Глава 34 – Только мои

Иви Лиса

Пришла в себя словно от сильного удара, резво подскочила на кровати и никак не могла надышаться. Сразу стало понятно, что я в больнице, все вокруг такое белое, стерильное, с кучей сенсорных экранов и датчиков, но главное, все мои мужчины в сборе.

– Лиса, как хорошо, что ты очнулась.

Первым, конечно же, меня обнял Хорн.

Вид у мужа очень побитый. Синяки под глазами, мятая одежда, потухший взгляд – все эти симптомы свойственны кому угодно, но точно не мортам. Неужели так сильно переживал? Хотя я уверена, что совершенно не пострадала, ну только перенервничала сильно, а в остальном ничего серьезного.

– Все хорошо. – Приобняла его в ответ, нежно погладив по спине. – Я жива, здорова, и даже ничего не болит.

– Ну это мне еще стоит проверить, – Гейб в своем репертуаре. Не знаю как, но ему удалось оттащить от меня супруга и заняться осмотром.

Гейб снял с моих рук и висков какие-то датчики на присосках, осмотрел лицо, сверился с данными на своем планшете и счастливо улыбнулся.

– Ты в полном порядке, Лиса.

По палате разнесся слаженный вздох.

Я даже не заметила, что среди моих мужчин притаился Лин, и выглядел он не лучше остальных.

– А теперь расскажите, почему вы так выглядите и что случилось после потери мной сознания? – вроде бы вопрос задаю всем и сразу, но смотрю только на Гейба.

Сейчас, глядя на спокойного улыбающегося блондина, я с трудом могу поверить, что он был похож на демона из древних сказок. Интересно, а Даниил остался жив?

– Думаю, нам нужно многое рассказать, – почему-то ответить решился Анвар, пока Гейб виновато буравил пол. – И начнём с того, что из-за сильного стресса ты проспала три дня.

Мужчины окружили мою кровать со всех сторон, Хорн присел с краю, нежно поглаживая мою руку, Тар чуть ли не со слезами вглядывался в лицо, присаживаясь возле моих ног, остальные остались стоять.

Однако взгляды мужчин не так поражали, как слова Анвара. Три дня? Неужели я настолько сильно испугалась? В теле нет никаких неприятных ощущений: ни боли, ни слабости, – я абсолютно здорова.

– Почему так долго? – И снова смотрю на Гейба, он же здесь врач, пусть объясняет.

– Сказался сильный стресс, твой организм еще не до конца перестроился после сыворотки, на это уйдет около года, а пока тело отреагировало таким образом, пытаясь защитить разум. – Гейб немного замялся. Мне показалось или он что-то недоговаривает?

– Но сейчас я здорова?

– Абсолютно! Я лично занимался этим вопросом. – Можно сказать, он дважды спас меня.

– Спасибо, Гейб, я благодарна за все, что ты сделал. Боюсь, если бы не ты, здоровья во мне было бы значительно меньше, – попыталась пошутить, но никто моего юмора не оценил, мужья еще больше напряглись.

– Не шути так. – Лин поднял испуганный взгляд, смотря точно на меня.

– Ладно, ладно, не буду. – Вяло улыбнулась. – Что было дальше? – В горле запершило, я закашляла, и Гейб протянул мне стакан прохладной воды. – Спасибо.

Пока не начала пить, не поняла, насколько у меня все пересохло во рту. Стакан опустел за мгновенье, и мы наконец смогли продолжить.

– Когда ты пропала, – продолжил Анвар, – Гейб сразу сообщил нам, а сам отправился на поиски, с помощью службы охраны он без труда вычислил место твоего нахождения, а потом еще и пришел сигнал о помощи с твоего браслета.

– Если быть точнее, – Гейб перебил Анвара, – мне пришло красочное сообщение с точным местом назначения, поэтому я очень быстро оказался у нужной двери. Даже не представляю, на что надеялся этот глупец.

Тут я соглашусь. Поведение Данила говорит лишь о том, что у него серьезные психологические проблемы.

– Это я помню, но меня интересует, что было после моего обморока.

– Ну, если не учитывать, что Гейб почти убил сына посла, а потом никого к тебе не подпускал, то ничего интересного. – Анвар улыбнулся, поглаживая меня по руке. – А если серьезно, тебе больше не о чем переживать, твой мучитель больше никогда тебя не потревожит и вообще никого не потревожит.

– Прости, ты была без сознания, и нам с Таром пришлось рассказать историю о твоем прошлом. – Хорн после этого стал выглядеть еще хуже.

– Ничего, это было нужно, и я совсем не злюсь, но все еще не понимаю, что теперь с Данилом? Он мертв? Арестован или его вернули на Землю?

– Его арестовали и уже осудили. – Анвар скривился и, кажется, прошептал какое-то ругательство. – Если бы его судили по законам Мираны, то за нападение на женщину ему светил смертный приговор, но все же ему сделали послабление и назначили пожизненное заключение в одной из тюрем межгалактического совета.

– И никого не волновало, что он сын посла? – Вот это удивительно, теперь я точно чувствую себя прекрасно.

– Нет, он нарушил один из главных законов чужой планеты, выбор был невелик: либо смерть, либо тюрьма. На допросе он сознался, как выслеживал тебя, что очень долго пробыл на спутнике, придумывая, как выманить тебя с планеты, но судьба сама все расставила по своим местам. У него не было четкого плана, он считал себя неприкосновенным и поплатился за собственную глупость.

