Глава 38

От лорда Нарея вестей так и не было, а вот у нас все тем временем устаканилось. Такое ощущение, что девочки заключили общественный договор: не говорить о том, что произошло, не вспоминать, делать вид, что ничего не случилось. Все себя старались вести весело и как-то беззаботно. Наигранно беззаботно.

В какой-то момент я даже подумала, что, может, это тоже дело рук менталиста, но без обученных ментальных магов мы этого не узнаем. Хотя артефакты все вроде в рабочем состоянии, не повреждены.

Тем не менее без лорда Да Нарея было как-то некомфортно, неуютно. Я настойчиво гнала от себя мысль, что скучаю, заставляла себя думать, что просто страшновато тут находиться без такого сильного мага, который, если остров действительно будут взрывать, спасет именно меня. Надеюсь.

Но ведь дело не только в этом, верно?

Своим чередом шла не только жизнь, но и занятия. Лорд Ка Райтон все же решил преподать нам основы перемещений.

Ну что могу сказать? Пока мы не станем драконами и не потренируемся месяцев так парочку, самостоятельно переместиться у нас все равно никуда не получится. Даже при очень большом желании. Оказалось, что невозможно овладеть такими навыками сразу. То есть да, можно действовать по инструкции, применить все необходимые формы, сделать все, как надо, но при этом вовсе не факт, что удастся переместиться даже на метр. Более того, не факт, что удастся перенести астральное тело, а именно с этого начинается любое перемещение.

В общем, на мечте сбежать с этого проклятого острова всем скопом точно можно ставить жирный крест.

А еще очень волнительно из-за лорда Сантая. Кому и что он успел растрезвонить и чем нам это все грозит — вопрос открытый. И хотя Ка Райтон и уверяет, что напавший менталист не может быть из Совета, а следовательно, с этим хорьком никак не связан, я бы не была в этом так уверена.

Во-первых, крысеныш может работать еще на кого-то. Во-вторых, менталист мог его просто вычислить. Кстати, лордов Мараина и Нарея тоже мог, но за них я хотя бы уверена, а вот лорд Сантай вполне может разболтать много такого, чего врагу лучше не знать.

Не понимаю я этого демонстративного легкомыслия! Все оставшиеся на острове лорды тоже ведут себя так, будто ничего и не случилось. Да, возможно, они просто не хотят паники среди девушек, но у меня складывается отчетливое ощущение, что они и сами ни о чем плохом не задумываются. Ну подумаешь, остров заминирован — плевать, у нас вечером танцы!

А мне еще девочки говорят, что я слишком загоняюсь. Это они про мины не знают, но и в остальном я бы не была на их месте так спокойна.

Так что все последние дни я предпочла находиться у себя в комнате, читать, думать. Не хотелось ни с кем разговаривать, ведь любая болтовня заканчивалась одинаково: меня обвиняли в том, что я слишком серьезная. Даже Харанта, а уж она-то хоть немного должна понимать ситуацию.

— Миледи Анна. — У входа в библиотеку стояла леди Маер. А я как раз пыталась выбрать себе пару книжек на вечер.

— Да? — обернулась, посмотрела на женщину. Странно, обычно она сюда не ходит, только фланирует между столовой, своим классом и лазаретом. Точнее, перемещается.

— Не хотите ли присесть? — Понятно, значит будет разговор.

Мы расположились за одним из столов, на котором тут же появились чашки с дымящимся взваром и булочки.

— Вы что-то хотели мне сказать? — подавив тяжелый вздох, спросила я, когда пауза уже начала затягиваться.

— Лорд Ка Райтон беспокоится о вас, миледи Анна. Вы слишком замкнулись в себе, — женщина вымученно улыбнулась, — вы не ходите на мероприятия, в которых принимают участие женихи. Вот вчера на танцах не были, а зря, могли бы привлечь чье-то внимание.

Я уже привлекла все необходимое внимание. Но леди Маер, я, разумеется, этого не сказала.

— Простите, — понурилась, больше из соображения приличий, чем действительно чувствуя вину. — Совсем не было настроения.

— Тем не менее это ваша работа здесь, — женщина помолчала. — Я понимаю ваше состояние, Анна, но и вы поймите, что вам придется в будущем посещать мероприятия, даже если у вас нет настроения. Сегодня вечером на приеме, который устраивают лорды, вы должны быть. В противном случае вы их обидите. И вы должны блеснуть! Не подведите меня.

