Глава 14

– Открывай, – я в нетерпении потопталась на месте.

Единственное, что меня беспокоило, так это ехидная улыбочка Саданова. Такая она была, выжидательная. Но Градов уже распахнул дверь.

– Гер, привет. Мы за тобой…

Через мгновение Градов пролетел мимо меня и ударился о стену так, что полетела бетонная крошка.

– Стой! – Ринулся к нему навстречу Антон, но тоже отлетел в сторону. В сторону Саданова. Послышался неприятный хруст ломающихся костей.

Блин! Георгий со стеклянным взглядом шел на меня. Что эти гады ему вкололи? Что они здесь вообще с ним сделали за эти двое суток?

– Что делать? – Принялась отступать к стене.

– Надо вколоть ему снотворное, – услышала голос Антона.

У стены завозился Аким и Георгий резко повернул голову. Господи, он же его сейчас прибьет, и не посмотрит, что Градов сильнейший в иерархии. Бросилась вперед раньше, чем успела подумать головой. Кажется, оборотень не ожидал такого перфоманса и даже несколько растерялся, когда я, подпрыгнув, повисла на его шее и обхватила его талию ногами. Прижалась щекой к голому плечу и замерла, ожидая, что мне сейчас голову открутят. Но ведь ни один оборотень не сможет причинить вред своей паре. Просто физически. Если всё так, то я только надеялась на его инстинкты.

Вздрогнула, когда его ладонь легла на мою спину. Узнал? Смог прийти в себя? Подняла голову, чтобы проверить. Георгий смотрел на меня растерянно и как будто не понимал, что с ним происходит. Опустил голову, принюхался ко мне, провел носом у уха и… неожиданно яростно поцеловал, обхватив мой затылок большой ладонью.

Я слишком поздно вспомнила о своей разбитой губе. И о том, что на ней свежая кровь. И о том, что он теперь навсегда будет связан со мной поняла не сразу. Осознав этот факт, почему-то не почувствовала никакого отторжения. Судьба, видимо, у нас такая.

Георгий вздрогнул, и я, прервав поцелуй, услышала голос Антона.

– Готово. Ты молодец.

Я только и успела увидеть легкую обиду в глазах Георгия, как эти самые глаза закатились и он стал падать вместе со мной.

– Лови, – взвизгнула.

Антон поймал. Аккуратно уложил оборотня на спину, снял с него меня и поставил на дрожащие ноги. Градов с трудом встал и доковылял до нас, чуть хромая. Видимо, очень сильно прилетело.

Я посмотрела на Саданова. Тот лежал на полу. Не двигаясь.

– Шею ему сломал, – поморщился Антон. – Плохо. Нужно было допросить.

– И что теперь делать будем? – Аким с интересом уставился почему-то на меня.

Я пожала плечами. Я до сих пор не могла переварить тот факт, что Георгий никого из нас не узнал. Более того, повел себя агрессивно. Что же все-таки они ему вкололи?

– Надо здесь все прибрать и опросить выживших, – решил Антон. – Я сейчас позвоню Хозяину, чтобы Павлов выслал группу для зачистки территории.

– Сколько времени действует укол? – Нахмурилась я.

– Часа четыре, – услышала в ответ.

А приборка, как я понимаю, будет не меньше суток.

– Тогда Георгию нельзя здесь оставаться. Он же порвет всю эту вашу группу зачистки, – всплеснула я руками.

– И куда его? – Нахмурился Градов. – В город его точно нельзя. Там побоища нам еще не хватало.

– К шаманке. Так, бери Алису и Геру, грузи их в эту кошмарную тачку, которую ты нашел, и вези в лес. Координаты скину. Тут километров сорок будет всего. – Антон вытащил из кармана телефон и что-то стал там печатать. – Скажешь ей, что от меня. Я подожду здесь группу из Мая и приеду за вами. Там придумаем, что делать.

Градов тут же поднял Георгия и понес его к выходу. Мне не оставалось ничего другого, кроме как идти за ним. Наверное, свою миссию здесь я уже выполнила. Хотя, если У Георгия сознание не прояснится, то мне придется его как-то лечить. Но все нужные препараты у нас находятся в Мае…

– Успокоительный отвар будешь? – Спросил Аким, когда мы отъехали от завода.

– А есть? – Я обернулась и посмотрела на заднее сиденье, куда с трудом уместился спящий Георгий.

– В рюкзаке глянь, – посоветовал он.

Термос с отваром действительно нашелся в рюкзаке. Я на нервной почве выпила почти половину и только сейчас до меня стал доходить весь ужас произошедшего. У меня начали мелко подрагивать руки.

– Надеюсь, что его можно вылечить, – выдохнула, спрятав термос в рюкзак.

– Думаю, что разберемся. Только странно, что он даже тебя не узнал. На уровне инстинктов всё сработало, – оборотень бросил на меня быстрый взгляд и отвернулся к дороге.

