Глава 29

Лан Кейнер

В принципе, я не сомневался, что мы сможем договориться с Да Нареем. В конце концов, наши личные недопонимания — лишь наши личные, к общему делу не относящиеся. А артефакт, который может вернуть когда-нибудь в изначальное состояние и саму планету, и магию нашего мира, — это точно не личное.

Так что на утро после разговора с Клеоном мы оба отправились на Остров Совета, но разными маршрутами, друг с другом не пересекаясь. Это не игры в шпионов, просто надо узнать настроения на месте.

По логике, нас должно было поддержать большинство. В военном блоке мы и не сомневались, но… Там, где замешаны большие прибыли, логика не всегда срабатывает. Артефакторы и так годами создавали свою влиятельную группу, перекупали “бесхозных”, если так можно выразиться, членов Совета и просто ответственных исполнителей, так что если придется с ними сражаться, это будет непросто.

Конечно, если это примет форму открытого противостояния, многие встанут на нашу сторону, но пока войны нет, можно и сделать вид, что не замечаешь этого шебуршания под ковром.

А дело? Дело в данном случае не так важно. И пусть от этого зависит жизнь всего нашего мира, но прибыль-то важнее, м-да…

Драконы всегда были такими. Недаром нам удалось практически уничтожить собственный мир, и лишь ценой неимоверных усилий и жертв, он погиб не до конца.

Хотя и сейчас слышатся голоса про то, чтобы оставить умирающий Льеон и уйти туда, где все в порядке с магией и планетой. Правда, далеко не факт, что это поможет. Есть, конечно, некоторые данные, что в других мирах драконы рождаются с полноценной магией, даже полукровки, но устойчивой тенденции к этому все равно не наблюдается.

Та же Анна, жена Да Нарея, сильная драконица, родившаяся на Терре, где магии нет вообще. Есть ли корреляция между этими фактами? Никто не знает, потому что неизвестно, через сколько поколений проявилась в ней драконья магия и кто был изначальным донором.

Так стоит ли рисковать? Можно, конечно, провести исследования и сделать на Терре что-то типа инкубатора для маленьких дракончиков. Но ведь и там мир далеко не спокойный. Не говоря про то, что если уходить с Льеона, то куда мы денем десяток миллионов людей? Драконов, конечно, мало, но ведь в нашем умирающем мире живем не только мы.

В общем, хотелось выяснить настроения Совета, насчет предложения Шир Зидани.

Я провел в главном атриуме сессионного зала все время до обеда, и надо сказать, что пока все смотрится неплохо. У большей части членов Совета есть четкое понимание, что с артефакторами не стоит связываться. Если они захватят эту технологию, то мир Льеона просто не расплатится с ними за ее применение.

Тут же я подбросил им еще информацию для размышления, что пока еще артефакт не готов и его использование без всех необходимых тестов может плохо закончиться. Льеон может пойти вразнос.

Я уже собирался возвращаться на Академический остров, когда случайно в коридорах под атриумом столкнулся с виновником торжества.

Шир Зидани шел в окружении своих прихлебателей из состава Совета. Да, у средней руки чиновника есть подручные из высших руководителей Льеона. Это, пожалуй, даже символично.

— Лорд Лан Кейнер! — советник радушно улыбнулся. — Как я рад вас видеть! На ловца, как говорится…

Да уж, теперь главное не стать тем зверем, которого сейчас поймают. Я тоже улыбнулся в ответ и пожал протянутую руку, сжав ее чуть крепче необходимого.

— Как я понимаю, вы обдумали мое предложение, лорд, — усмехнулся в ответ на эту мою детскую выходку советник.

— Обдумал, — я оглядел сопровождающих его прихлебателей. — И мой ответ прежний: я не имею права подвергать Льеон опасности и отдавать в разработку непроверенный до конца артефакт.

— Теперь это решать не вам. Я планирую вынести этот вопрос на обсуждение на Совет.

— Что ж, это отлично, — я усмехнулся. Вот и посмотрим, что выиграет, жажда наживы или страх за свои жизни.