Сказала и истаяла из библиотеки.

На танцульки идти категорически не хотелось. Ну чего я там не видела и не вытанцовывала? Ну покружусь я пару заходов в кем-то из лордов, перемою кости окружающим с девочками, только зачем это все? Я ведь время и с пользой могу провести, просто читая книжку у себя в комнате.

Но нет же! Это моя работа, я должна блеснуть и бла-бла-бла…

Нет, блеснуть я могу, но оно мне надо? А могу и так блеснуть, что лордам на пару с леди Маер еще икаться будет. Хотя это уже перебор, наверное.

В общем, настроения не было совсем. Да и о каком торжественном мероприятии может идти речь, если в наличии все те же синие и черные платья?

«Может, пижаму надеть, в которой я сюда попала и которую бережно сохранила? Вот это будет точно фурор!» — думала я, открывая дверцы шкафа.

Сначала мне показалось, что я ошиблась дверью и это не шкаф. По крайней мере, не мой шкаф. Потому что первым висело вовсе не обычное темное убожество, а светло-фиолетовое воздушное платье потрясающей красоты.

Оно казалось при первом рассмотрении почти прозрачным, по потом я поняла, что это только верхняя юбка из тончайшей просвечивающейся ткани, а под ней плотная атласная, того же цвета. И это сочетание создавало как будто глубину. Корсет довольно жесткий, лиф отделан искусным кружевом.

К платью прилагалась записка: “Не забудь про серьги”. Если до этого момента я и сомневалась, кто это мог подсуетиться, то теперь знала точно.

Но как?! Как, находясь черт-те где, он передал это платье, как вообще узнал о танцульках? Значит ли это, что он сегодня появится? Возможно ли, что они решили проблему и теперь нам ничего не угрожает?

Хорошо, если так, но почему-то не особенно верится.

Впрочем, платье чуть подняло настроение. Теперь и правда хотелось летать, хотелось танцевать. Не с кем попало, конечно, а с виновником этих положительных эмоций.

Надев платье, я покрутилась перед зеркалом, добавила в точности подходящие серьги и поняла, что образ не полностью завершен без прически. Уложила волосы локонами немного наискось, насколько позволяла их невеликая длина. Прическа получилась стильной и строгой, как раз под платье. Можно было бы даже подумать, что у меня пучок на затылке, но это лишь иллюзия.

Посмотрела на себя в зеркало еще раз, поняла, что вот теперь все точно так, как надо, и можно идти. Да, пусть я и редко чувствую себя королевой, но сегодня как раз такой случай.

В бальный зал я вошла одной из последних, очень долго решалась, идти или не идти, фырчала и жаловалась сама себе на жизнь. Потом тоже не быстро одевалась и прихорашивалась. Так что мое появление произвело должное впечатление.

Ко мне повернулись почти все уже пришедшие девушки и лорды. И если в глазах одних я видела зависть и возмущение, то мужчины откровенно любовались. Само собой, это не могло не отразиться на самооценке, еще более гордом повороте головы и расправленных плечах.

Девочки в большинстве своем тоже были не в школьных платьях, все разодеты в силу финансовых возможностей своих покровителей или их вкуса. В общем, представляли мы собой то еще попугаистое зрелище. Правда, были и те, кто остался в простых повседневных платьях.

Хм… То ли это они так отвергают ухаживания, то ли никто ничего не подарил?

Девочки разноцветными стайками вились вокруг лордов, в стороне стояли только Малиса и Харанта. Вот к ним я и подошла.

— Отлично выглядишь! — подмигнула магичка, одетая в ярко-красное атласное платье, которое, несмотря на кричащий цвет, невероятно ей шло. Будто подчеркивало все достоинства, причем, не только во внешности, но и в таком же ярком, напористом характере. Лорд Мараин точно знал, что подойдет его паре.

— Спасибо, вы тоже великолепны! — улыбнулась я в ответ, рассматривая сотканное из тончайшего кружева нежно-голубое платье Малисы. Невероятная работа! Никогда такой красоты не видела.

— Квадрильское кружево, его плетут только на сорок четвертом текстильном острове, — прокомментировала мой заинтересованный взгляд девушка.

