Глава 5

Я не собирался идти в кабинет или в какую-нибудь другую комнату, чтобы поговорить с Ромкой, а потом пересказывать наш разговор несколько раз. Поэтому направился прямиком в библиотеку. Ванда зашла следом за мной и аккуратно прикрыла дверь. После чего встала рядом с Егором, который на одном из столов что-то чертил на листе бумаги. Рокотов с остальными волками стояли в стороне, негромко переговариваясь. Как только я вошёл, разговоры сразу стихли.

— А где Громов? — обведя всех напряженным взглядом, поинтересовался я.

— Отбыл по важным делам. Он не знал, сколько продлится твоя встреча с матерью и решил больше не задерживаться, — ответил за всех Эдуард. Он как обычно стоял возле окна, заложив за спину руки. Стоял очень прямо, гордо вскинув голову. — Судя по всему, разговор у вас не задался.

— Зато мы всё наконец выяснили без недомолвок и увиливаний, — я направился к столу, на котором стоял телефон.

Чувствовал ли я что-то большее, чем обиду? Нет, вряд ли. Меня даже совесть не мучила за то, что я так поступил. Что это? Взрослею? Или уже свыкся с тем, что она больше не является частью моей жизни? А ведь если разобраться, то и не являлась никогда. Рядом всегда были Саша и крёстный. Мать появлялась периодически. Она даже не интересовалась, где я пропадал целыми днями, когда связался с бандой Быка. Даже Громова это больше интересовало, чем её.

— Хочу напомнить, Дмитрий Александрович, что вас на линии ожидает господин Гаранин. — В библиотеку совершенно бесшумно зашёл дворецкий, отвлекая меня от размышлений. — Вас соединить здесь или вы пройдёте в кабинет, и звонок перевести туда? — Николай подошёл к столу, у которого я стоял, снял трубку и нажал пару кнопок.

Телефоны все в доме были новенькие и присутствовали теперь во всех комнатах. И даже номера имели разные, чтобы не создавать путаницы и избегать подслушивания. Так что в разбитой в хлам гостиной внезапно обнаружился ещё один плюс.

— Здесь конечно. Я же не просто так сюда пришёл, — я забрал трубку и нажал на вызов, тут же переключаясь на громкий звук. — Рома?

— Привет, Дим, — по библиотеке разлетелся знакомый голос. Правда, мне показалось, что голос был каким-то чересчур спокойным. Я даже удивился. Никогда не думал, что Гаранин может быть настолько отстранённым, даже холодным. Ему же всегда «б-з-з» в одном месте жить спокойно не даёт. — Я могу поблагодарить тебя за подарок?

— Наверное. Но всё зависит от того, что ты имеешь в виду, — уклончиво ответил я.

— Гвэйн не погиб при разрушении школы? — Задал Рома самый странный вопрос из всех, которые мог задать.

— Нет, но это очень запутанная история…

— И, наверняка очень трагичная и печальная, — хмыкнул Гаранин. — Он Тёмный?

— Это не телефонный разговор. — Быстро ответил я. — Рома, может, ты приедешь ко мне, и мы поговорим? — Ну же, соглашайся. Ведь именно этого я хочу добиться от нашего разговора.

Я задумчиво посмотрел на усмехнувшегося Эда. Интересно, что он сделал и как преподнёс перстень, раз Ромка сразу же подумал о Гвэйне? Надо было всё-таки до конца оставаться с ним и проследить, что именно тот наворотил, когда артефакт упаковывал. Чтобы не выглядеть сейчас идиотом, не понимающим, о чём идёт речь.

— Нет, я не думаю, что наше общение стоит продолжать, — после некоторой заминки ответил Роман. — Это не принесёт ни тебе, ни ей ничего хорошего. Мы по разную сторону закона находимся и слишком далеко отошли друг от друга в социальной иерархии. Твой подарок, ты не поверишь, пришёлся очень кстати, и получил я его чертовски вовремя. За него можешь просить, о чём угодно, кроме нашей скорой встречи. На это я не могу пойти, извини. Я так понимаю, ты узнал о проблемах с моей магией, учитывая характер артефакта?