Впрочем, если члены Совета пока недостаточно напуганы, стоит их напугать по настоящему.

— Могу вам пожелать лишь успехов, лорд Шир Зидани.

— Не слишком ли вы самоуверенны, Лан Кейнер? Ваш договор с Да Нареем вовсе не дает вам карт-бланш.

— Возможно, — усмехнулся я, стараясь держать лицо. Как он узнал? С момента заключения союза прошло меньше суток.

— Вы сейчас, наверное, думаете, откуда я знаю? — понимающе ухмыльнулся советник в ответ. — Поверьте, я знаю все о том, что меня касается. Например, я знаю, что ваша новая наложница лишилась магии. Какая потеря! Интересно, что ее брат думает по этому поводу?

Ее брат счастлив, что Фрея осталась жива, рад, что у меня хватило сил ее спасти. Древние с ней, с магией. С другой стороны, у него действительно есть право обвинять меня в случившемся.

— Думаю, это лучше узнать у него, — я безразлично пожал плечами, впрочем, ничего не отрицая. Когда к моей девочке вернется магия, это будет для них сюрпризом. Надеюсь, неприятным. Плюс, дополнительный козырь у нее в рукаве.

— Вы так уверены в вашем союзе? А ведь недавно…

— Наши разногласия с Да Нареем не имеют никакого отношения к тому, что вы ставите под угрозу само существование нашего мира, Шир Зидани, — отбрил я наглеца. Наши с Клеоном имена и так в свое время потрепали достаточно. О том, что мы отбивали друг у друга всех подряд женщин в Академии знали все, даже ставки делали. Аж стыдно вспоминать, хоть уже времени почти десять лет прошло.

— Не надо громких слов Лан Кейнер. Вы и сами знаете, что все возможные тесты уже проведены, осталась малость — проверка действующего образца в реальных условиях. Декан Гириас…

— Пока декан Гириас работает в Академии, он будет следовать тем указаниям, которые даю я. Если у него отличное мнение…

— То он его выскажет на заседании Совета, — перебил на этот раз Шир Зидани. — Заседание состоится через десять дней. А теперь… Был рад повидаться Лан Кейнер, но сейчас у меня много работы. До встречи.

Кажется, придется признать, что он переиграл меня по очкам. По крайней мере, сейчас.

Я с неприязнью посмотрел вслед этой разношерстной группе, которая за все время разговора не проронила ни слова. Как послушные слуги прямо.

— Он боится, — услышал я позади себя знакомый голос. Обернулся, посмотрел на вышедшего из-за угла Да Нарея.

— Что?

— Он боится, — повторил тот. — Не тебя, конечно.

— А кого?

— Не кого, чего. — Менталист погасил фиолетовый блеск в глазах. Такое случается у сильных магов, когда они работают на пределе возможностей. Сейчас Клеон читал всю эту группу, пытаясь при этом не повредить артефакты.

— И чего же? — спросил я, смиряя раздражение. Играть в угадайку не хотелось.

— Знаешь, как говорит моя жена: и хочется, и колется. То есть он хочет получить выгоду, власть над Советом, но до ус… в общем, он очень боится, что ты прав и артефакт не готов. Ему не хочется войти в историю нашего народа разрушителем мира.

— Странно, я думал, он просто хочет войти в историю, все равно, как именно.

— На этом можно сыграть, — не слушая продолжил Да Нарей. — Заседание через десять дней. Нужно не только их сильно напугать, но и переложить всю ответственность на Шир Зидани лично.

— Думаешь, он отступит, если его припереть к стенке? Сомневаюсь, гордость не позволит.

— Думаю, он начнет юлить, а это даст нам время. Люди, которые за ним стоят, хотят власти. И денег. Но больше все-таки власти. Вот они точно не отступят, нужно готовиться ко всему.

С Да Нареем мы вскоре разошлись. Он пошел шпионить, точнее, общаться с членами Совета дальше, искать союзников из тех, с кем я еще не успел или не смог поговорить.