— Дай угадаю: очень редкое и очень дорогое? — усмехнулась Харанта. — Кого же ты все-таки подцепила?

— Это от анонимного поклонника, — вздернула нос Малиса. Но по тому, как блестят ее глаза и расползается улыбка, можно сделать однозначный вывод: врет.

— И почему-то мне кажется, что такое кружево не может себе позволить обычный лорд… — пробурчала себе под нос магичка.

— Ну почему же? — не согласилась уже я. — Они же тут не бедные все, островами, производствами управляют.

— А потому, что вряд ли такую редкость продают всем подряд, — пожала плечами Харанта и, вздернув вопросительно бровь, посмотрела на подругу.

— Может быть, — хмыкнула та, — все может быть.

— Сословное общество, как же я забыла…

— Значит, все-таки Высший? — не унималась Харанта.

— Мне кажется, здесь не время и не место, — одернула я магичку.

— Вот именно. Скоро все узнаете.

Было, конечно, любопытно, но ведь нас и правда могли услышать. А если Малиса не хочет ничего говорить, значит, на то есть серьезные причины.

Итак, у нас двое свободных высших — Ган Вахор и Сер Тарис. Так кто из них? Нет, исключать полностью Нарея, конечно, нельзя, но что-то мне подсказывает, что он тут ни при чем. Вот совсем.

Поскольку Харанта продолжала заговорщицки коситься на Малису, я поняла, что она не выдержит и сейчас продолжит расспросы. Но положение спас лорд Ка Райтон, объявивший начало вечера и танцы.

Поскольку вокруг лордов и так вились девушки, наш преподаватель подошел к нашей компании и пригласил на танец Малису. Собственно, они и открыли вечер. А вот нам с Харантой пришлось постоять у стеночки первые пару танцев.

Впрочем, не только нам.

— Как думаешь, с ними все в порядке? — неожиданно спросила я у магички. Даже не знаю, что на меня нашло, просто сорвалось с языка, и все.

— Думаю, они взрослые, сильные и явно хорошо обученные драконы, — правильно поняла мой вопрос девушка, но при этом продолжила смотреть в зал, будто прятала глаза.

— Это не ответ на мой вопрос, — дернула уголком губ я.

— Я знаю, но другого-то нет. Я тоже переживаю и тоже хочу, чтобы они быстрее вернулись, чтобы они поймали преступника и сами не пострадали, но от нас сейчас это не зависит. Так что мы можем только сидеть здесь и ждать, — зло закончила она. И это явно противоречило ее деятельной натуре.

— У меня плохое предчувствие…

— Не надо! — Харанта резко повернулась ко мне. — Никогда. Не говори. О своих. Предчувствиях. Никогда, слышишь?!

— Почему? — робко уточнила я, ошарашенная отповедью.

— Потому что вы, менталисты, способны пугать, нервировать, но не способны точно сказать, чего же касается ваше предчувствие. И очень часто именно плохой настрой после общения с вами может стоить кому-то жизни. Хотя, если бы вы промолчали, ничего бы не случилось.

— Извини, я не подумала. У нас это называется “не каркать”…

— Именно так. Ладно, ты же не знала, так что… Но в следующий раз я тебя очень попрошу…

— Я поняла, поняла.

— Но если почувствуешь что-то и впрямь серьезное…

Я посмотрела на Харанту, тяжело вздохнула. Трудна доля менталиста. Вот как отличить простое предчувствие от серьезного? К тому же, мне кажется, у меня как раз предчувствие, что скоро должно случиться что-то очень плохое.

Впрочем, вместо плохого случилось нечто странное. Точнее, неожиданное.

— Миледи Анна, вы сегодня великолепны. — Ко мне подошел Ган Вахор, поцеловал руку.

— Благодарю. — Я присела в вежливом книксене.

— Не окажете ли честь потанцевать со мной вуастон? — О, этот танец я помню. Чем-то он мне танго напоминает.

— Конечно. — Теперь уже пришлось сделать полноценный реверанс, как положено по нормам этикета.

Мужчина протянул руку, и мы под взглядами, полными зависти, и аккомпанемент музыки пошли в центр зала.

