Глава 9

Захожу в ванную и в который раз за день смотрю на себя в зеркало. Красотка, а буду еще красивее, мда…

Шнобель, шнобель ты могуч.

Ты пугаешь всех вокруг,

Вот подлез куда не надо,

Получил в ноздрю, как надо…

Но, пожалуйста, вернись, в ширь ты больше не ведись,

Сделай так, чтоб я дышала и козявки не мешали,

Чтобы веки были чисты и фонарь не украшал,

Аминь.

Отхожу от зеркала, не в силах наблюдать за дальнейшими изменениями моего лица. Не успеваю стянуть с себя кофту, как в ванную врывается Ксюша.

— О Боже!

— Успокойся, я понимаю, что в это трудно поверить, но это случайность.

— Тебя изнасиловали?!

— Ты чего? Нет! Меня никто не насиловал. Да что ж за день такой!

— Тогда что случилось?

— Это просто случайность, я поднимала с пола крошку и когда привстала, Саша заехал локтем мне в нос. Но это чистая случайность! Клянусь жизнью Жули.

— Саша значит. Сашка-какашка, локтевая костяшка.

— Ксюша, и ты туда же, оставь это для папы.

— Ну знаешь, с кем поведешься. Жулей значит клянешься, ладно верю. Что-то какой-то он у тебя рукожопый.

— Ксюша! И вообще кто бы говорил.

— Я девушка, мне можно.

— Хорошо, девушка, можно мне помыться? Кстати, папа очень хорошо отреагировал, даже странно.

— Конечно хорошо. Я подливала ему полдня коньяк, а час назад принесла вино.

— Ксюша! После коньяка нельзя пить вино, что на утро будет с его головой?

— То, что я и планировала. С головой будет беда и не только утром. Весь день промается на диване или в кровати, и даже не вспомнит про твой нос. А когда вспомнит, уже наступит понедельник, и ты уже будешь на учебе. У меня все по плану.

— Ты оказывается страшный человек.

— Я очень красивый человек-стратег.

— Замечательно. Может ты все-таки уже выйдешь и дашь мне помыться?

— Ладно. Там шашлык остался и мороженое.

— Спасибо.

Девушка-стратег оказалась права, в воскресенье папа не то что не вспомнил о моем носе, я вообще его не видела, из комнаты он так и не выходил. Вот только шнобель дал о себе знать и мои молитвы не были услышаны, ходить мне пандой ближайшие дни все-таки придется. Казалось бы, воскресенье можно смыть туда же, куда и субботу, но это было до тех пор, пока мне не прислали цветы. Мои первые цветы от мужчины, папа не в счет. Подумаешь шнобель, зато какой букет получила. Нежнейшие белые розы с запиской.

«Букетик для Машули. Надеюсь с носом все окей. Жду тебя полуголым, но это не значит, что я отдамся тебе так быстро. Ты будешь просто рисовать»

Думай как хочешь, господин Краснов. А кара в моем лице тебя все равно настигнет. Просто рисовать, ну-ну. Жди меня, и я вернусь.

* * *

— Саш, ну ты меня слушаешь вообще? — Катя томно расхаживает по гостиной туда-сюда, ну вот как ей сказать, что я смотрю мультик и он значительно интереснее ее стенаний о какой-то шубе.

— Я немного занят.

— Ты смотришь телевизор!

— Имею право, сегодня выходной. Сядь, пожалуйста, не мельтеши и будь добра надень носки.

— Зачем?

— Ты оставляешь следы на полу, — твою мать, началось.

— Ну и что?

— Ничего. Ходи, как хочешь, но протри за собой пол.

— Я не уборщица, чтобы это делать.

— А я не изготовитель шуб, чтобы тебе ее дарить. Мы сейчас будет выяснять кто на что горазд? Тогда слушай сюда, ты же вроде как девушка, значит априори обязана за собой убрать и, хотя бы приготовить яичницу, а не только трахаться и хорошо сосать. Для этого я могу нанять обычную проститутку, ясно?!

