Глава 4

Елизавета…

— Черт, черт, черт! — выругалась я, когда в очередной раз цифры не сошлись. Я еле-еле сводила концы с концами. Денег уходило — немерено. Просить у родителей — не вариант, начнутся вопросы. Значит, нужно крутиться самой. Можно конечно обратиться к брату, но он тоже может начать интересоваться моей жизнью, а этого я допустить не могла.

— Лизонька, что случилось? — выскочила в кухню Лидия Тимофеевна.

— Ничего, — отмахнулась я, пытаясь скрыть слезы. Не хотелось показывать этой доброй женщине свою слабость. Однако, она была не только няней Софии, но и мне стала, как бабушка. Возможно, это сокровище было послано мне свыше.

Пять месяцев назад…

— Я больше не могу…… - пробормотала я, садясь на скамейку на детской площадке. Непроизвольно, из моих глаз покатились слезы. Софии исполнилось два месяца, а моя жизнь медленно превращалась в ад. Дочка была не спокойной, плохо кушала, отказываясь от смеси, а молока у меня практически не было. У нее болел животик, и никакие лекарства не помогали. Нужно было качать малышку несколько часов, что бы она заснула. Постоянный недосып, страх, что все, что я натворила — вскроется, да еще и учеба. У меня просто сдавали нервы. Была почти ночь, когда я с коляской вышла на улицу, на детскую площадку, в надежде, что на свежем воздухе, моя девочка, наконец, сможет немного поспать, а я — побыть в тишине. Но София не успокаивалась. Обессилев, я просто села, и расплакалась, не в состоянии, что — либо сделать. Как же плохо, что нет рядом мамы. Может, она бы помогла.

— Деточка, с тобой все в порядке? — услышала я взволнованный голос и подняла глаза.

— Нет, — честно сказала я, — У дочери колики не прекращаются, а я ничего не могу сделать. Я не знаю, как ей помочь. Я плохая мать, — слезы усилились.

— Так, ну-ка успокойся. Бери коляску и пошли за мной, — быстро скомандовала уже не молодая с виду женщина.

— Куда? — устало спросила я, хотя по большому счету, мне было все-равно.

— Не бойся, не обижу, — сказала она уже мягче.

И я доверилась ей. Мы подошли к дому, который находился рядом с площадкой.

— Коляску можешь оставить, воров у нас нет. Девочку бери с собой, — скомандовала женщина. Сопротивляться я не смогла. Настолько хотелось спать, и не слышать крики дочери. Мне было жалко ее, себя, но у меня ничего не получалось исправить.

Подниматься далеко не пришлось. Уже на первом этаже женщина открыла дверь.

— Проходи в комнату, я сейчас приду, — сказала она и скрылась. Разувшись, я вошла в небольшую комнату. Старенькую, с обычным ремонтом, но довольно уютную. Через секунду незнакомка вернулась, неся с собой утюг. Я в ужасе прижала Софию к себе.

— Да что ты такая шуганная — то? — удивилась она. Включив утюг в розетку, достала какую-то тряпку, и начала ее гладить. Я не понимала, что происходит.

— Сними с нее верхнюю одежду.

Послушно выполнила, сказанное. Ловко выхватив у меня дочь, так, что я даже не успела опомниться, женщина положила ей на животик тряпку, которая только что была под утюгом, и крепко прижав к себе, начала усиленно качать.

— Вы что??? У нее же сотрясение будет!!! — возмутилась я, и хотела отобрать малышку, но мне не дали.

— Молчи! — цыкнула она, — Я троих детей вырастила! С одной уж справлюсь. А ты, приляг пока. Позже поговорим.

От женщины буквально исходила энергетика добра. То ли усталость взяла свое, то ли интуиция, но я послушно прикорнула на диване, и задремала, на затворках сознания отмечая, что София успокоилась.

Проснувшись, сначала не поняла, где нахожусь. Растерянно оглядела незнакомую комнату, и только потом вспомнила про дочь. Софии рядом не было!! Страх парализовал меня. Хотелось закричать, но голос пропал. В эту минуту в комнату вошла женщина, пенсионного возраста, держа на руках мою девочку. Я тут же бросилась к ней.

— Сонечка, милая моя, — бормотала я, забирая малышку из чужих рук. Я не знала, сколько времени, как давно дочь кушала, но видимо чувствуя мое беспокойство, новая знакомая поспешила меня успокоить.

— Ты спала всю ночь. Я сходила в аптеку, за смесью, бутылочкой, памперсами. Девочка тоже спала спокойно. Только недавно проснулась, — рассказывала она. У меня камень с души свалился. Сейчас, я чувствовала себя отдохнувшей, и не знала, как отплатить незнакомой женщине за свой отдых.