— Да, и не только об этом. Я знаю, как тебе можно помочь, и я не о клятве Служения, — я покосился на Ванду, напряженно вслушивающуюся в каждое слово.

— Я научился сам справляться с этой небольшой проблемой, спасибо за предложение. Я, пожалуй, откажусь, — мне показалось, что и на этот раз он слегка затянул с ответом, вероятно, действительно обдумывая то, что я сказал.

— Почему ты сразу ничего не сказал об опеке? Я об этом узнал за десять минут до твоего звонка чисто случайно из разговора с матерью. — Я чувствовал, что он сейчас отключится, и поэтому говорил всё, что приходило в голову.

— Твой поверенный прислал отказ, — холодно ответил Гаранин. — А встретиться нам так и не удалось.

— Ты мог прямо сказать, что тебе нужно. Сразу, как только позвонил, чтобы договориться о встречи. У меня отец тогда только что погиб, и я плохо соображал, знаешь ли. В добавок ко всему у меня тоже начались проблемы с магией. Поэтому первое время всеми делами управляла моя мать, — довольно резко ответил я.

— В тот день, когда мы должны были встретиться, у меня оставалось меньше суток, чтобы оформить новое прошение. И о том, что ты жив, я узнал гораздо позже. — Гаранин проигнорировал ту часть, где я говорил, что он мог сказать мне обо всём сразу. Вряд ли в этом случае я потащился бы на встречу пешком. Мы бы с ним встретились как минимум в офисе Гомельского. Вот же баран упрямый!

— Ты вернулся в Род? — неожиданно спросила Ванда.

— Нет, я сумел найти опекуна, — в голосе Романа прозвучало удивление. Он, видимо, не думал, что при нашем с ним разговоре может присутствовать кто-то третий.

— И это…

— Варис. — Быстро ответил Рома. — Как понимаешь, у своих старых знакомых я не мог просить ничего подобного, — сейчас в его голосе послышалась горечь. — Да и никто из них не согласился бы идти против моего отца в открытую.

— Я даже представлять не хочу, что Варис попросил взамен, — тихо проговорила Ванда.

— Не стоит этим интересоваться, — на этот раз Роман ответил, не задумываясь. — И да, это всё в прошлом, поэтому я не хочу об этом вспоминать.

— Может, ты приедешь, чтобы свои артефакты забрать? — тихо вздохнув, спросила Ванда.

— Можешь их продать и стать очень обеспеченной девушкой, — слишком быстро ответил Ромка. — Кинжалы только оставь, они всё равно на рынке стоят, как пара столовых ножей не слишком хорошего качества. Они очень специфичны и это сильно снижает их стоимость. Ты же не трогала клинки?

— Нет, нам вовремя объяснили, что это такое, — ответила Ванда.

— Тогда, может, вы мне их вернёте? — мягко поинтересовался Гаранин. — Вам они всё равно могут только навредить, а мне нужны для работы.

— Они у Ванды в заложниках побудут, пока ты лично не придёшь и не попросишь их вернуть, — я поднял руку, не дав подруге продолжить разговор.

— Надеюсь, что к заложникам вы будете относиться крайне бережно и уважительно, — резко ответил Гаранин и отключился.

— Вот и поговорили, — выдохнул я, поворачиваясь к Эдуарду.

— А что ты хотел, это же Гаранин, — он закатил глаза. — У этой семейки есть две совершенно неискоренимые черты. Первая, это склонность к садизму. Проявляется она в разной степени, в зависимости от воспитания и окружающей обстановки. Вторая — вот этот мерзопакостный упёртый характер, передающийся из поколения в поколение с завидным постоянством. Пока он сам не решит, что ему что-то нужно и это правильно, вы будете об стену головой биться, но никакого результата не добьётесь.

— И какова вероятность того, что он придёт в итоге к осознанию необходимости хотя бы со мной нормально поговорить? — поинтересовался я у совершенно спокойного Эда.

