Эпилог

Застыв у окна кухни, я устремила завороженный взгляд в небо. Бесконечные крупные снежинки появлялись из пасмурного неба, хороводили в воздухе и ложились покрывалом на вымощенную дорогу двора. Как точно в срок… Первый снег, первого ноября. Сегодня уже сто шестьдесят восемь. Сто шестьдесят восемь дней. Я не видела его почти пол года.

Вздохнув, я прошла к давно разогретой духовке и поставила в нее будущий пирог. Установив таймер, оглянулась на Дину, которая все с кем-то эсемэсилась. Улыбка не сходила с ее лица, и я вновь подумала: неужели скоро быть свадьбе? Ведь я начала видеть эту улыбку еще в первые месяцы своего пребывания в стационаре, куда она приходила меня навещать и развлекать заодно девичьими секретами.

Да.

Сначала была больница, где я находилась на сохранении, а мой муж – на грани жизни и смерти. Затем арест и невыносимые недели ожидания в неизвестности, насильное отделение от мира. Я провела в палате стационара много дней – меня то выписывали, то ложили туда вновь, чтобы контролировать сложную беременность. А полноценно я вернулась домой только несколько недель назад. Туда, где меня ждала лишь пустота… И добровольное затворничество, ведь я по-прежнему не могла приехать к нему.

Вопрос стоял ребром.

СИЗО, где держали Амрана, находилось в другом городе, а мне категорически запретили любые поездки и переживания. Зоя боялась любого ветерка в мою сторону, так что тоже жестко контролировала мои передвижения. Поэтому вся моя жизнь теперь умещалась в один маршрут – от дома до больницы.

Послышалось, как хлопнула входная дверь, и Дина тут же лихорадочно начала тыкать по экрану смартфона, торопясь закрыть все иконки. Я закатила глаза и покачала головой. Глупышка. Мать все равно все узнает. Кстати до того как она успела показаться на кухне, Дину сдуло ветром со стола и принесло к барной стойке, где она поспешила занять себя чем-то для вида.

– Иди, садись! – шикнула она на меня.

– Ага, иду… – послушно отозвалась я, уточкой двинувшись к столу и едва сдерживая смех.

Конечно, нелепо, но я была благодарна, что хотя бы Дина со мной не носится как с хрупкой вазой. Зоя не давала мне совершенно ничего делать. Ей прямо дышать было тяжело, если я находилась не в лежачем положении.

– М-м-м… Как вкусно пахнет! – одобрительно воскликнула тетя Амрана, оставляя сумку и пакет на стуле. – Что это вы там готовите?

– Пирог, – бессовестно отозвалась Дина.

Ее мама прошла к плите и заглянула в духовку.

– Сама готовила?

– Ага, – подтвердила Дина. – Ну, правда Аля помогла сделать тесто…

Тихо посмеявшись, я сделала стежок в картине, которую только начала вышивать.

– Молодцы. Ты как себя чувствуешь?

– Все хорошо, – автоматически ответила я, даже не подняв глаза. Ни к чему было убеждаться, что это Зоя мне.

– Завтра анализы, помнишь? Никакой соли сегодня.

– Помню, – подтвердила я смиренно, делая новый стежок и нахмурилась, ощутив толчок малыша.

Когда он тихо себя вел, я всегда начинала особенно остро отслеживать шевеления.

– Ну, не куксись, – вдруг пожурила меня тетя Амрана, наверное, решив, что я на ее напоминание хмурюсь. – Я сама не рада этой бесконечной диете. Всё эти врачи… Не дают нормально ребенку поесть.

– Я не куксюсь, – возразила я спокойно, продолжая свою вышивку.

– Да-да, а то я уже начинаю себя злой ведьмой чувствовать! То – нельзя, это – нельзя… Как в карцере! И откуда взяться положительным эмоциям, м-м?

Пройдя к столу и принявшись рыться в сумке, она все продолжала причитать, а я думала: чего это Зоя так разошлась? Раньше я не замечала за ней страсти гоняться за положительными эмоциями для меня.

