Глава 27

Кира

– Там Дима, – озабоченно изрекаю, с трудом сдерживая рвущиеся наружу стоны.

Все потому, что Кирилл, утратив контроль, ласкает меня между ног. Теребит подушечками пальцев мой клитор, размазывая вязкую влагу по складочкам. Крупная дрожь пробивает мое тело, когда, наплевав на мои слова, он вводит в меня пальцы. Закусив губу, с шумом выдыхаю и закрываю глаза.

О том, что может увидеть водитель, если посмотрит на нас в зеркало заднего вида, думать не хочу. Доверяю Кириллу, прислоняюсь лбом к его плечу и цепляюсь руками за плечи.

– Тихо только, – шепчет мне на ухо, а сам продолжает настойчиво ласкать мой клитор.

Ему легко говорить, у меня же все тело находится в напряжении от происходящего. Каждая клеточка скована в ожидании разрядки. Я буквально на нее настроена, но Кирилл лишь ласкает. Доводит до исступления и останавливается. Тормозит, едва ощутимо поглаживая влажную плоть, а затем возобновляет движения снова. Ритмично, остро, жестко и вместе с тем аккуратно. Я знаю, что он может иначе, помню, но сейчас он сдерживается изо всех сил.

Когда машина останавливается, Кирилл останавливается на пару мгновений, а я цепляюсь в его плечи. Жестами даю понять, чтобы довел дело до конца. Меня до оргазма то есть!

– Выйди. На сегодня свободен, – следует четкий приказ водителю.

На несколько мгновений меня накрывает смущение. Щеки начинают гореть, стоит мне представить, что подумал Дмитрий и как он теперь будет добираться домой. Мое смущение улетучивается, стоит мне услышать звук захлопывающейся двери автомобиля. На смену ему приходит жгучее желание получить разрядку.

– Пожалуйста…

С беременностью я стала голодной до сексуального удовольствия. До свадьбы приходилось ласкать себя самой, иначе я просыпалась от возбуждения с насквозь промокшими трусиками. Сдавшись, я прикасалась к себе. Мне было стыдно и вместе с тем невероятно приятно.

– Мокрая… такая мокрая, малыш. Хочешь?

Я не отвечаю, лишь громко вздыхаю и поддаюсь, когда Кирилл рывком стягивает с меня белье. Трусики летят куда-то под сиденье, а я оказываюсь верхом на Багрове. Стискиваю его бедрами и откидываюсь назад, ударяясь о спинку переднего сиденья.

– Уверена, что здесь? – спрашивает.

– Раздевайся уже, – произношу, облизнув губы языком.

– Потом… – произносит и… расстегивает молнию на брюках.

Я в это время сижу у него на коленях и… любуюсь им. В салоне автомобиля царит полумрак, но мне и не нужен свет, чтобы восхищаться мужем. Его уверенными движениями, спокойствием и стойкостью, которую он проявляет даже тогда, когда я полностью теряю себя. Откуда в нем такая блестящая способность держать себя в руках, мне остается только догадываться. И учиться, конечно же.

– Ты так смотришь.

– Как?

– Нет, мы пойдем в дом, – сообщает.

Я разочарованно стону, когда муж рывком застегивает ширинку на брюках, но в следующий момент Кирилл притягивает меня ближе и толкает руку между моих ног, касается клитора, размазывая естественную смазку.

– Хочешь кончить?

– Хочу…

Кириллу стоит только прикоснуться к изнывающему клитору, и с моих губ срывается хриплый стон. Пара похлопывающих движений, резких легких ударов по чувствительному местечку, и я, задрожав всем телом, вскрикиваю, ощущая сладкую истому. В ушах шумит, а в голове ни единой связной мысли. Чувствую, как одежда прилипла к телу, но сейчас это все совершенно неважно. Я широко улыбаюсь, когда опускаю ладонь вниз и наталкиваюсь на твердый пенис мужа. Даже через ткань штанов я чувствую, как сильно он меня хочет. Набравшись смелости, делаю полуобхват и резко опускаю ладонь вниз.

– Еще раз так сделаешь, и придется все-таки раздеться.

– Я не против.

– Кира.

Смеюсь, когда Кирилл спихивает меня с себя и укладывает на соседнее сиденье. Несколько раз шумно вдыхает и выдыхает и только потом открывает дверь и выходит из машины. Я же, пользуясь моментом, ищу трусики. Шарю рукой под ногами, но тщетно.

– Идем, – Кирилл распахивает с моей стороны дверь и подает мне руку.

Решив, что найду свое белье завтра, выбираюсь из машины и следую за мужем, с удовольствием наблюдая за его быстрыми шагами. Приятно осознавать, что я – единственное, что может вывести его из равновесия.

Когда заходим в дом, оказывается, что мы здесь одни – вся прислуга покинула особняк. Кирилл быстро стаскивает обувь и, подождав, пока я сделаю то же самое, ведет меня сквозь тьму наверх. Я не так хорошо ориентируюсь в доме, поэтому позволяю мужу вести, но у лестницы все же спотыкаюсь. Кирилл тут же подхватывает меня, удерживает, приобнимает за талию, и мы вместе поднимаемся на второй этаж.

Уже наверху я оказываюсь у Багрова на руках. Он просто подхватывает меня и несет в спальню, а затем и в ванную. Мы оба вспотевшие и возбужденные. Несмотря на то, что в машине муж довел меня до оргазма, я все еще его хочу.

