нас это совершенно неприемлемо. В виде исключения наш совет и так открыл спутник для посещения всех желающих, но сама планета остается закрытой. Да, мы установили на искусственном спутнике те же блокаторы, позволяющие передвигаться без плащей, и приняли жесткие меры безопасности. Каждый турист подписывает договор о неразглашении и находится под постоянным контролем, но открывать планету мы все равно не готовы.

Семь дней полета в одну сторону оказались незаметными и продуктивными. Я и весь экипаж убедились в безопасности судна, мы даже запросили разрешение на посадку, чтобы проверить все функции без исключения. Несколько часов стоянки, корабль собирается снова взлетать, и тут нам приходит неожиданное сообщение.

Девушка с Земли прошла тестирование и выбрала своим домом Мирану – в такой ситуации никто из экипажа не мог подумать об отказе. Если она желает покинуть планету в ближайшее время, мы лучший вариант, потому что следующий представится не раньше чем через семь дней.

Несколько часов ожидания, и мы с капитаном идем встречать пассажирку. В тот момент я еще не подозревал, чем для меня обернется эта встреча. В мои годы не принято верить в чудо, я знаю об уровне своих сил и какое они давление оказывают на женщин, я давно похоронил надежду на счастливую семью. Только вот эта самая надежда зажглась во мне, словно факел, при виде хрупкой девушки с копной золотых волос и испуганными глазами

Один взгляд, и я превратился в сопливого юнца, мог только молча следовать за ней, вдыхая сладкий аромат тела, и блаженно щуриться. И от этих ощущений становилось только больнее, после процедуры я смогу предстать перед ней без плаща, но она тут же убежит, не выдержав энергии, так уже было, и повторения я не хочу.

Оставив ее возле входа в медицинский отсек, поспешил отнести легкий багаж в каюты и запретил себе даже думать о ней. Чем мы дальше друг от друга, тем лучше для нас обоих. Не сдержался, не выполнил обещание, данное самому себе. За все время полета она лишь раз покинула каюту, а я тихой тенью следовал по ее пятам, запоминая каждый жест, каждое движение и восторженный взгляд. Ее улыбка стала для меня спасительным лекарством, путеводной звездой, которая вывела из мрака постоянной боли и желания покинуть мир живых.

Я превратился в маньяка, способного часами сидеть возле входа в ее каюту и надеяться хотя бы мельком ее увидеть. Настолько погрузился в свои чувства и страхи, что едва не упустил смысл слов корабельного медика.

– Она уникальна, – с чистым восторгом говорил Мэйн. – Никогда прежде не встречал ничего похожего, только читал, что у первой переселенки было нечто подобное.

О ее уникальности я знал и без него, а вот о второй части потребовал подробности.

– Она невосприимчива к нашей энергии, может поглотить бесконечное множество, и это никак не отразится на ее здоровье.

Эти слова сродни чуду, великому и непостижимому. Остальное меня уже не волновало. На подлете к планете я связался с советом и вызвался быть сопровождающим для новоприбывшей. К тому моменту я уже знал ее новое имя, возраст и показатели здоровья, у меня даже появилась ее голография, на которую я мог смотреть часами.

Корабль покидал спешно, чтобы она не заметила, как я скидываю плащ и прячу багаж в аскорде. Все должно выглядеть так, будто я все это время был на планете. К счастью, у меня получилось, но за своими глупыми мыслями я не подумал хрупком организме Лисы. Слишком большая скорость полета вызвала головокружение у девушки и подарила мне возможность прижаться к желанному телу. Легкая как перышко и такая же хрупкая, а в этих бездонных глазах можно утонуть.

Оставляя ее в коридоре здания совета, я уже знал, что предложат ей старые любители власти, и настоял, чтобы мое имя было в заветном списке. Я не хотел ее обманывать, но хотел стать лучшим вариантом из предложенных. К сожалению, все обернулось иначе. Сейчас я смотрю в прошлое и задумываюсь: а что было бы, не оставь я Лису в одиночестве? Смог бы стать первым, любимым и нужным?

Почему судьба свела ее именно с Хорном? С мортом, который ни за что не подпустит свое сокровище ко мне? Я не знаю ответа на этот вопрос и по сей день, но сдаваться я в любом случае не собирался. Обратился к лучшему другу, ведь узнал, что именно он будет заниматься уникальным случаем моего цветочка.

Гэйб О'Эйр был против моей идеи и одновременно согласен на все. Лиса затронула холодное сердце врача. Я не хотел снова обманывать ее, но это был единственный способ приблизить ее к себе.

– Ты хочешь, чтобы я обманул свою пациентку и весь совет правления? Ты хоть понимаешь, насколько это неэтично и глупо? – ворчал друг.

– Знаю. – А еще знаю, что Гейб вел все главные научные проекты планеты, совет слепо доверяет ему и согласится на все, что бы он ни предложил.

– А знаешь, что будет с моей карьерой, если она узнает об этом и сообщит в совет?

– Знаю, – очередной монотонный ответ.

– Ну и что мне с тобой делать? Хорошо, помогу, но взамен ты не станешь мешать мне! Я, между прочим, тоже холост.

Эта идея казалась идеальной – просто сказать Лисе, что во время эксперимента ей необходимо постоянно находиться рядом со мной. Тогда я решил, что если за отведенное время не справлюсь, то просто отпущу, но страх потери слишком глубоко засел в сердце, я решился на ложь и преступил черту закона, еще и друга подстрекнул.

В заветный день, когда Гейб вколол мне сыворотку и попросил Лису выйти, я ощутил себя счастливым. Она скучала по мне и сама в этом призналась, значит, наше влечение взаимное.

– Завтра я приеду за Лисой и повезу ее на свидание. – Друг грозно нахмурился.

– И как ты ей объяснишь необходимость отдалиться от меня? Сам же ее убедил, что нужно постоянно быть рядом. – Я понимал желание Гейба, но рисковать не желал, Лиса не должна узнать об обмане.

– Не знаю, придумаю что-нибудь, успокою, скажу, что мы всегда успеем прилететь обратно или что-то в этом духе.

Кивнул: спорить с ним бесполезно.

Сколько я знаю Гейба, он впервые выглядит так встревоженно, а вот его язвительность – вполне обычное дело. Надеюсь, что он не натворит дел и не обидит Лису. Я буду рад такому побратиму.

Я обдумывал множество вариантов того, как буду налаживать отношения с Хорном, ведь моя маленькая Лиса любит его и ценит. Понимал, что это будет сложно, ведь между нами огромная пропасть, заполненная горем. Он потерял младшего брата и пытается заглушить эту боль злобой. Однако я и представить не мог, что так сильно огорчу свою девочку. Нужно было быть более сдержанным и не поддаваться на провокации, но я не смог. Даже с учетом того, что сыворотка подействовала, жаль, что я пока не могу рассказать эту новость Лисе и сказать спасибо. Благодаря ей будущие и нынешние поколения мортов перестанут страдать.

Все изменилось очень быстро. Все тревоги, наша ссора с Хорном и недомолвки растворились в воздухе и превратились в необузданную ярость от одного ужасного сообщения. "Я на спутнике, Лиса исчезла, срочно прилетайте".

Сердце взорвалось на миллионы осколков, а я превратился в нечто страшное, готовое убивать, уничтожать всех и вся.