Глава 14

Выражение её прекрасных глаз при этом было таким невинным, что я поперхнулся. Трогать! Заметила, зараза рыжая, на что я стойку сделал. Впрочем, она уже не рыжая. Но от этого не легче.

- Для начала ваш завтрак, Джас… Оксанна? Кстати, почему вчера была Джасинда? Или Джасинда - это вчерашняя рыжая воительница, а Оксанна, богиня утренней зари, которую я вижу перед собой?

Кстати, только сейчас задумался, а где же мой ненаглядный Корнуэлл? И не его ли рук дело, преображение рыжей драконоводительницы? Насколько я помнил, при перемещении в другой мир женщины могли один раз изменить свою внешность. Один! Раз! Дальше они либо принимали изменения, либо отвергали их. Это было нечто вроде подарка для гастарбайтеров. По-моему так на Зад… на Земле называли приезжих по работе. Я так и не понял - чем они отличаются от командировочных. По всей видимости, Корнуэлл воспользовался этим шансом, чтобы Джасинда клюнула на наше предложение.

- Хоть горшком назови, только в печь не сажай.

- Что? Извините, у меня кажется сломался магический речевой коммуникатор, не понял ни слова.

- Коммуникатор? Значит вот почему вы меня понимаете? А почему я понимаю вас? И как я могу говорить на вашем языке?

- Немного магии и никакого мошенничества.

- Здорово, вот бы мне такой магии дома, на Земле! Я бы могла работать с иностранцами, больше получать…

- Если вы вернетесь домой, Джасинда, вам больше не придется зарабатывать. Вы будете обеспечены на всю оставшуюся жизнь. Равно как ваши дети и внуки. Не волнуйтесь, император Аллизии, Никодии и Летучих земель умеет быть благодарным.

- Император? То есть… вы…

- Нет, пока еще нет. Но скоро буду. Просто… пока церемония откладывается и я принял решение инкогнито облететь принадлежащие мне земли, и остальные территории. Совершить кругосветное путешествие, так сказать.

- На драконе? На золотом драконе?

- Именно.

- Управлять которым буду я?

- Разумеется.

- Угу, ясно.

Бывшая рыжая замолчала, отправила в рот большой кусок пышного, чуть зеленоватого омлета, хорошо, что она не знала, что яйца, из которых взбито это произведение искусства не куриные, не те, которые принято есть в их з… Земле.

Это яйца миниатюрных никодийских дракончиков, никодилов. Обитают они в пресноводных реках, отличаются скверным нравом, неспособностью к полетам - слава Единому, он милостив, и никодилы не летают. Также они весьма хорошо размножаются в неволе. Выращенные на фермах никодилы становятся даже дружелюбными.

После омлета она взяла вяленое мясо дикого топотуна - подобного зверя я тоже видел на Земле, кажется их там называют кабаны или вепри. Наш топотун милейшее создание, и так же прекрасно плодится в неволе. Диким его называют просто по привычке.

Овощи у нас тоже имели много аналогов с земными. Алодоры и огумберы, бакачки и синежары, многослойная листопуста, листопуста кружевная зеленая и белая, шишкорты, потатос, бататос… Не то, чтобы я сильно изучал Зад… Землю. Нет, изучал, конечно, особенно узнав, что придется так плотно общаться с тамошней жительницей.

Ела моя будущая водительница немного странно. Присмотревшись я понял - ей мешали её… две её новые подружки, так уютно выглядывающие из выреза платья.

- Чёрт побери… да что ж такое…

Чёрт… их ругательство, что-то вроде нашего Падшего, червя земного. В общем той силы, которая вечно во все времена противостоит Единому.

Единый - это создатель, Бог, великий, вечный, справедливый, милосердный.

Падший - его бывший слуга, отринувший все светлое, обратившийся ко мраку и предавший Единого.

Единый - это добро. Падший - зло.

Чёрт - прислужник Падшего на земной манер. Мне нравится это слово, пожалуй, буду его использовать. Как и хрен - то самое острое растение, на встречу с которым посылают тех, с кем не хотят иметь дела. Запомнилось еще восклицание “Елки-палки”. Как будто говорящий готов все до палок поломать. В общем, язык в Зад… на Земле, а точнее - в некоторых ее уголках довольно емкий и яркий.