Лорд Ган Вахор танцевал великолепно. Легко, уверенно вел меня по паркету, выполнял сложные па, вкладывал эмоции в каждое движение. С ним чувствовался нерв танца. От этого захватывающего кружения под чувственную мелодию настроение еще немного поднялось. Все-таки давно я не танцевала, и, если бы не обязаловка с балетом, мне бы это даже нравилось.

— Вы великолепно танцуете, миледи, — при очередном развороте шепнул мне мужчина.

— Благодарю, — скорее кивнула, чем сказала я в ответ. Ну вот зачем рушить такой момент болтовней? Ведь так хорошо танцевали…

Но у лорда, похоже, были другие планы.

— Где же вы этому научились? Вряд ли здесь такой сложный танец, как вуастон, преподавался в полном объеме?

— Вы правы, его всего пару раз показали, — мило улыбнулась я. — Можно сказать, это природный талант и почти профессия в моем мире.

— Вы были танцовщицей? — в голосе Ган Вахора мне послышалось то ли пренебрежение, то ли и вовсе презрение. Как я и думала, здесь к такого рода деятельности вряд ли относятся с пиететом.

— Балериной. Балет — один из видов большого искусства там, в моем мире.

— Вот как? И в чем же отличие?

Пришлось рассказать вкратце, потому что танец уже перевалил за середину.

— Но вы в театре не работали? Почему же?

— Не захотела, — пожала плечами я. — Решила получить другую профессию.

— А что вы думаете о переносе в наш мир? О самом мире? — вдруг резко сменил он тему.

— Ничего не думаю. — “По крайней мере, ничего цензурного”, — подумала я про себя, но, разумеется, вслух сказала другое: — Я его не знаю. С этого острова его, знаете ли, не видно.

Мужчина усмехнулся, но кивнул, соглашаясь.

— А по поводу всей этой ситуации, что здесь произошла?

— Происходит.

— Что?

— Ничего еще не закончилось. А что я могу по этому поводу думать? Мне кажется, нужно придумать способ обезвредить нападающего и спасти всех. А уж в мотивах действующих лиц разобраться можно позже.

— И то верно, — задумчиво покачал головой Высший, резко развернув меня к себе спиной. — Но, как я слышал, вы были недовольны нашими действиями?

Я на секунду опешила, потом задумалась: что же ему ответить? Сказать честно, что они растерялись? Так ни одному мужчине не понравится, что его в этом упрекают. Да только и на стене, и в момент нападения боевиков действовали они, мягко говоря, слабовато.

— Погибла девушка, потом еще две. Мне это не добавляет оптимизма.

— И вы думаете, что в этом виноваты мы? — решил додавить лорд.

— Я думаю, что, что бы я ни думала, это не имеет никакого значения. Все уже случилось, теперь надо не выяснять, кто виноват, а решать, что делать дальше. И желательно, чтобы больше никто при этом не погиб.

— А вы смелая девушка, — протянул мужчина. — Или просто не очень представляете, кто такие Высшие, да и вообще драконы.

— Вы правы, не представляю, — согласилась я, ослепительно улыбнувшись. И мне в его словах почудилась угроза?

Вот не знаю почему, но если Сер Тарис и даже лорд Паяр воспринимаются мной скорее в нейтрально-положительном ключе, они, по крайней мере, честные и не пытаются тут строить из себя невесть что, то Ган Вахор… вызывал с самого начала некоторое отторжение. Возможно, именно потому, что считал себя главным, а на деле показал себя никак. Но зато самомнения в избытке. Да, безусловно, умен и даже обворожителен временами, но нет, просто нет — не мое, раздражает.

— На острове вам действительно дали лишь минимум знаний, так что вас нельзя ни в чем упрекнуть, — “успокоил” меня лорд.

Можно подумать, я себя в чем-то упрекаю. У меня тут других объектов для этого вагон и маленькая тележка.

— Вы правы, — тем не менее ответила я на всякий случай. Ссориться с Высшим совершенно не к месту и не ко времени. (3303c)

Видимо, мужчина хотел еще что-то сказать, но музыка закончилась. Он мне поклонился, я присела в глубоком реверансе, и он меня под руку повел к той же стене, где взял.

Зал, пока мы шли, полнился шепотками, негромким смехом. Девушки общались между собой и с лордами, благодарили за танец и предвкушали следующий.

Явным диссонансом этой спокойной и милой, почти домашней атмосфере стали громкие и резкие хлопки в ладоши.