— Когда пройдёт все стадии принятия, наступив по пути на одни и те же грабли, измазанные навозом. Как минимум трижды, — хмыкнул Эдуард. — Сейчас Роман явно находится на стадии отрицания. Вот когда он перейдёт к торгу с самим собой, нужно начинать периодически напоминать ему о себе, чтобы он не забыл и не переключился на что-то другое. Не поверишь, но он не только внешне напоминает мне Олега. У них даже судьба складывается одинаково, и всячески наталкивает меня на мысль, что история всё-таки циклична. Тот тоже из-за какой-то девки с отцом разругался. Только у Романа получилось не сдохнуть при этом в адских муках.

— Из-за какой девки Роман поругался с отцом? — хмуро поинтересовалась Ванда.

— Понятия не имею. У Гаранина в голове такой хаос был, что я так и не понял: он жениться хотел или наоборот всеми силами стремился отвертеться от женитьбы, — ответил Эдуард насупившейся девушке.

— Ладно, пока можно главу Гильдии убийц на время забыть и приступить к более насущным проблемам, — хмуро заявил Рокотов. — Как выяснилось на практике, у нас образовались некоторые прорехи в обучении, и сейчас акцент будет делаться на ликвидацию этих недочётов. Ошибки мы учли и сейчас будем разрабатывать новую тактику. Вы к нам присоединитесь? А то всегда были недовольны тем, что подобные решения принимались без вашего участия.

— Я могу съездить на несколько дней к родителям? — неожиданно тихо спросила Ванда, поворачивая голову в сторону Андрея.

— Думаю, что это возможно, — после продолжительной паузы ответил Бобров, пристально глядя на девушку и о чём-то напряженно думая. — Время, проведённое рядом с родными, может помочь стабилизировать твой источник. Только нужно постараться избегать посторонних контактов, которые могут вызвать неадекватную реакцию.

— Роман и не планирует со мной встречаться, ты же слышал, — ответила ему Ванда.

— А я не об этом Гаранине говорю. Он-то как раз сможет сдержать твой выброс. Я переговорю с господином Вишневецким, и после этого отвечу на твой вопрос.

На этих словах Андрей вышел из библиотеки, на ходу доставая телефон из кармана штанов.

— А вы что хотите попросить? — с усмешкой в голосе поинтересовался Рокотов, глядя на Егора, вставшего в это время со стула.

— Я так понимаю, меня держали взаперти всё это время исключительно за компанию с этими двумя, — Дубов указал рукой на нас с Вандой. — Но сейчас-то Дима стабилен. Может, нам всё-таки можно хоть раз съездить в Тверь, чтобы немного развлечься перед тем, как на нас будут испытывать новую систему обучения?

— После того, что Дима отчудил в Колизее? — хохотнул Залман. — Я вот не уверен, что у него ещё парочки интересных знакомств со времен тяжелого детства нигде не припрятано.

— Идите, — махнул рукой Иван. — Лепняев с вами, побудет на время вашим телохранителем и водителем. Тоже развлечётся. Вы же в клуб собрались?

— Да мы же недалеко и ненадолго, — я попытался избавиться от навязанной опеки. Не понимаю, как можно будет отдохнуть и развлечься, когда за нами будет пристально наблюдать один из волков. Судя по погрустневшему виду Егора, он сейчас думал о том же.

— Это не обсуждается, — отрезал Рокотов. — Или так, или никак. Тем более, вы его даже не заметите, если целенаправленно не станете высматривать в толпе.

— Собирайся. Твой отец пообещал за тобой присмотреть. — В дверном проёме показался Андрей, обращаясь к молчавшей всё это время Ванде. — К вам, оказывается, в гости приехала сестра матери с дочерями. Женская компания будет для тебя как раз кстати.

Ванда не ответила, и быстро вышла из библиотеки, чтобы собрать немного вещей.

— У тебя есть какие-то идеи насчёт сегодняшнего вечера? — тихо поинтересовался я у Егора, выходя в коридор.

— Вообще-то были. В Твери сегодня какая-то закрытая вечеринка в новом клубе будет проходить. Для особо избранных. Думал, туда заглянуть, — тихо проговорил он.