– Да, странно. Никогда о таком не слышала, – кивнула. – Ой, а если он и Адама не узнает? Что же мы будем делать?

– Найдем способ. Макс сможет разобраться, – понадеялся Аким.

Я только головой покачала. Что-то я уже ни в чем не уверена. А еще я только сейчас поняла, что полчаса назад у меня вообще-то случился мой первый поцелуй. Очень странный. Еще и при свидетелях. Еще и поцеловал мужик, который по виду меня в упор не помнит. Или это я зря себя накручиваю? Блин, здесь даже поговорить не с кем на эту тему. Я впервые пожалела, что с нами не поехала Алка. Да та же Клавка тоже была бы полезнее… Градова. Этот оборотень часто ведет себя, как подросток.

Ехать действительно оказалось не далеко. Тридцать километров от города по трассе, и еще пять по проселочной дороге, и три по еле заметному проезду в лесу. Машину Градов остановил, когда в сумерках показался бревенчатый домик. Оборотень вышел и направился к строению, из которого вышла сухонькая старушка в мехах. Летом! Мерзнет что ли?

– Добрый вечер. Мы от Антона. Нам нужно где-то переночевать, – сходу объяснил он.

Дипломатия явно не была его коньком.

– Лекарство привез? – Только и спросила старушка.

– Сейчас, – Градов вернулся к машине, забрал рюкзак и снова подошел к шаманке. – Два возьмите, вдруг понадобится.

– Да мне и одного много. Годы. А Антошка где сам? – Она оглядела нашу нелепую машинку.

– Подъедет завтра, – Аким тоже глянул на машинку.

– Это хорошо. А то мне сверчков, да прочую живность из дома повыгнать надо. Она от него хорошо бежит, – хмыкнула пожилая женщина.

– Это и я могу сделать, – обрадовался оборотень. – Только вот, нет ли у вас еще одного дома, чтобы нашего буйного и больного… коллегу расположить? Ему бы без всех как-то…

– Отчего же нет? Есть. Вон там, – она махнула куда-то в сторону.

Градов посмотрел туда и лицо у него вытянулось. Я выбралась из машины и подошла к этим двоим.

– Здравствуйте. Куда нам переложить Георгия? – Поинтересовалась.

– Видишь площадку на кедре. Вот там жить будете до завтра, – ткнул пальцем Аким.

Я удивленно вскинула брови.

– А как ты туда его затащишь? – Повернулась я к Градову.

– Там лестница есть, – указала рукой шаманка в сторону ствола дерева. – Овод вас не ест, дождя сегодня не будет. Переночуете. Подстилка там хорошая. Мох мягкий, того года. И звезды всю ночь.

Да уж, романтика сплошная. Вот только, где я, а где романтика? Да и ситуация сейчас не та. Но мне ли привередничать, если нас здесь приютят на нужный срок?

– А свет там есть? – Уточнила.

– Фонарик дам. Да и зайчатинки я сегодня наготовила. Как знала, что придете. Сама-то ее не ем, – проскрипела она и ушла в дом.

Градов усмехнулся и отправился доставать Георгия из машины. Мне оставалось только следить за тем, чтобы Аким его ненароком не ушиб ни обо что, пока затаскивал на дерево.

– Готово, – выдохнул он, сгрузив моего оборотня на мох. – Если что-то будет нужно, то зови. Я сейчас еды тебе принесу. От тех пирожков в организме уже ничего не осталось. Лично я голодный, как стадо акул.

– Акулы по одной плавают, – напомнила автоматически.

– Потому по одной и плавают, что голодные, – хмыкнул он и слез-таки с кедра.

Я же осталась рядом со спящим Георгием, который должен был очнуться через пару часов. Интересно, почему он в одних штанах? Босой… Где у него обувь? Интересно, остались ли у него какие-то повреждения? Я потрогала его везде, где смогла дотянуться. Пальпирование ничего не дало. Все вроде бы было нормально. Тогда я села рядом с ним и попыталась перестроить свое зрение так, чтобы увидеть, нет ли внутренних повреждений.

То ли я недостаточно старалась, то ли мне знаний не хватило, но я нашла только один застарелый перелом и несколько незначительных спаек. Возможно, сюда попадали пули когда-то.

– Вот еда, – Градов поднял на кедр небольшую кастрюльку. – Слушай, тетка эта такая интересная. Столько всего знает. Может быть, к нам спустишься?

– Нет. Я здесь… пригляжу, – кивнула на спящего Георгия.

– Как хочешь. Тогда еще отвара вам принесу, – проворчал оборотень и слез вниз.

Я же поняла, что действительно проголодалась и потянулась за едой. Зайчатина оказалась потушена в каких-то кореньях. Было непривычно, но очень вкусно. Или это я с голоду так все оценила? Не знаю.