— Ты не в настроении? — Катя прекращает ходить из стороны в сторону и тихо садится на диван, видать испугалась.

— Конечно не в настроении, из-за тебя я не увидел, как мышь в очередной раз на*бала бедного Тома.

— Кого?

— «Том и Джерри», это мультик, Катя, только не говори, что ты этого не знаешь.

— Я не смотрю мультики. Так что, Саш, не купишь шубу?

Смотрю на нее и не могу понять, на кой хрен она мне сдалась? Ведь ясно уже-раздражает. Раньше она мне казалась значительно умнее, а сейчас кажется дура дурой. Ну кто не знает бедного Тома? Хотя какой к черту кот и мышь, дело ведь далеко не в этом. Все настолько предсказуемо, что становится дико скучно. Еще немного и она начнет активно зарабатывать на шубу языком и прочими прелестями, нет, я-то не против, что ж я дебил что ли от секса отказываться, но все это так… никак.

— Куплю, Кать, куплю. Только не мешай смотреть новую серию.

— Не буду. Может суши закажем?

— А может сама что-нибудь приготовишь? — Катя начинает нервничать, но старается не подавать вида.

— А что именно?

— Ну я не знаю, удиви меня. Давай пасту карбонара? — Зачем я это делаю? Определенно, чтобы увидеть растерянность на ее лице. Ну хоть что-то новое.

— Давай я что-нибудь другое приготовлю.

— Да, пожалуйста.

Закончилось все до банального просто- заказанной пиццей и последующим сексом. Определенно надо что-то менять…

Понедельник мне не выдал ничего нового, за исключением весьма неожиданного визита. Ровно в четыре, сам того не ожидая, открыл дверь вовсе не доставщику пиццы, а Маше. Хотя стоящее на пороге чудо, сложно назвать Машей, сейчас она скорее похожа на какую-то девочку из фильма ужасов: волосы слегка растрепаны, видимо из-за ветра, ну а под глазами красуются смачные фонари. Ну и как я мог забыть- моя «любимая» повязка с бантом в цвет фонаря. Класс! Ты ж моя красота, не то что какие-то там Кати… Вот она непредсказуемая радость.

* * *

— Ты так и будешь на меня смотреть? На порог не впустишь? — смотрю на ошарашенного Сашу и тихо млею. Сегодня он непозволительно хорош, в белой рубашке и пиджаке.

— Я не ожидал тебя увидеть. Проходи, — конечно пройду, что ж я просто так что ли сюда пришла.

— Больше так не делай, я вообще не должен был быть так рано дома.

— Ну дома же.

— А если бы я был не один?

— Ну один же.

— Слушай, у тебя такая железная логика, что даже не поспоришь.

— И не надо спорить, все равно проспоришь.

— Маш, ты меня, конечно, извини, но почему ты, как бы сказать… не замазала это кремом, у вас же до фига всех этих маскирующих штук?

— А это чтобы ты видел и чувствовал себя виноватым, — ну не могу же я сказать, чтобы привыкал ко мне любой, просыпаюсь я по утрам тоже та еще красавишна и без синяков. — А это тебе.

— И что у нас там сегодня?

— Открой ларчик. — Саша открывает пакет и достает средство для мытья полов с запахом лаванды.

— А ты человек слова.

— Да я вообще молодец, — снимаю с себя куртку и прохожу в гостиную.

— Скажи мне, пожалуйста, а вот этот джинсовый комбинезон подходит для середины сентября? Похолодало же, да и ты после болезни.

— Так я ж не на голое тело, под ним водолазка, а снизу все с начесом.

— С начесом?

— Ага, чтобы органы малого таза не застужать. Начесы у нас в семье с детства. Саша, не стоит на меня так пялиться, в дверь звонят. Предполагаю, что это готовая еда, я пока ручки помою, а ты открывай.