В душевую кабинку мы буквально вваливаемся. Прямо в одежде, снимая ее уже под струями воды. Инициатором такого безумства выступаю, конечно же, я. Кирилл просто поддается. То ли не хочет сопротивляться и спорить, то ли настолько возбужден, что готов использовать любую возможность скорее ко мне прикоснуться.

Я оказываюсь голой быстрее Кирилла. Он просто рывком стаскивает с меня платье, одним движением расстегивает бюстгальтер и швыряет за душевую кабинку. Стараясь не думать, как он так ловко справился с моим нижним бельем, расстегиваю ему рубашку и отбрасываю ее в ворох своих вещей. Помедлив несколько мгновений, опускаюсь на колени и, расстегнув пряжку ремня, тяну замочек змейки вниз. Знаю, что Кирилл смотрит, и намеренно делаю это как можно медленнее. Попутно задеваю пальцами волоски на его животе, ласкаю кожу чуть выше боксеров.

Замираю, когда в поле моего зрения попадает внушительный бугор, спрятанный под черной тканью трусов. Мешкаю, не зная, как поступить. Раздевать мужчину в такой позе мне еще не приходилось.

– Ты справишься, – произносит Кирилл с улыбкой.

Киваю на автомате и освобождаю его член из трусов. Поднимаюсь в ожидании, пока Кирилл стащит одежду и выбросит ее за пределы душевой кабинки. На это ему потребовалось гораздо меньше времени, чем мне на расстегивание ширинки его брюк. Как только это происходит, я оказываюсь плотно прижатой к его мощному телу. Горячие сильные руки исследуют мою спину, задевают поясницу, сминают полушария ягодиц, наверняка оставляя красные отметины.

Развернув меня лицом к стене, многозначительно упирается вздыбленным членом между ягодиц. Скользит всем основанием, а затем касается подушечками пальцем тугого колечка, и я сжимаюсь. Опираюсь ладонями о стену и ошарашенно поворачиваю голову к Кириллу.

– Ты все правильно поняла, – поясняет. – Сюда хочу.

Мы уже это делали. Давно и один раз, но делали ведь. Все допустимые барьеры нарушили основательно.

– Сейчас?

– Ты против?

– Нет.

– Отлично.

Отключив воду, Кирилл тянется к небольшому шкафчику, расположенному в углу душевой. Я наблюдаю за ним скорее механически, без какой-либо цели, но когда вижу, как он достает оттуда какой-то тюбик, напрягаюсь. Еще больше шокирует то, что через мгновение Кирилл размазывает что-то холодное и липкое между моих ягодиц, надавливает пальцами на анус, слегка толкаясь внутрь.

– Откуда здесь этот тюбик? – спрашиваю, а у самой ощущение, что горло сдавило спазмом.

– Купил, – спокойно отвечает и ставит гель обратно.

Я слегка поворачиваюсь. Вижу, как Кирилл размазывает смазку по члену, а затем хватает меня за бедра, пристраивается сзади.

– Я не хочу! – выкрикиваю, ощущая, как в анус вдавливается крупная головка.

– Расслабься, – успокаивает. – Я буду аккуратным.

– Нет… нет, я не хочу!

Мне кажется, что еще немного, и у меня будет истерика. Кирилл, видимо, это понимает. Разворачивает меня к себе и впивается взглядом.

– Что случилось?

– Ничего. Не хочу просто.

– Ладно, не будем. В другой раз, – обнимает меня за талию и скользит руками по моему телу. Добирается до промежности, намекая на традиционный секс.

– Я совсем не хочу. Никак.

– Что случилось? – допытывается.

– Ничего.

– Не ври мне, – выдыхает возбужденно, и я перестаю суетиться.

Замираю, глядя Кириллу в глаза. Его взгляд горит возбужденным огнем, скулы напряжены, член стоит колом. Я же… пробую не заплакать, но тщетно. Слезы сами скатываются по щекам.

– Это что еще такое? – выдает непонимающе. – Что за слезы?

– Этот тюбик, – начинаю. – Он давно здесь?

– Со вчерашнего вечера. Купил днем. Ты из-за этого, что ли? Он новый, открыл при тебе. Иди сюда, – обнимает меня за спину, прижимает к себе.

Я же… несусь, подобно локомотиву, не могу затормозить, так как не знаю, где находится стоп-кран.

– Ты занимался этим с другими?

– Кира… – рычит ожесточенно.

– Это простой вопрос.

– Помнишь, я просил тебя не задавать вопросов, на которые ты не готова услышать ответ?

– Я готова.

– Нет, не готова, – настаивает. – К чему это? Зачем эти вопросы?

– Я твоя жена и хочу знать.

Он вздыхает. Тяжело, надсадно. Стискивает челюсти и встряхивает головой, отчего капли воды попадают ему на плечи. Я зачем-то слежу за каждым его движением, считываю реакции.

– Кира, послушай…

Конечно, он пытается меня вразумить и успокоить, но я же уже разогналась. Ревность подобно яду просачивается в кровь и разгоняется по всему организму.

– Говори! – гну свою линию.

– Да, блядь, я трахал так других женщин, – выдает и кривится, а затем и вовсе отстраняется. Убирает руки и, раздвинув створки душевой кабинки, выходит.

Когда я набираюсь смелости выйти из ванной, замечаю лишь пустую комнату и открытый шкаф. Ведомая интуицией, подхожу к окну, отодвигаю шторку и вижу, как Кирилл садится в машину. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем он заводит автомобиль и выезжает за ворота, оставляя меня одну.