По-хорошему, надо подключать отца. У него больше опыта и влияния, хотя он весь этот серпентарий и не любит. Совет и его уважаемых членов, в смысле. Но ситуация такова, что личные предрассудки придется оставить в стороне.

Сейчас же я решил вернуться в Академию. Надо еще раз поговорить с Гириасом и обрисовать ему перспективы, если он посмеет пойти против меня. Но для начала сообщить Райтису, чтобы он готовился к возможным силовым действиям со стороны Шир Зидани. А студентов для защиты использовать нельзя, по крайней мере, всех студентов.

Впрочем, нельзя допустить, чтобы лояльные нам и не лояльные устроили разборки прямо здесь.

Начать решил с декана боевиков, потому что у Гириаса, как я помню, сейчас практические занятия у старшекурсников. Вот так, направляясь по тропинке к полигону, на котором и должен был быть Райтис, я натолкнулся на презабавную картину: две мои наложницы, похоже, выясняли отношения.

Я уже хотел прервать зарождающуюся ссору, когда Фрея спросила про Альяну и ответ Лариты мне совершенно не понравился. Она явно что-то скрывала.

— Кто главный? — вторя моим мыслям задала вопрос Фрея.

А дальше произошло то, чего я совершенно не ожидал, милая глупышка Ларита, безыскусный манипулятор, вызывающий лишь раздражение и сожаление, сформировала ледянок клинок и попыталась ударить Высшую.

Все это случилось настолько быстро, что я не успевал, да и не мог вмешаться — девушки стояли слишком близко. Благо, Фрея не забыла все выданные ей артефакты. Ларита отлетела и уселась на задницу, но, похоже, сдаваться не собиралась.

— Что тут происходит?! — я решил вмешаться, пока они действительно друг друга не поубивали.

Ларита — дура, если считает, что Высшая даже без магии не сможет с ней справиться. А у артефактов Фреи еще заряда хватило бы на полчаса, так что исход боя был предрешен.

Девушки посмотрели на меня. Фрея насмешливо, чуть приподняв бровь. Почувствовала что ли? А вот вторая наоборот затравленно. О да, я собираюсь задать ей пару неприятных вопросов.

— Я повторяю, что тут происходит?

— Она… она на меня напала! — ну конечно, Ларита тут же пустила слезу, не забыв при этом незаметно, как она думает, распустить плетение еще одного кинжала.

— Фрея?

— Она на меня напала с ледяным клинком, но сработали защитные артефакты. Ты же знаешь, я сейчас не могу колдовать, как бы я на нее напала? — Ага, и глазками хлоп-хлоп.

Еще одна бессовестная манипуляторша на мою голову!

— Ларита?

— Это не правда!

— Ларита, брось этот цирк, я все видел, — устало ответил я. — И я тоже хочу знать, что на самом деле произошло с Альяной и кто главный? Кто хотел убить Фрею? Отвечай!

Девушка поджала губы, посмотрела на меня с мольбой, по я лишь покачал головой.

— Я ничего не знаю, правда, — попыталась отвертеться она. Но не надо быть менталистом, чтобы понять — лжет.

— Если ты его боишься, то я обещаю, я смогу тебя защитить, — мягко сказал я, подходя и присаживаясь на корточки рядом с девушкой.

— Я не знаю ничего! — выкрикнула она и, резко вскочив, попыталась убежать.

Перехватить ее оказалось не так-то просто, она начала брыкаться и даже кусаться.

— Она очень боится, Гивард, — незаметно сзади подошла Фрея. — Очень. Больше, чем Древних. Она так ничего не скажет.

Пока она говорила, я пытался кое-как успокоить бьющуюся в настоящей истерике Лариту, только не получалось. В конце концов, она прокусила мне руку до крови, так, что я ее машинально отпустил. Но не успела она ступить и шагу, как на нее висок легла засветившаяся фиолетовым рука, и девушка обмякла.

Я обернулся и внимательно посмотрел на Фрею, но та лишь улыбнулась и беззаботно пожала плечами.