— Спасибо! — выдохнула я, — Вы просто не представляете…

— Да все я представляю, — бесцеремонно перебила она меня, — Думаешь, первый день живу? Все понимаю. Пойдем, я тебе чай сделаю. Кофе, наверное, нельзя, кормишь?

— Нет, — понурила голову я.

— Ну и отлично, — обрадовалась женщина, — Кстати, меня Лидия Тимофеевна звать.

— Я Лиза. А это — София, — представила себя и дочку.

— София…Соня значит, — Лидия Тимофеевна хохотнула, — Вот уж не тянет она свое имя, судя по твоему виду.

— Да нет, это я…

— Ой, пошли. На кухне поговорим. Нечего тут стоять. Если хочешь умыться, или в душ, в конце коридора ванна. За девочкой я присмотрю. Она у тебя смирная.

Слышать такое о своей дочери — было странно. Видимо, я и правда, плохая мать, раз не могу справиться с собственным ребенком. Вместе с малышкой на руках, я прошла в ванну, сполоснула лицо, а потом пошла, искать кухню.

— Не оставляешь ее одну, — заметила Лидия Тимофеевна, накрывая на стол.

— Привычка, — потупилась я. Женщина отнеслась ко мне с такой добротой, а я, показывала свое недоверие. Но ведь мы даже толком не знакомы. Меня тоже можно понять.

«А ночью тебя это не волновало. Сама спала, а девочкой чужой человек занимался» — начал грызть внутренний голос.

— Как вам удалось успокоить Софию? — спросила я, — У меня уже руки опускаются.

— Это дело не трудное, — улыбнулась Лидия Тимофеевна, — Старый метод. И самый действенный. Теплую пеленку на животик, и прижать к себе. Сколько девочке?

— Два месяца.

— Значит скоро совсем пройдет. Осталось немного потерпеть. Ты кушай, не стесняйся, — передо мной появилась тарелка с пышными оладьями. В этот момент я поняла, как голодна. Не помню, когда могла вот так спокойно сесть и поесть. София отнимала все мое свободное время, а когда засыпала — я без сил падала в постель. Несмотря на то, что чувствовала себя отдохнувшей, уминая оладушки, то и дело поглядывала на Софию, которая улыбалась новой знакомой. Кажется, они поладили.

— Вот умница, поела и хорошо, — сказала Лидия Тимофеевна, когда я отставила тарелку.

— Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила я.

— Пустяки, — отмахнула женщина, садясь напротив, — Ну а теперь рассказывай, как же ты, такая молоденькая оказалась одна с дитем на руках? Да еще и в таком состоянии. Видела я вчера, что еле на ногах стоишь.

— Да что там рассказывать…, - попыталась уйти от ответа. Не смотря на доброжелательность женщины, мне не хотелось открывать душу, перед незнакомым человеком.

— Не юли, — строго велела она, — Авось легче самой станет. Да и я может, чем подсоблю.

И я сдалась. Рассказала все, как есть. Что у меня богатые родители, но я не могу просить у них финансовой помощи, что я влюбилась, и потеряла свое счастье. Глотая слезы, объясняла, почему осталась одна с малышкой, и что теперь скрываю ее от всего мира.

— Вот только скоро возвращаться домой. Нельзя больше тянуть. Родители могут что-то заподозрить. Не уверена, что получится и в этот раз отделаться отговорками. А как быть с Софией.…Как я буду с ней одна в своем родном городе? У меня учеба, мне нужно найти работу, что бы нам было на что жить. Да, какие-то деньги мне будут давать родители, но вы же сами представляете, сколько всего нужно для ребенка. А отцу, она не нужна. Он уже женился, скорее всего, — мне очень не хотелось услышать осуждение в свой адрес. Однако Лидия Тимофеевна внимательно слушала, не перебивая.

— Да….Наворотила ты дел, — тяжело вздохнула она, когда я закончила, — И ты больше не пыталась связаться с тем парнем?

— Зачем?

— Про дочку ему сказать! Откуда ты знаешь, может он обрадовался бы!

— Он завел себе невесту, почти сразу, как мы расстались.

— И в том, что расстались, сама виновата, — с укором заметила женщина.

— Я???

— Да! — настаивала она, — Обидела парня просто так.

— Но я же…., - от обиды, что меня обвиняют, даже растерялась.

— Молодые вы еще, глупые.

— Он старше, — проворчала я.

— А ты женщина! — отрезала Лидия Тимофеевна, — И должна быть мудрее. Ох и чему вас только в ваших институтах учат.

— Явно не отношениям с мужчинами, — не удержалась я.

— А зря! Глядишь, и безотцовщины было бы меньше! Вот в наше время, по-другому все было, — взгляд женщины застыл, словно она пустилась в воспоминания, но быстро вернулась ко мне, с моими проблемами.