Пока я размышляла, не заметила, что она давно уже замолчала и подошла ко мне. Вскинув взгляд, я сразу уловила загадочное ликование на лице женщины. В следующий момент она вдруг достала из-за спины небольшую плоскую коробочку, завязанную лентой.

– Что это? – спросила я, удивленно улыбнувшись.

А Зоя проникновенным голосом велела:

– Открой.

Приняв неожиданный дар, я не спеша сняла ленту и открыла крышку. Внутри оказалось, что-то вроде папки точной по размеру. Переполненная любопытством, я открыла ее, и… улыбка вдруг растаяла. Моему взору предстал аккуратный лист с оценками и новенький аттестат.

– Что там, что там?… – затараторила Дина.

А я зависла на долгие мгновения. Погладила красную обложку большим пальцем и сглотнула.

– Поздравляю, девочка! – проникновенно произнесла Зоя, обняв мои плечи и поцеловав в макушку.

– Ого, поздравляю! – подключилась ее старшая дочь.

Но я смогла лишь криво растянуть губы и выдавить благодарный кивок. Потому что внутри меня не было никакой радости. Только щемящее до слез чувство. Ведь я так надеялась… Я была почти уверена, что получу его до того, как он вернется! Я так старалась, так хотела его порадовать…

Комок начал душить горло. Осторожно положив свое достижение на стол, я как бы невзначай опустила голову, чтобы спрятать лицо. Слезы уже грозили сбежать по щекам.

– Что такое?… – растерянно воскликнула Зоя. – Что тебя расстроило, Аля?

Дрожащими пальцами протирая глаза, я поспешила отмахнуться.

– Нет, ничего… Не обращайте внимания.

– Так, тебе нельзя нервничать, – напомнила женщина, присев рядом и легонько тряхнув меня. – Как такое вообще могло тебя расстроить? Это же настоящий повод устроить праздник! Это твоя победа!

– Да, я знаю, – уныло согласилась я, прерывисто вздохнув. Дина уже принесла мне стакан с водой, из которого я сделала несколько жадных глотков. – Просто мне кажется… это теперь бессмысленно.

– Что? Вот глупенькая. Как же это может быть бессмысленным? – искренне недоумевала Зоя. А затем как будто догадалась. – Ох, моя девочка…

Встретившись с ее сочувственным взглядом, я впервые не стала давить своих чувств и страха быть осужденной за беспечность.

– Я так соскучилась по нему!..

Женщина опустила глаза и погладила меня по руке.

– Понимаю. Думаешь, не понимаю, как тебе тяжело? – Выпрямившись, она взволнованно переглянулась с Диной. – Может… Хочешь я поговорю завтра с врачом? Вдруг она не будет против небольшого путешествия? Ну правда, угроза давно миновала, и не стоит так осторожничать.

На это я лишь безнадежно вздохнула. Столько времени была против, и вдруг перестанет? Проблема была в том, что и я уже привыкла жить в осторожности. Если поездка пройдет благополучно, то за эмоции я не могла отвечать… Это ведь произойдет в первый раз – переживаний не избежать.

– Все хорошо, – твердо произнесла я. – Это вовсе не обязательно. Я не хочу допускать никакого риска.

Зоя не могла мне возразить. Ни у кого здесь не было полной уверенности, что это хорошая затея.

– Но вообще-то чтобы вам пообщаться, не обязательно прибегать к риску. – На наши вопросительные взгляды, Дина выдержала загадочную паузу. – Если нет возможности связаться с ним по телефону, можно ведь написать письмо.

– Письмо? – тут же скептически переспросила Зоя.

А я как-то сразу загорелась. И почему я раньше не подумала об этом? Все так привыкли к этим гаджетам, что совершенно забыли о других способах общения. Да, это не то же самое, что увидеться и я возможно могла не получить ответ от Амрана, но зато он прочитает все, что я хотела бы ему сказать!

– А ты знаешь, как его отправить? – с надеждой спросила я. – Его точно передадут? А марки нужны?…

Терпеливо улыбнувшись, Дина сдержанно перебила:

– Ты главное напиши. А все остальное я сама устрою.

