Глава 34

Ветер нещадно сталкивался с моим телом, пробирал холодом, но я продолжала упрямо стоять. Сжимала в кармане пальто старый телефон и все смотрела на горизонт, который становился пасмурным, делая бушующее море темным. На набережной все еще показывалось солнце из-за облаков – оно лучиками попадало на меня, даря ценные мгновения, которые я навсегда оставлю в памяти. Как и добрые события, случавшиеся здесь со мной. Я начала подробно вспоминать их. Одно за другим, от первого до последнего, и легкая улыбка то и дело касалась моих губ. До тех пор, пока я не вспомнила нашу первую встречу с ним… В груди прошел спазм. Я вся напряглась, стараясь пережить внезапный поток эмоций, но не смогла. Мои плечи содрогнулись, и с глаз начали слетать горячие слезы. Ветер подхватывал их, уносил куда-то далеко, и я просила Аллаха, чтобы так же улетела моя боль! Забери ее, прошу!.. Забери, Всевышний… В конце концов, я перестала сдерживаться. Позади меня проходили люди, наверняка замечая, как я вздрагиваю, как отпускаю всхлипы, но это совсем не смущало меня. И уж точно не могло заставить успокоиться. Эмоции долго не отступали, но постепенно я начала утихать. В какой-то момент обессилено вздохнула и дрожащей рукой достала телефон. Осталось меньше пяти минут… Сняв перчатки, я принялась судорожно вытирать ладонями мокрое лицо и глаза. Заставила себя делать глубокие вдохи, чтобы окончательно успокоиться. У меня еще будет время погоревать. Сейчас нужно настроиться на долгую дорогу. Зацепив пальцами платок на шее, который из-за ветра сполз с волос, я неловко развязала его и расправила перед собой. Захватив поудобнее длинную шелковую ткань, только подняла ее над головой, как вдруг порыв ветра вырвал платок из моих рук. Я резко оглянулась, устремив растерянный взгляд наверх, куда взмыла безвольная шелковая ткань. Уже через секунду она начала стремительно падать, и я поторопилась сойти с тротуара, но внезапно ловкая мужская рука поймала мой платок… Застыв в то же мгновение, я широко раскрытыми глазами уставилась на мужа, который задумчиво сжал шелк в ладони. Его серое пальто было распахнуто, а грудная клетка вздымалась от частого дыхания, будто он долго бежал. Когда же Адам вскинул на меня взгляд, душа ушла в пятки, и я наконец очнулась. Слепо попятившись, я чуть не упала, споткнувшись о бордюр. Едва успела поймать рукой сумку, слетевшую с плеча, неловко вскочила на тротуар и принялась беспомощно оглядываться. В голове забились мысли в поисках решения. Видя, что муж приближается, я больно ударилась поясницей о каменное ограждение и вдруг опустила глаза на свой багаж. Через панику пробилось трезвое осознание – мне при всем желании не убежать. Да и какой смысл?.. Ступив на тротуар, Адам замедлил шаг, не сводя с меня хмурого, напряженного взгляда. Он холодно мазнул по сумке, и тело начала пробивать неприятная мелкая дрожь. Что я скажу?.. Насколько муж зол? Что он сделает со мной?.. Я осторожно покосилась на двух девушек, которые гуляли неподалеку. Муж не станет проявлять эмоции на людях. Не должен… Он уже подошел совсем близко, и я затравленно встретилась с черными глазами. В сердце прошла болезненная тоска. Красивый. Любимый. Опасный. Секунды его молчания показались мне бесконечными, страшными. Кровь стыла в жилах от пугающих мыслей. – Я поймал твой платок, Мариям, – вдруг спокойно сообщил Адам, даже как-то устало, а я перестала дышать. Его губ коснулась улыбка, но взгляд отражал горечь. – Снова… Должно быть, это моя судьба. Внезапно он поднял руку, и я вздрогнула. Муж всего лишь заправил мне прядку волос за ухо, но я так и подобралась всем телом. – Здесь холодно, – серьезно сказал он, расправляя платок в руке. В следующий момент шелковая ткань легла мне на голову – Адам спрятал мои волосы от ветра, сделав несложный фиксирующий хомут на шее. Когда же он отстранился, я несмело подняла глаза, чувствуя подступающие слезы. Настороженность давила на нервы, не давала думать. – К-как ты узнал, что я здесь?.. – сорвалось взволнованное с моих губ. Вглядываясь в мое лицо, муж прищурился. Затем внезапно схватил мою руку и ладонью приложил к своей груди, заставляя почувствовать мощные удары сердца. Я невольно отшатнулась, лихорадочно попыталась отступить, но он крепко держал запястье. – Я не знал, Мари, – сказал Адам стальным тоном. – Я перевернул почти весь гребаный город! Потом просто почувствовал… Веришь?! Я почувствовал, что ты здесь! Закусив дрожащую губу до крови, я не сдержала всхлип, а он вдруг рывком притянул меня к себе. – Иди ко мне… Глупенькая. – Обнимая меня все теснее, муж начала качаться со мной плачущей, как с маленькой. – Неужели ты действительно решила, что я не стану тебя искать? Как же ты могла написать мне такое?.. Разве я враг тебе… Он говорил это без злобы, не поднимая тона, но с каждым словом сердце так и кровоточило виной, болью. В какой-то момент Адам резко отстранился и взял мое лицо в ладони. – Ну