— Уверена, что родителям никак не объяснить? Все-таки ребенок не виноват, в том, кто его родители…

— Папа у меня строгий. И он точно не примет, — уверенно заявила я.

— Очень сомневаюсь, в твоей правоте, но как скажешь, — не стала спорить женщина.

— Знаете, спасибо, что выслушали, и помогли, — я начала вставать, — Но нам уже пора домой, — подхватив Софию, ушла в комнату, одеть малышку. И чего я так разоткровенничалась? Еще и с незнакомым человеком. К чему?

— Ты это, на вот, — женщина застыла в дверях, протягивая мне бумажку, — Номер мой. Если что — звони.

— Спасибо, но…

— На всякий случай пусть будет, — настаивала она. Не желая показаться неблагодарной, я положила номер в карман.

Пригодился он мне уже той же ночью. София снова не спала. Я попыталась воспроизвести действия Лидии Тимофеевны, но толку не было. Сама не соображая, что делаю, набрала ее номер, даже не обратив внимания, что было уже поздно.

— Здравствуйте. Это…

— Лиза. Я тебя узнала, — сразу отозвались на другом конце провода, — Что-то с малышкой?

— Да, София снова не спит, и я не знаю….У меня не получается ее успокоить…., - кажется, начиналась истерика. Осознание, что я все-таки плохая мать накрыло меня с новой силой.

— Так, успокойся, не реви. Вот еще, слезы проливать из-за пустяка. Диктуй адрес.

Через пятнадцать минут новая знакомая была уже у меня.

— Давай мне девочку, а сама ложись спать. Тебе же на учебу завтра? — спросила она.

— Да, но…, - я покосилась на дочь.

— Не волнуйся. Я останусь у тебя. Помогу с Сонечкой. А ты спокойно занимайся.

— Мне как-то неудобно. Что скажут ваши дети…

— Мои дети умерли, — отрезала женщина и впервые, за наше недолго знакомство, на ее лице застыло выражение грусти, — У меня никого нет. Иди спать. Тебе нужно отдохнуть. Вон, какие мешки под глазами. Иди!

Буквально вытолкав меня из комнаты, Лидия Тимофеевна начала разговаривать с моей девочкой. Плач сразу прекратился. Я слышала довольное гуление, под которое и заснула….

Сейчас….

— Лиза, едрит — мадрит, ты слышишь меня или как? — вырвал меня из воспоминаний недовольный голос. Я помотала головой, и посмотрела на Лидию Тимофеевну. После той ночи, я предложила ей стать няней Софии. Она просто спасла меня. И стала незаменимой. Естественно, когда встал вопрос о моем переезде, я предложила ей поехать с нами. К счастью, Лидия Тимофеевна согласилась. Я старалась платить ей хорошую зарплату, а она заботилась о моей дочери, в то время, пока я искала для нас возможность выжить. Наши отношения очень быстро вышли за рамки рабочих. Женщина могла себе позволить и отругать меня, и дать поплакать. В общем, она была просто чудом, свалившимся с небес.

— Простите, я задумалась. Вы что-то спросили? — опомнилась я.

— Давай-ка не увиливай, — фыркнула она, садясь напротив, — Ответ «ничего» меня не устраивает. Вижу же, что ты вся с ума сходишь.

— Просто…Нам катастрофически не хватает денег. Скоро зима. Софии нужен комбинезон. Я кое-что отложила, но этого мало. Нужно брать еще подработку, — тяжело вздохнула, не представляя, как в сутки вставить еще какую-нибудь работу.

— Ты можешь не платить мне…

— Это даже не обсуждается, — перебила я, — Вы столько для нас делаете. То, что я вам плачу — копейки. Это даже рядом не стоит с вашими обязанностями, — минутка, что бы расслабиться, позволить себе быть слабой, и я снова взяла себя в руки, — Все нормально. Я решу эту проблему. Как София? — перевела я тему.

— Хорошо. Спит, — отозвалась женщина, — У нее зубик прорезался.

— Наконец-то! — выдохнула я, с облегчением. Зубы, у моей девочки шли тяжело. Температуры не было, но плакала она сильно. И никакие мази, что часто рекламировали — не помогали.

— Лизок, может, все-таки позвонишь отцу Сони? — снова спросила Лидия Тимофеевна.

— Я сама в состоянии справиться, — холодно ответила я, — Извините, пойду спать.

Женщина кивну, никак не отреагировав на мое поведение. Уже не в первый раз она спрашивала про Артема. И моя реакция всегда была одинаковой. Зайдя в комнату к дочери, я подошла к кроватке, поцеловала пухлую щечку и легла на маленький диванчик, который специально поставила, что бы находиться рядом. Как только голова коснулась подушки — я уснула.