Глава 52

— Ничего не забыла? — Андрияш еще раз придирчиво оглядел комнату Лады.

Как и обещал, Разумовский вернулся в Москву через неделю, уладив все свои дела с наследством и с родителями, которые снова завели свою старую шарманку. Они, как и прежде, были уверены, что их сыну нечего делать в России и что свою научную карьеру ему следует продолжать строить при крупном научном центре, коих в Европе предостаточно.

Возможно, Лада бы и не узнала об этом, не позвони Полина Андреевна сыну минут десять назад, когда Андрияш выкатывал чемодан в гостиную. Ну а дальше по его недовольным и даже раздраженным замечаниям догадаться было несложно. К тому же маму Разумовского Лада знала, увы, слишком хорошо.

— Все взяла, у меня и не было много вещей. — Она вздохнула и присела на диван. — Хорошие два месяца. Спасибо, Марк, тебе за все. Дома я так бы не отдохнула и переключиться бы не смогла.

— Так оставайся! — Фридман поставил перед девушкой чашку с горячим какао. — Я здесь еще месяц пробуду, может, даже дольше.

— Нет, Марк, мне пора. Теперь ты приезжай в гости. Бессмертный тебя, наверное, заждался.

— Посмотрим. — Великан хитро прищурился, а потом чмокнул Ладу в макушку. — Хорошо вам долететь.

Пожелания Фридмана сбылись полностью — такой легкой и приятной дороги у Лады не было давно. Она счастливо улыбалась, глядя в синие глаза мужчины, которого не смогла забыть, как ни пыталась. Глупая какая была!

— О чем думаешь? — Андрияш обнял девушку за плечи и коснулся губами ее виска. — Вид у тебя хитрованский.

— Какой? — Лада рассмеялась. — Я просто радуюсь, что вернулась домой и что ты рядом со мной.

«Я никогда не чувствовала себя так тобой любимой, как сейчас. Этот год поставил мою жизнь с головы на ноги. Нашу жизнь, я надеюсь».

— Просто радуешься? — Андрияш прищурился. — А я счастлив.

— Люблю тебя! — Лада взяла его лицо в ладони и, не стесняясь таксиста, который вез их из аэропорта, нежно поцеловала Разумовского в губы.

— Вот так чтобы всегда было! — Андрияш шумно вздохнул и закрыл глаза.

Лада всю неделю до его приезда места себе не находила — переживала, что в последний момент что-то сорвется и он не сможет приехать. Она так привыкла, что всегда между ними стояли какие-то обстоятельства, будь то разница в социальном статусе, его родня, ее бывший жених, что и сейчас опасалась какого-то подвоха. Именно внешнего. У нее больше не было опасений, что он передумает, отступит от нее, променяет ее на что-то или кого-то другого. Впервые за все годы их непростых отношений Лада была уверена в своем мужчине, которого она всегда любила.

— Приехали! — возвестил таксист, и Лада, посмотрев в окно, снова улыбнулась.

— Как здорово! Слушай, я, считай, с прошлого года здесь не была. Представляешь?

— Представляю! — ответил Андрияш, открывая дверь такси. — Я так вообще никогда у тебя не был.

— Пойдем!

Они этого не обсуждали — где Разумовский будет жить, когда привезет Ладу домой. Андрияш лишь обмолвился, что останется в городе на несколько дней. И все. А она и не спрашивала. Лада вообще решила больше не заморачиваться и ничего не загадывать. Сейчас ей было легко и свободно — ушло огромное напряжение, которое сдавливало ее, не давало дышать. Больше нет этого бессмысленного выбора между рассудком и эмоциями, она перестала переживать и волноваться, сможет ли родить детей. Всего несколько слов Разумовского, его спокойная уверенная улыбка дали ей то, чего Лада пыталась тщетно достичь несколько месяцев.

Настоящая безусловная любовь…

— Давно хотел посмотреть, как ты живешь. — Лада наблюдала, как Андрияш с любопытством осматривал ее прихожую, затем перешел в небольшую гостиную, задержал свой взгляд на высоком комоде, даже попробовал его сдвинуть, а когда не получилось, довольно похлопал по гладкому чистому дереву.

— И как? Посмотрел?

Лада, хоть и не была здесь давно, квартиру держала в чистоте — каждые две недели сюда приходили сотрудники клининга «Буяна». А перед ее возвращением так вообще генеральную уборку провели.

— Пока я не видел главного в твоем доме, но туда мы пойдем вместе.

Взгляд пронзительных синих глаз настолько не оставлял никаких сомнений, что Лада даже закусила губу, пытаясь унять расшалившееся воображение.

Попытка длилась меньше секунды. А потом Лада сделала несколько очень быстрых шагов вперед.

Сильные руки безошибочно поймали ее, прижали к твердой мужской груди. Лада довольно улыбнулась, а через мгновение почувствовала его жесткие губы на своем лице. Он целовал ее то нежно, то исступленно, словно боялся, что она выскользнет из его объятий, исчезнет, растворится. Но Лада лишь крепче к нему прижималась, подставляя всю себя для его поцелуев…

— Погоди, — прошептала она, пытаясь восстановить дыхание. Губы уже побаливали, но ей было мало, она тянулась к нему, как тянется к источнику мучимый жаждой. Пьет и никак не может остановиться. — Теперь я… я тоже…

— Соскучилась? — Горячий шепот коснулся ямочки между ключицами. Лада вздрогнула, по телу пробежала приятная дрожь. — И я. Больше так никогда не делай.

— Что? — Лада не очень понимала, что он говорит. Зачем вообще говорить?!

— Не принимай предложений каких-то левых мужиков. — Андрияш уже подхватил Ладу, заставив ее обнять себя ногами. — У тебя есть я.

Она не успела ничего ответить, лишь тихо охнула, когда Разумовский, без сомнений, словно всегда знал этот короткий путь, уверенно понес ее в спальню.