Еще через полчаса Аким принес отвар и ушел в избушку теперь на всю ночь. Я же, наевшись, лежала на мху и смотрела на все ярче проступающие звезды. Когда на небо выкатилась желтая луна, рядом со мной завозился Георгий. Сначала просто пошевелил рукой, потом повернул голову и уткнулся носом в мое плечо, обтянутое тканью футболки.

Я замерла и постаралась не шевелиться. Вдруг он меня как угрозу воспримет. Но ничего такого не произошло. Он просто повернулся на бок, обхватил меня руками и принялся шарить руками по моему телу. Не сильно. Просто… как бы знакомясь.

– Э-э, ты есть хочешь? – Решила все же подать голос.

Оборотень замер. Приподнялся на локте, навис надо мной, рассматривая мое лицо. Затем медленно кивнул. Я с облегчением выдохнула и села. Подтянула кастрюлю, в которой осталась зайчатина и протянула Георгию. Он осторожно понюхал, что-то там порешал в голове и все же принял от меня и кастрюлю, и ложку.

Так, с этим разобрались. Я, стараясь не делать резких движений, открыла термос и налила отвара. Отвар он тоже понюхал, прежде чем отпить. Наверное, запомнил, как ему вкололи снотворное, пока он был увлечен поцелуем со мной. Теперь и мне не доверял.

Съел он ровно половину. Остальное протянул мне.

– Я уже ужинала, – решительно отказалась. Он покачал головой, все так же протягивая еду мне. Даже попытался что-то сказать, но то ли не смог, то ли с его речевым аппаратом было что-то не так, но он просто беззвучно шевелил губами. – Ей-богу ужинала. Здесь тебе осталось. И в термосе тоже тебе отвар остался.

Он бросил на меня подозрительный взгляд, но видимо решил поверить мне на слово и вновь принялся за еду. Он вообще вел себя странно, не так, как обычно. Сейчас он нервничал, суетился, настороженно крутил головой и замирал от каждого шороха. Раньше он был куда спокойнее.

Да и я тоже непроизвольно прислушивалась к лесу, к природе. Да даже ветер здесь не был похож на наш привычный. Господи, как же я хочу домой!

Когда еда закончилась, Георгий задумчиво подполз к краю деревянной площадки и свесил голову вниз. Нашел взглядом лестницу и, повернувшись ко мне, выразительно уставился.

– Что? – Не поняла я.

Он показал на себя, потом на лестницу, затем на меня и на мох, где я сижу. Что-то я не очень-то поняла его намерений, но кивнула. Он поднялся, подошёл к лестнице, слез вниз и скрылся за ближайшими деревьями. Через пару минут я начала нервничать, потому что стояла такая тишина, что я испугалась, что он мог где-то в обморок упасть. Но это же оборотень. Они сильные.

Георгий появился, когда я уже серьезно хотела спуститься вниз и идти его искать. Он забрался наверх, сел рядом со мной и протянул мне маленький букетик из лесных цветов.

– Э-э, спасибо, – букет приняла, но, что делать дальше, просто не знала.

Оборотень некоторое время посидел, смотря на меня, затем лёг, вытянулся во весь рост рядом со мной и потянул меня за собой. Пришлось лечь и положить голову на его плечо. Георгий, кажется, совершенно не хотел спать (в отличие от меня), а потому принялся сначала вырисовывать узоры на моей руке, потом принялся гладить и изучать пальцами мое лицо. Закончилось все тем, что он чуть приподнялся и осмелился вновь меня поцеловать. На этот раз нежно, едва касаясь губ. Я замерла, боясь спугнуть. Да и сама просто не знала, что делать.

Георгий мягко поцеловал щеку, спустился к шее… И поднял голову, к чему-то прислушиваясь. Я тоже услышала приближающиеся шаги.

– Алис, у вас там все хорошо? – Слава богу, Градов не стал подниматься, потому что оборотень, держащий меня в своих руках, просто закаменел.

– Все хорошо, – ответила сиплым голосом.

– Ладно. Тогда я спать, – услышала я удаляющиеся шаги.

– Угу, – хмыкнула, не зная, как на это все реагировать.

Георгий же проследил за тощей долговязой фигурой, пока та не вошла в дом, и лишь потом вернул свое внимание ко мне.

– Я спать хочу, – сказала, пока он не продолжил начатое. Я все понимала, не такая и маленькая уже. Но вот так, в лесу на дереве… не хочу. Как-то неправильно это.

Оборотень, осознав мои слова, подгреб меня к себе, вновь уложил мою голову на свое плечо, обвил руками и ногами так, что я оказалась в своеобразном коконе. Улыбнувшись, я позволила себе закрыть глаза зная, что даже в таком нездоровом состоянии он никогда не сделает мне больно.