Не оборачиваясь иду в ванную. Подумаешь страшная, ничего, привыкнешь, не только же на красивую меня смотреть. Я не знаю, что мной движет, но я открываю тот самый шкафчик, из которого вываливалась гора презервативов. Козел, кажется визуально их стало меньше. Когда только успел, два дня всего прошло. Ладно, терпи, Маша, красть я их не буду, а то еще без резинки залезет в грязнулю. Мою руки и иду в гостиную. Саша сидит на диване и поглощает пиццу. Пиджак уже снял, а вот белоснежную рубашку оставил. Черт, я сейчас поплыву.

— Знаешь, иногда мне кажется, что в твоем теле живет как минимум тридцатилетняя мадам.

— С чего бы это? — подхожу к Саше и сажусь на диван.

— С того, что ты слишком много знаешь. Девушки в твоем возрасте не должны быть такими.

— Какая есть. Я тебе не слишком порчу аппетит своим лицом?

— Нет, что ты, я уже почти привык. Почему так рано пришла? Учебу прогуливаешь?

— Нет, я просто не пошла в универ, решила побыть дома пару дней. В общем это все неинтересно. Когда я увидела тебя в рубашке, поняла, что это то, что нужно. В полотенце ты все-таки выглядишь хуже. Нет, полуголым я тебя тоже дорисую, но можно сегодня ты попозируешь в этой рубашке, пожалуйста?

— В любой другой момент, я бы послал тебя на три буквы, но после носа я просто обязан тебе прислуживать.

— После носа ты просто обязан на мне жениться. И все-таки, как хорошо, когда люди понимают друг друга с пары слов.

— Ой, и не говори. Пиццу не хочешь?

— Я пообедала.

* * *

Саша сидит на диване в расслабленной позе и пристально на меня смотрит. Знала бы, что он так красив в официальной одежде, сразу бы начала рисовать именно так. А еще я поняла для себя одну вещь, лицо Саши мне кажется знакомым, такое ощущение, что я видела его где-то раньше.

— Маш, мне надоело. Давай сделаем перерыв?

— Но на диване же удобно.

— А мне надоело. Как твой парень номер шесть? — черт, а их разве шесть было?

— Нормально.

— А номер семь?

— Иди в грязное царство.

— Вот так я и думал, ну сколько их было? Мне же так интересно.

— Может кофе сделаешь?

— Сначала присядь ко мне на диван, потом сделаю кофе, — да пожалуйста. Плюхаюсь на диван и смотрю Саше прямо в глаза.

— Тяжело тебя все-таки воспринимать с таким лицом.

— Спасибо, что напомнил.

— Ну, прости. У тебя что-то на лице. Я уберу.

Вот уж никак не ожидала, что Саша так откровенно будет на меня смотреть, но еще больше не ожидала того, что через пару мгновений он коснется меня своим дыханием. Он так близко, что у меня начинают трястись ноги. Закрываю глаза, не в силах смотреть на него так близко. Господи, он меня сейчас поцелует. Только никакого поцелуя не случилось, лишь легкое прикосновение пальцев к моему многострадальному носу. Открываю глаза.

— Машка, ты думала я тебя сейчас поцелую? — ухмыляется гад.

— Конечно нет, сдался ты мне. Ты вообще не в моем вкусе.

— Да ладно?! — наигранно удивляется он. — Ты же говорила, что я очень красивый мужчина?

— И что? На планете миллионы красивых мужчин, целоваться с ними со всеми что ли?

— Я уже и забыл какая у тебя железная логика.

— Конечно забыл и с ушами у тебя видимо проблема, в дверь звонят.

— Точно.

Саша встает с дивана и идет в прихожую. Может это грязнуля пришла, а я в таком виде?! Ну что за невезение! Краснов поворачивается ко мне и на его лице такой спектр эмоций, что мне уже страшно.

— Кто там?!

— Конь в пальто.

— А именно?

— Моя мать….