– Ишь какая! – вклинилась Зоя. – Устроит она. Без меня никаких телодвижений за пределы города даже не думай делать!

– Мам, да я просто погуглю для начала!

Абстрагировавшись от возникшей размолвки, я мгновенно начала рисовать себе будущее письмо в голове. Какая же все-таки Дина умница! Мне не терпелось прямо сейчас найти лист, ручку и начать писать. Как можно скорее! Но как-то так вышло, что я не добралась до своих заветных идей до самого вечера.

Лайла пришла как раз, когда подоспел пирог. Мы сели ужинать и заболтались так, что чайник кипятил нам воду несколько раз. Потом младшая дочь Зои, попросила меня помочь с уроками, не уставая восхищаться моим полученным аттестатом и оценками в нем.

Когда я, наконец, оказалась в своей спальне, первым делом пошла искать все необходимое для письма. Одна зависнув с ручкой над чистым листом, неожиданно поддалась сомнениям…

Минуты проходили, в голове крутилось много мыслей, но бумага по-прежнему оставалась нетронутой. С чего начать? Не будет ли это смотреться слишком наивно и глупо? А вдруг там прежде читают письма?

Барьер я преодолела, когда уже лежала в постели и натирала животик специальным кремом. Мне бы все равно не удалось уснуть, не выплеснув хоть что-то. Поэтому я вдруг все отложила, поднялась к кровати и, усевшись за столик, начала безостановочно писать. Выдохнула, только исписав три страницы. Это было еще не все, но достаточно, чтобы отложить письмо до утра.

Лучше перечитать его на свежую голову и возможно что-то изменить.

Я не зря разгрузила голову от мыслей, потому что уснула практически мгновенно. Правда как обычно проснулась среди ночи в туалет. Вернувшись из ванной, не удержалась и спросонья перечитала письмо. Мне не все понравилось, но в целом я была довольна. Прямо представила, как Амран улыбнется, прочитав его.

Любимый…

Вздохнув, я направилась к кровати, на которою неуклюже забралась. И только потянулась выключить настольно лампу, как вдруг уловила свет фар, пробежавших по потолку.

Застыв, я прислушалась и поняла, что к дому действительно подъехала машина. От первой мысли по телу прошла настороженность. Кто мог подъехать так поздно? Охрана всегда менялась в одно и то же время.

Неуверенно покинув кровать, я подошла к окну и осторожно выглянула за штору. Кровь быстрее понеслась по венам. Я еще не была ни в чем уверена, но неожиданно сорвалась с места и ноги понесли меня вон из спальни. В одной сорочке, с распущенными волосами, босиком – меня ничто не волновало в этот момент.

Придерживая ладонью низ живота, и спешно двигаясь по коридору, я расслышала мужские голоса на первом этаже. И кажется… его.

Входная дверь вдруг хлопнула, как раз когда я дошла до лестницы. В прихожей горел свет, но я никого не увидела и, спустившись с последней ступеньки, растерянно огляделась.

Шаги послышались на кухне. Чувствуя, как расползается по телу оцепенение, я направилась туда, но уже не так торопясь. Сердце колотилось неимоверно. Там тоже горел свет. Там точно кто-то находился!

Остановившись в дверном проеме, я сразу впилась взглядом в мужчину, стоявшего в черной куртке спиной ко мне. Он поставил стакан возле графина с водой и повернул голову, словно ощутил чужое внимание. Всего через мгновение я увидела его лицо, и зажала рот рукой.

Синие глаза первым делом сосредоточились на моем круглом животе. В них отразились эмоции, от которых мурашки расползлись по коже. Да и вообще первое ощущение от встречи оказалось не таким, как я всегда представляла. Амран выглядел иначе – это застало врасплох. Борода стала совсем густой, волосы были небрежно подстрижены, одежду я не узнавала и… кажется, его лицо осунулось и немного постарело.

– Привет, – раздался вдруг любимый баритон, от которого я, наконец, ожила.

Такое чувство пронзило сознание, будто муж боялся приблизиться ко мне чистенькой с ног до головы! И я сделала это сама. Все мое существо потянулось к нему, и сильные руки с готовностью поймал меня в объятия.