куда ты собралась? – спросил он голосом полным непонимания. – Зачем уезжаешь? Ответь, Мариям! Я зажмурилась изо всех сил, чувствуя рукой, как вибрирует в кармане телефон. В сердце прошел скачок адреналина, приводящий меня в чувство. Я заставила себя отойти от любимого и вытащила мобильный, чтобы он увидел. – П-прости… – выдохнула, сотрясаясь всем телом. – Мне нужно идти. П-прямо сейчас… Я должна! Лицо Адама стало грозным, а взгляд растерянным. Моя решительность сбила его с толку и наверняка причинила боль. Мне тоже было очень больно. Я уже едва соображала, столько боли сегодня перенесла! Но все равно попросила: – От-п-пусти меня… Прошу, Адам!.. Он резко отвел взгляд, сжал зубы. Я понимала – ничто не мешало ему схватить меня прямо сейчас, перекинуть через плечо и силой вернуть домой. Но Адам не делала этого. Не смел подходить ко мне. Потому что, наконец, осознал – у нас действительно есть веские причины поменять свои судьбы. Покачав головой, муж вдруг сурово посмотрел мне в глаза. – Ты ведь сказала, что любишь меня, – внезапно напомнил он жестким тоном. – Так убеди, что это ложь, и тогда… я позволю тебе уйти. Клянусь, не стану тебя останавливать! Я пораженно выдохнула. Так просто. Но о чем он просил?! Смогу ли я ради нас отказаться от этих слов?.. По телу прошло оцепенение. Уставившись себе под ноги, я буквально ощутила, как онемел мой язык. Не могу… Не могу! – Ты сказала, что любишь, – хрипло повторил Адам, подойдя вплотную. Я заметила, что его всего трясет и глаза начинают блестеть. – Это правда?! Скажи. Скажи, Мариям! – ДА! – крикнула я надрывисто. – Именно поэтому я должна уйти, Адам… Пожалуйста… Пожалуйста, мне и так тяжело! На эмоциях я толкнула его в грудь, не в силах вынести этой близости, но он даже не шелохнулся. Поймал руки и прижал к себе мою голову. Телефон во вспотевшей ладони все звонил и звонил, посылая разряды тока по нервным окончаниям. Муж тоже это слышал. Не представляю, как сдерживался, чтобы не вырвать его из моих рук и не разбить. – Послушай меня, – раздался его звучный баритон над головой. – Послушай, я знаю, что ты делаешь! – Он поднял мое лицо за подбородок, заставляя смотреть на себя. – Ты думаешь, что так освободишь меня. Хочешь о моем счастье позаботиться, но с чего ты взяла, что я стану счастливым? И спустя годы я буду искать тебя, думать о тебе, видеть тебя в других! Не уходи… Его голос дрогнул, оборвался, и в мое сердце вонзилась игла. Уже в тот момент я поняла, что не уеду с этой набережной без него. Что вынесу все, но больше не заставлю Адама так просить меня о чем-то! – Я привел тебя в свой дом, – продолжил он, грея меня взглядом, – не потому что дал обещание Аллаху – нет, и не потому что пожалел тебя. А потому что люблю… Я люблю тебя, Мариям! Я громко всхлипнула, испытывая такое чувство… словно крылья внезапно расправились за моей спиной и сделали мощный взмах. – Нужно было сказать раньше, я знаю, когда ты нуждалась в этом! Я не понимал… Но сейчас я все понимаю! И больше не стану молчать, – уверил муж твердым тоном. – Ты спросила, вижу ли я в тебе мать своих детей? Да я никого кроме тебя не вижу в этой роли, Мариям! Ты ведь не просто моя жена, ты – мой выбор! Аллах мне свидетель… Я все оставлю позади. Клянусь, я больше не позволю себе обидеть тебя недоверием или плохим отношением! Я верю всему, что ты мне рассказала. И если это означает прощение… значит, я простил. По-настоящему… Телефон выпал из моей руки и стукнулся об асфальт. Я поймала губы Адама, чтобы горячо поцеловать его, вложила всю силу своей любви и чувств. И он страстно ответил мне. Мы словно остались одни в целом мире, ведь на людях такое открытое проявление чувств было недопустимо! Но невозможно было остановиться в этот момент, да простит нас Аллах… Невозможно. Наконец найдя в себе силы оторваться от мужа, я прильнула к его груди и с великим облегчением произнесла: – Спасибо. Уже на следующий день я поняла, в какой командировке на самом деле был Адам. Случайно узнала. Когда мы с Айной, которую смогли оградить от переживаний из-за меня, на кухне готовили обед, она вдруг начала охать и причитать, сосредоточив внимание на новостях по телевизору. Я бы не придала этому значения, но вдруг услышала название своего родного города… Того самого, откуда мне пришлось с позором уехать. Какого-то бедолагу привязали скотчем к столбу прямо в центре города. Его измазали лошадиным навозом, который зловонной кучей оставили под ногами. Этот скандальный инцидент прогремел на всю республику. Мужчину обнаружили утром, над его головой была прибита надпись, из-за которой проходящие люди и не решались развязывать грозно мычащего незнакомца. «Я – ЛЖЕЦ И МЕРЗАВЕЦ. Я ЭТО ЗАСЛУЖИЛ» Сердце подскочило к горлу, когда показали кадры освобождения мужчины полицией. С его рта сняли скотч, искаженное злобой и стыдом лицо высветилось всего на мгновение перед цензурой, но я успела разглядеть… Поэтому выронила нож и громко ахнула.