Глава 7

- Риточка! - Веня преграждает мне путь, раскинув руки так, словно мы все еще семья, а не на финальной стадии развода. - Наконец-то! Я тебе все утро звоню. Нам надо серьезно поговорить.

Я смотрю на него и чувствую, как начинают чесаться руки, в желании придушить облезлого за все… «хорошее». На запястье тихо, но угрожающе вибрирует пульсометр.

- Веня, мы в разводе. Почти. У меня обеденный перерыв, который длится ровно сорок минут, и я намерена провести его в компании шаурмы, а не твоих фантазий. Что тебе нужно? Машину ты уже сглазил, она в утиле. Так что твое желании исполнилось, можешь ее оттуда забрать.

- Ты все же угробила машину. Я говорил, что не женское это дело. Но с этим мы потом разберемся, - в его глазах плещется слишком хорошо знакомый болезненный блеск, не сулящий ничего хорошего. Он понижает голос до заговорщицкого шепота. - Рит, мой стартап по доставке элитных кормов для рептилий почти взлетел! Но инвестор в последний момент слился. Трусишка. В общем, ты должна взять кредит на свое имя. Всего полмиллиона. Для старта.

Я смотрю на него, не веря своим ушам. Хотя… должна уже привыкнуть.

- Ты в своем уме? Каком кредите ты бредишь? У нас Максу кроссовки купить надо, спортивный костюм и еще много чего! Ты сына вообще когда в последний раз видел?

Веня закатывает глаза, всем своим видом показывая, как ему тяжело с такой меркантильной и приземленной женщиной.

- Рита, не истери! Я же не на диване лежу, я занят! Я фундамент нашего будущего строю! Освобожусь — сразу Макса на выходные заберу. А кроссовки... что-то там еще, ну у тебя же тут нормальная зарплата, вот и купи.

Он делает шаг ко мне, пытаясь заглянуть в глаза с фирменным прищуром «я мужик, я решу».

- А лучше, — воодушевляется Вениамин, - Дай эти деньги мне! Я их приумножу за месяц втрое! А Макс пока в старых походит, ничего страшного, не зима уже. Будь мудрее, поддержи меня! Мы же не чужие люди! Доверься моему фирменному чутью.

Мои руки сжимаются в кулаки. Я открываю рот, чтобы выдать тираду, от которой у него уши свернутся в трубочку, но...

- Маргарита Викторовна.

Ледяной, лишенный любых эмоций голос разрезает воздух за моей спиной.

Я оборачиваюсь. Из стеклянных дверей бизнес-центра неспешно выходит Тимур Русланович. Идеальный темно-синий костюм, пугающе невозмутимое лицо и взгляд, от которого хочется немедленно извиниться за факт своего существования. У тротуара его уже ждет черный тонированный внедорожник с открытой задней дверью, у которой вытянулся по струнке водитель.

Челюсть моего бывшего медленно едет вниз. Веня на фоне Тимура внезапно съеживается до размеров сутулого хомяка.

- Э-э... а это кто? - блеет мой «решала», растеряв весь свой лоск. — Твой новый хахаль? Слышь, мужик, мы тут семейные дела обсуждаем...

Тимур даже не удостаивает его взглядом. Он смотрит на экран своего телефона, потом переводит темные глаза на меня.

- Ваш пульс подскочил до ста двадцати ударов, Маргарита. Трекер зафиксировал нерентабельный всплеск кортизола.

Затем Киборг медленно, словно наводя прицел, переводит взгляд на Вениамина. Сканирует его ровно две секунды.

- Семейные дела? - голос Тимура звучит как приговор арбитражного суда. - Судя по износу вашей обуви и уровню аргументации, единственное дело, которое вы можете обсуждать — это процедура вашего личного банкротства. Отойдите от моего исполнительного директора на полтора метра. Вы статистически понижаете ее эффективность и загрязняете воздух нереализуемыми бизнес-идеями.

Веня открывает рот, закрывает его, снова открывает, напоминая выброшенную на берег рыбу.

- Маргарита, садитесь в машину, - ровно приказывает Тимур, кивая на открытую дверь внедорожника. - Ваш обед уже оптимизирован.

В любой другой ситуации я бы послала этого Киборга с его приказами и «оптимизацией» ооочень далеко. Я не села бы в его танк даже под дулом пистолета.

Но я смотрю на Веню. На его вытаращенные глаза, на краснеющие от унижения пятнами щеки. Мой бывший, который двенадцать лет рассказывал мне, что я без него пропаду, сейчас выглядит так, словно его переехал асфальтоукладчик. Причем переехал элегантно, по всем правилам дорожного движения.

И искушение оказывается слишком велико.

Вздергиваю подбородок, поправляю ремешок сумочки на плече и, бросив на Веню свой самый снисходительный взгляд, уверенно шагаю к внедорожнику.

- Всего хорошего, Вениамин, - говорю не оборачиваясь. - Ищи других инвесторов для своих рептилий.

Сажусь на роскошное кожаное сиденье, вдыхая запах дорогого парфюма и новой машины. Дверь за мной захлопывается с глухим, надежным звуком, отсекая улицу и бывшего мужа.

Тимур присаживается рядом. Внедорожник плавно трогается с места.

Я откидываюсь на спинку сиденья и нервно сглатываю. Эйфория от мести бывшему стремительно испаряется, оставляя меня один на один с ледяным Киборгом в замкнутом пространстве. Что-то мне подсказывает, что расплата за этот красивый уход с гордо поднятой головой будет измеряться не только моим пульсом, но и миллионами сожженных нервных клеток. И ничем хорошим для меня эта поездка точно не закончится.