– Это хорошо, я рада, что все закончилось и можно жить спокойно. – Судя по всему, так думаю только я. – Вижу по вашим лицам, что это еще не все? Рассказывайте уже, какие еще проблемы свалились на нас? Совет чем-то недоволен? Или из-за моего отсутствия Анвар пострадал? – Последняя мысль прострелила меня, как молния среди белого дня.

Как я могла забыть, что мне нельзя оставлять его одного надолго? А вдруг и правда, пока меня не было, он пострадал? Вот я безмозглая!

– Хм, и чего молчите? – Тар косо посмотрел на Анвара и Гейба, и я заметила, что Хорн и Лин тоже поглядывают на них как-то осуждающе.

– Лиса, нам нужно кое в чем признаться, но прежде, чем мы это сделаем, ты должна знать, что мы эгоистичные идиоты, которые влюбились в тебя, как мальчишки. – Ох, вот уж не думала, что мне будут признаваться в любви, пока я лежу на больничной койке.

Как-то стало душно, ни слова вымолвить не могу, блеющим голосом бормочу что-то под нос.

– Мы тебя обманули, – резко обрывает идиллию Анвар. – Мы с Гейбом тебя обманули, потому что хотели быть рядом. Я хотел и не знал другого способа.

– Я не совсем понимаю. – Голова стала чугунной, все эти скачки с одной темы на другую сводят меня с ума.

– Для проверки вакцины нужно было лишь твое согласие на исследование твоего организма, вся эта история с моим постоянным присутствием – ложь.

Вдыхаю полные легкие воздуха и пытаюсь переварить все услышанное. Ложь? Да и черт с ней! Я ведь могла погибнуть пару дней назад. Будь Данил умнее, хитрее и был бы у него план – я бы лежала в гробу, а не в больнице.

Мужчин молчат. Гейб поджал губы и смотрит вдаль, будто ждет, пока я выставлю его за дверь, такой же вид у Анвара. Поступили они не очень хорошо, нечестно и очень рискованно, но я не могу на них злиться, точно не сейчас. Может быть, чуточку позже.

– Что ж, поступили вы не самым лучшим образом, – начала свою речь, и тела мужчин окаменели от ужаса. – Мы обязательно обсудим это, когда меня выпишут, внесем главное правило в нашу семью – не врать друг другу, – сама не поняла как, но четко обрисовала, что эти парни уже моя семья. Язык мой – враг мой! Мужчины тоже поняли, что прощены, и теперь смотрели на меня с нежностью и любовью, а мне от этого хотелось под пол провалиться.

В моей палате остался лишь один морт с печальным выражением лица. Лин притих, сливаясь с окружающей обстановкой, словно боясь попасться мне на глаза.

– Лин, я счастлива, что ты не остался в стороне, и рада видеть тебя, – сама не понимаю, зачем я это говорю.

Да, мы вроде бы уже не враги, но и друзьями нас назвать сложно. Возможно, со временем, когда мы оба будем готовы.

– Я тоже рад, что с тобой все хорошо. – А на лице такая грустная улыбка, что я совершенно не понимаю, что сейчас творится в его душе.

Мы еще немного успели пообщаться, пока Гейб готовил документы на мою выписку. Мужчины рассказали, что сыворотка превзошла все ожидания моего врача и отчет по её использованию уже предоставлен в совет, но они настаивают на более длительном периоде наблюдения. Ну да, им же Гейб не рассказал правду, что на самом деле и не нужна я в этом эксперименте. К слову, об обмане совета я узнала только сейчас и даже внутренне позлорадствовала: не только мне ходить обманутой. А еще я безумно рада, что теперь у целой расы есть лекарство от постоянных болей. Все было не зря!

Через час нас отпустили домой, но почему-то весь живой персонал больницы смотрел в мою сторону с каким-то трепетом. Я не особо придала значение этим взглядам, а вот отношение мужчин стало пугать с первых секунд. Идти самостоятельно мне не разрешили, сидеть можно было только на чьих-то коленях. Легкий ветерок и вовсе вызвал какой-то шок у мужчин, и меня закутали в четыре пиджака.

– Что здесь происходит? – мой тон ясно дал понять, что я не довольна происходящим.

И снова эти тихие переглядывания, опять что-то скрывают, а я уже скриплю зубами, сидя на ручках у второго мужа.

– Милая, ты только не нервничай. – Хорн побелел, позеленел, потом покраснел и плотно сжал губы. – Понимаешь, иногда такое бывает, ведь основная задача сыворотки – укрепление репродуктивной системы, и иногда случается… – муж без умолку тараторил, не позволяя понять ни единого слова.

Однако достаточно знать значение слова "репродуктивная", и все становится на свои места. Дрожащей рукой накрываю плоский живот и понимаю, что из всех своих мужчин была близка только с Хорном и всего одну ночь. Неужели это возможно? Так быстро?

– Я беременна? – Губы задрожали от волнения.

Хорн виновато отвел взгляд, а я не смогла сдержать улыбку. Я всегда знала, что если забеременею, то буду рада малышу. Даже если бы у меня не было денег, нормальной работы, я бы нашла способ его прокормить. Мне никто не был рад, поэтому я оказалась в приюте, но этот ребенок не будет обделен любовью.

Сама перебралась на колени к Хорну и крепко обняла за широкую шею.

– Я очень рада. – И это правда!