Глава 12

Надежда теплилась ещё минут двадцать. Все Мелиховы, не только Виктор, тщательно хранили тайну своей личной жизни. Однако я была очень-очень настойчивой и нашла издательскую фотографию Ольги. Потом я её отсканировала и загрузила в поисковик, чтобы поискать похожие фото. И вот тогда я и наткнулась на три кадра, сделанных на свадьбе Кирилла и Ольги. На двух из них стояли молодожёны, а вот третья фотография была семейная.

И среди родственников жениха был Вит.

Увеличила его изображение и загрузила в поисковик. И раскопала все-таки информацию о том, что именно мой Вит и есть Виктор Андреевич Мелихов — чёртов застройщик. Это была заметка какого-то малоинтересного интернет-журнала о строительной конференции. Компания стервятников, отбирающих помещения у честных предпринимателей, о чем-то говорила у стенда, и внизу русским по белому в числе прочих был перечислен и Виктор Андреевич Мелихов — глава огромной строительной компании.

Я выронила телефон на диван и уставилась в одну точку.

— Таня, вы пойдёте к бассейну? Принести туда арбузный сок? — не дал мне впасть в окончательный ступор голос Марии Ивановны.

— Спасибо большое, не нужно. Загостилась я тут. Пора мне, — сказала, стараясь не перекладывать на ни в чем не повинную женщину свое внутреннее состояние.

А состояние моё можно было охарактеризовать как «глухая ярость, вызванная жестоким разочарованием, и самобичевание за глупую наивность».

Как я могла поверить, что молодой, красивый и успешный миллиардер вдруг бескорыстно и искренне заинтересуется совершенно обычной без пяти минут разведенкой? Не иначе как находясь в помутнении рассудка от предательства Андрея.

Но каков же хладнокровный и продуманный этот Вит!

Я покидала в сумку вещи с той же скоростью, с какой кидала их в своей квартире, и вызвала такси к КПП.

— До свидания, Мария Ивановна, Ольга Ивановна. Было очень приятно познакомиться, и спасибо за всё. Передайте Виктору Андреевичу, что машину я оставлю на охране у пропускного пункта, — протараторила скороговоркой и пулей вылетела из дома.

До такси добралась на машине — не в руках же сумку тащить. Перебралась через шлагбаум, уселась на заднее сиденье и, только когда машина тронулась, позволила себе задуматься о том, что делать дальше.

Я ехала в «Чародейку» — единственное место, где мне всегда рады, любят и ждут, но… как ни странно, сейчас меня обуревало непреодолимое желание её продать и уехать куда-нибудь подальше, чтобы начать жизнь сначала совершенно с другими установками.

С теми эгоистичными установками, которые вложил мне в голову Вит.

Мне хотелось хоть какое-то время жить только для себя и не думать о завтрашнем дне. А вот видеть и слышать хоть кого-то, кто напоминал бы мне о прошлой жизни, не хотелось. Мне срочно нужна была Аля, чтобы вправить мозги! Я чувствовала изменения в себе, но не знала, к добру они или к худу.

Влетела в салон растрёпанная, с чемоданом, и, встретившись с Алей взглядом, мотнула головой на свой кабинет. Вошла, бросила сумку у порога и упала на диван, закусив костяшки пальцев.

Аля появилась через несколько секунд.

— Что случилось? Ты же говорила, что в уме и все контролируешь! — с порога запаниковала подруга. — Ты в него всё-таки влюбилась, да?

— Нет. Дело не в этом, — отрезала я немного истерично. — Вит — это Виктор Мелихов, тот самый застройщик, который хочет забрать наш салон. Представляешь, на что он пошёл ради этого?

Аля упала радом со мной в явном шоке.

— Однако… — обронила она растерянно. — И что ты решила с этим делать?

— Аль, я ничего не решила. Но меня навязчиво долбит одна мысль, и я хочу, чтобы ты мне помогла. Или разбей её в пух и прах, или благослови.

Аля тяжело вздохнула и сцепила пальцы на коленях. Я была уверена, что она уже догадалась, о чем я скажу, но тем не менее подбодрила:

— Слушаю тебя, Тань. И обещаю, что постараюсь быть беспристрастной.

Я посмотрела на неё и выложила всё как есть.

— Во время нашего общения он намекал, что я могу продать «Чародейку» очень выгодно. Думаю, у него есть предложение, как обойти дележку вырученных денег с Андреем. Я хочу продать салон и получить эти деньги, чтобы уехать из города подальше от бабушки, мамы, Андрея, Вита и всех воспоминаний… Я дура, да?

Аля ответила не сразу, потому, что расплакалась. Я никогда не видела свою железную помощницу в слезах и потому испугалась. Обняла ее, ругая себя за глупость, и была готова забрать свои слова обратно.

Но Аля обняла меня в ответ, а потом отстранилась и посмотрела в глаза очень тепло и проникновенно.

— Знаешь, Тань, я буду очень скучать по тебе и коллективу. По уютной обстановке нашей «Чародейки». Но всё же я рада, что ты приняла такое решение. Мне все эти годы было больно смотреть на то, как ты живёшь для своей семейки потребителей и забиваешь на себя. Ты была похожа на заводную куклу. А теперь… Теперь ты будто ожила. Боль — это признак того, что ты не мертвая.

Я прикусила щёку и, всхлипнув, сильно потёрла глаза — хорошо, что накраситься не успела.

— А остальные что скажут, как думаешь? — прошептала, сглотнув горький комок слёз.

— Расстроятся, конечно, но и порадуются за тебя. А без работы никто не останется. Не переживай.

Я всё-таки разревелась. Мне в моей новой жизни будет не хватать мудрой поддержки Александры. Я ведь хотела уехать, сжечь все мосты, чтобы ничего не связывало с прошлым, а значит на какое-то время придется исчезнуть совсем. И из её жизни тоже.