Эпилог 2

Восемь месяцев спустя…

Гейб О'Эйр

Сегодня был самый ужасный и одновременно самый прекрасный день в моей жизни. День, когда на свет появилась малышка Айлин – наша маленькая доченька. Хоть наши технологии и развиты до невероятного уровня, а медицина поражает своими возможностями, но процесс родов до сих пор приносит женщинам боль. Лиса пожелала рожать самостоятельно, поэтому боли было много. Я был рядом все это время, долгие пять часов мучений, криков, схваток и потуг. Я первым увидел крохотное чудо, взял ее на руки и с благодарностью посмотрел на супругу. Пусть не я биологический отец, но все мы одна семья, и в ней не бывает чужих детей.

Ровно восемь месяцев назад, когда я стал счастливым супругом, я точно знал, что лично буду принимать роды и никого не подпущу к своей жене. В тот день Лиса поразила меня своими словами. Я все думал, когда же она откажется от нас, когда скажет, что ей не нужны мы, но она сделала все с точностью до наоборот. Меньше всего я ожидал, что она и Лина примет, ведь я успел узнать историю их знакомства, да и он не рассчитывал на такое чудо.

Наша удивительная жена умеет удивлять, за восемь месяцев я это хорошо успел понять. Никогда не думал, что беременная женщина захочет учиться, работать и заботиться обо всех своих супругах. Просто не представлял, как она находит энергию на все и сразу. Иногда она слишком уходила в себя, погружаясь в свои хлопоты, и нам приходилось ее притормаживать. Однако как бы ни хотели, но полностью окружить ее нашей заботой так и не удалось. Лиса не из тех женщин, что будут сидеть дома в окружении мужей. Нет, нас пятеро, она одна, но она никого не принижает, и ее внимания и любви хватает на всех. У нее даже хватает времени, чтобы каждый день готовить. Хотя я искренне не понимаю, зачем ей это? Беременной женщине не место у плиты, да и вообще для этого есть роботы, но у нее на все свое мнение. Признаюсь, я обожаю, когда она готовит, и с радостью съедаю все до последней крошки, но я готов всю жизнь питаться сырыми овощами, лишь бы Лиса чувствовала себя хорошо.

Вот и сейчас смотрю на счастливое вспотевшее лицо жены, на то, как она бережно прижимает крохотный комочек к себе, и удивляюсь ее силе духа.

– Спасибо, родная, – шепчу пересохшими губами и целую влажный висок.

Она ласково улыбается, продолжая поглаживать пухлую щечку дочери. Двери в палату открываются, и на цыпочках заходят побратимы. Хорн первым решается взять малютку на руки, в его глазах стоят слезы, и все мы разделяем его чувства.

– Я вас очень люблю, – говорит жена и, вымученная этим днем, засыпает, так и не услышав, что эти чувства взаимны, но ведь у нас впереди еще столько лет, мы успеем ей доказать свою любовь.