— И это никак не связано с той картой вероятности, которую ты чертил? — я посмотрел на него, слегка наклонив голову.

— Не совсем. Ладно, Громов попросил составить прогноз на встречу Клещёва с главой Гильдии торговцев. Эта встреча как раз должна в этом клубе состояться. Но у меня немного не сходится. Похоже, базовые координаты опять даны с некоторыми неточностями, — выдохнул Егор. — Мне нужно только несколько секунд, чтобы убедиться в правильности расчётных данных. А дальше я полностью готов наслаждаться внезапно свалившимся отдыхом. — Улыбнулся он и даже потёр руки в предвкушении.

— Знаешь, что? — задумчиво проговорил я. — Мы не пойдём туда, куда тебя ведут твои должностные обязанности. Отдыхать, так отдыхать. Помнишь, чем последнее поручение Громова закончилось? Тратить единственный вечер, который нам выделили наши наставники на мутные дела Андрея Николаевича? Нет уж, уволь. Тем более, что он об этом тебя не просил. Поедем в обычный клуб и отдохнем, как полагается. Я хоть с девушкой какой-нибудь, наконец-то, познакомлюсь.

— Хорошо. Так даже лучше, — немного подумав, Егор утвердительно кивнул головой. — Поедем вместе с Вандой?

— Разумеется. — ответил я. — Пока соберёмся, пока доедем, как раз вечер наступит. Как раз самое время в клуб завалиться.

— Дмитрий Александрович, — Николай появился возле меня абсолютно бесшумно. Словно не подошёл, а возник прямо из воздуха. Даже интересно стало, существует ли какая-то школа дворецких, где их учат вот так незаметно передвигаться? — Анна Александровна уехала и просила передать, что будет ожидать вас в отеле «Корона» в Твери до завтрашнего утра. В двенадцать часов завтрашнего дня она улетает обратно во Фландрию. Если вы измените ваше решение, то просто позвоните ей.

— Угу, я понял, — кивнул я Николаю и направился в свою комнату, чтобы собраться к своему первому выходу в клуб. О словах матери я старался не думать. Если бы хотела в чем-то меня переубедить, например, в своём ко мне отношении, дождалась бы моего возвращения.

И всё-таки мысли постоянно возвращались к нашему разговору с матерью. Возле входа в комнату я остановился и достал из кармана телефон. Посмотрев на трубку, потёр лоб. Я даже не помню, как его туда положил. Тряхнув головой, набрал нужный мне номер.

— Дмитрий Александрович, что-то случилось? — тут же поприветствовал меня Прохоров. Трубку он взял после первого же гудка.

— Максим Николаевич, — я тщательно обдумал то, что хочу поручить начальнику моей службы безопасности. — Подготовьте мне, пожалуйста, обобщённое досье на Германа Кляйна, супруга моей матери. Мне нужно знать о нём всё. Родословную, был ли раньше женат, есть ли у него дети, кто его любовница, особенности бизнеса и кличка любимой собаки. Всё, что только будет возможно.

— Я понял, Дмитрий Александрович, как только информация будет готова я с вами свяжусь. Что-то ещё?

— Нет, пока этого достаточно. — Я отключился и внимательно посмотрел на телефон. Не знаю зачем, но мне внезапно показалась, что информация об этом человеке очень важна. Для меня всё это время было довольно странно, что Герман отказывается встретиться со мной. Он знает, что я Тёмный? Вряд ли, конечно. Но вот то, что я менталист, Герман вполне может знать. И сразу же возникает вопрос, а не с этим ли связана его внезапная боязнь самолётов.

Раньше я не интересовался этим типом. Довольствовался информацией, что он не преступник и даже вроде бы какой-то бизнесмен во Фландрии. Я принимал выбор матери, удостоверившись только, что ей ничего не угрожает. Что же, пришла пора исправить это недоразумение.

— Ну, ты готов? — ко мне подошёл Егор, уже успевший переодеться.

— Минуту, — я поспешил в комнату, заставляя себя выбросить все эти мысли из головы. Не нужно себя накручивать раньше времени, по крайней мере пока не получу нужную информацию.