Долгое время я не могла ничего говорить. Только плакала, жадно вдыхая запах Амрана, целуя его губы, беспощадно царапаясь о бороду.

– Господи… я так скучала!..

Он тоже никак не мог мной надышаться. Все гладил. Терся щекой о макушку, касался губами лица.

В какой-то момент муж усадил меня на стол и, присев, обнял ладонями живот.

– Это мальчик! – сообщила я, улыбнувшись сквозь слезы.

– Мне сказали, – вдруг удивил он. – Меня держали в полном курсе, Алина, насчет всего, что происходило с тобой. Ты – моя гордость. – Амран бережно прижался губами к центру животика. – Спасибо, что берегла нашего сына.

Выпрямившись, он взял мое лицо в руки и оставил неистовый поцелуй на губам.

– Не могу поверить, – произнесла я, нехотя отстраняясь. – Ты – здесь!

Муж лукаво улыбнулся.

– Придется. Теперь я уже никуда не уйду.

– Что… О Боже, правда?! – воскликнула я взволнованно. – Но как?… Тебе не нужно будет вернуться? Но до суда ведь еще осталось…

– Ч-ш-ш, – ласково оборвал он меня. – Я все тебе расскажу. Потом. У нас будет много времени, поверь.

Я закусила губу, хотя меня так и распирало от эмоций. Мне непременно нужно было убедиться наверняка, чтобы позволить себе радоваться.

– Сейчас единственное, о чем мне стоит сказать, – вдруг серьезно признался Амран. – Нам придется начинать все сначала. И будет нелегко, Алина.

Напряженно глядя в его глаза, я сразу поняла, что это значит, поэтому с готовностью ответила:

– Ничего. Меня это не пугает. Главное, что ты вернулся!..

Губы мужа медленно растянулись в задумчивой улыбке.

– Накормишь меня? – спросил он, заправив пряди волос мне за ухо. – Я безумно скучал по еде, приготовленной твоими руками.

– Конечно!

Счастливо отозвавшись, я только хотела слезть со стола, но муж вдруг остановил меня.

– Нет. Сначала иди, оденься. В доме холодно, а я потреплю.

– Хорошо, – растерянно согласилась я, оглядев себя. Совершенно забыла про свой внешний вид. – Я быстро!

Амран сам снял меня со стола, но снова не дал уйти, упрямо удержав за руку. Прежде притянул к себе и над ушком произнес:

– Я люблю тебя.

Встретившись с океановыми глазами любимого мужчины, я дала себе только одно маленькое мгновение, прежде чем проникновенно и серьезно откликнулась:

– Я люблю тебя.

– Вот теперь можешь идти.

Суд все-таки состоялся. Амрану дали условный срок, по самой щадящей статье: самооборона. Но я знала, что это вовсе не удача и не заслуга дорогого адвоката, которым Адам его обеспечил. Мужу пришлось отдать свое охранное агентство – все, что он успел создать, накопить и заново подниматься на ноги. Такова была плата людям, которые окончательно поставили точку в войне с Мерзоевыми.

Однако к нам пришла неожиданная помощь в лице Валида Эмировича. Именно он дал толчок моему мужу для создания нового дела, которое стало одним из самых успешных в городе. Обиды были забыты, а покровительство переросло в крепкую дружбу.

Наш малыш родился немного раньше положенного. Роды оказались нелегкими, но, слава Богу, все разрешилось благополучно. Я стала матерью, а Амран – отцом чудесного мальчика.

С годами сбылась и моя заветная мечта. Как будто Бог своей рукой отвел от меня темное покрывало несчастий, и дальше я жила с одной верой – все будет хорошо. Я все-таки получила педагогическое образование. Правда, когда собиралась устроиться в школу, поняла, что снова беременна. В этот раз мы ждали девочку.

Работа откладывалась на неизвестный срок. Но… я была совсем не против. Всему свое время – я не сомневалась. Ведь рядом со мной находился человек, который не просто уважал мои желания, но и помогал их исполнять.

Конец.