Глава 26 Юлия

Дни бегут с какой-то неимоверной скоростью. Так всегда бывает, когда ждешь и одновременно не ждешь какого-то события. Хочешь и в то же время боишься. Вообще, я думала, все такие метания остались в школе, причем в средних классах. А сейчас… Чувствую, проще будет сдать латынь Андреевой, чем пережить пятницу. А она уже завтра. Подарка нет, в чем пойти на вечеринку — непонятно, что там вообще будет — никаких представлений. Разумовский сказал, что это скромная вечеринка. Несочетаемые явления: скромная вечеринка и Янош.

Сижу на испанском, читаем короткие тексты из двух — четырех предложений. Скучно. Я все это уже давно прошла с клоуном: он обещал мне помогать с латынью и испанским и ведь ни разу не соскочил. Но вот как пережить его день рождения?

— Юль, ну тебе, что, сложно? — Солнцева сидит рядом и жалобно смотрит на меня. — Просто возьми с собой. Скажи Лученко, она меня в список внесет. Тебе не откажут.

Молчу и делаю вид, что слушаю, как Юсина читает про Мигеля, которому нравится путешествовать.

— Юль! Пожалуйста. Там будет столько классных парней! Полина зовет весь цвет универа.

Ксю ходит за мной уже третий день, хочет попасть завтра на вечеринку Яноша. На самом деле это тусовка Полины, она всем занимается. И это напрягает. Там будут в основном старшекурсники, друзья нашего капитана. Я бы не пошла, но клоун уже по мозгам раз десять проехал. Не уверена, что хочу близко знакомиться с этой стороной его жизни.

— Вьюгина! — Ксю начинает злиться, но я точно не хочу туда тащить никого из нашей группы. Вообще никого.

— Попроси Яноша. Это его день рождения.

— Он отказал! — Кажется, Солнцева сейчас расплачется. — Сказал, что это не детский праздник. Тогда почему ты там будешь? Я тебя на полгода старше.

Из аудитории вылетаю первой, когда пара заканчивается. Слава богу, она последняя. Через полчаса я встречаюсь в центре с Васей — медлить уже нельзя, нужно купить подарок имениннику и себе какой-нибудь яркий топ. У меня есть нормальные узкие джинсы, к ним просто верх подобрать и все. А сиять там все равно Лученко будет, здесь как ни оденься.

Я никогда не была в этом торговом центре, а еще не представляю, что дарить Яношу. Жду сестру на первом этаже, заодно смотрю, какие магазины тут есть, далеко так уже забрела от входа… «Магазин приколов и необычных подарков». Смотрю на витрину — оторванные руки, пауки, свисающие на толстых нитях, окровавленные футболки с циничными надписями. То что надо!

Зависаю в магазине на добрых полчаса: столько всего интересного, одно удостоверение «Абонемент в публичный дом» чего стоит. Янош точно оценит. С его-то юмором… Уже на кассе, оплачивая покупку телефоном, увидела сообщение от Стрельцовой: «Прости! У меня завал. Давай завтра?»

Завтра совсем не будет времени: сначала пары, потом тренировка. Еще бы успеть привести себя в порядок и приехать в Dirty Dream к девяти вечера.

Поднимаюсь на второй этаж, здесь полно женской одежды. Конечно, я обязательно найду то, что мне подойдет, но сестра мне была нужна не для того, чтобы помочь с выбором. Солдатенкова по-прежнему гриппует, а мне нужна поддержка. Я что-то слишком волнуюсь перед завтрашней вечеринкой.

Захожу в первый павильон и замечаю знакомое лицо. Один раз всего видела Ладу, но ее ни с кем не спутаешь. Очень эффектная женщина, ничего не скажешь. Она тоже меня узнала, коротко кивнула и отвернулась к кассирше. Кажется, пиарщица Бессмертного уже нашла то, что ей надо. Прохожусь между рядами одежды… Полина сказала, что ничего такого не надо, вечеринка будет не тематическая, то есть «приходи в том, в чем обычно ходишь в клуб». Не сказать, что у меня в этом большой опыт. Все! Хватит ныть! Решительно подхожу к полкам с яркими блузками, топами и… замираю. Вот это платье! Ярко-серебристое мини и с довольно глубоким вырезом. Но на манекене выглядит совсем не пошло. А как оно будет выглядеть на мне! Топы отметаю сразу — вечеринка так вечеринка. У меня хорошая фигура, сесть должно отлично. Краем глаза вижу, как ко мне спешит консультант.

Через полчаса выхожу из магазина — довольная, возбужденная и почти без денег. Зато с платьем. Не верится даже, что я его купила. Туфли у меня есть, клатч… найду.

На первом этаже захожу в кафе. Ужинать я буду уже в общаге, а здесь просто чай возьму. Спокойно посижу, передохну и поеду к себе. Аленка, моя соседка, уехала на юбилей мамы, так что я одна в нашей комнатушке.

А столиков свободных я и не вижу, обидно как. Здесь, конечно, есть еще два ресторана, но точно не для моего кошелька. Обвожу еще раз глазами зал, и взгляд останавливается на Ладе, которая сидит у окна и пьет кофе. Увидела меня и вдруг махнула рукой. Я даже обернулась. Это точно мне?

— Здравствуйте! — Я все же подошла к ее столику. — Можно к вам? Везде занято.

— Конечно! Садись. Ты Юля, сестра Василисы, верно?

— Ага. Мы хотели с ней встретиться сегодня, но у нее, кажется, на работе завал.

Лада молчит, потом обращает внимание на фирменный пакет.

— Хороший бренд. Можно поздравить с удачным шопингом?

— Да! Сама не ожидала. Шла вообще за одним, а купила совсем другое. Но я не жалею.

Лада вежливо улыбается, и я считаю нужным добавить:

— У Яноша завтра день рождения. Будет вечеринка.

Улыбка тут же слетела с ее лица. Глаза сверкнули, хотя она тут же попыталась исправиться.

— Вот как? Точно, вы же учитесь вместе. И вы… встречаетесь?

— Мы? Нет! Просто дружим.

Лада улыбнулась. На этот раз вроде как искренне.

— Здорово. Что ты будешь? — Она кивает на подошедшего к нам официанта.

— Мне просто чай, пожалуйста.

Чайник с чашкой оказывается на столе буквально через минуты, которые я потратила на то, чтобы внимательно рассмотреть свою собеседницу. Забавно, при первой встрече мне показалось, что ей лет тридцать — такая эффектная женщина, но сейчас я уверена: ей не больше 26–27 лет. Просто деловой стиль, мейкап и стильная прическа. Если все это смыть…

— Лада, можно очень нескромный вопрос?

Она с любопытством смотрит на меня и разрешает.

— А сколько вам лет?

— Двадцать три.

— Сколько?! — не смогла я сдержать удивления. Прозвучало очень бестактно.

— Двадцать три, — терпеливо повторила Лада. — Но я это не афиширую.

— Слишком молоды для руководителя?

— Так многие думают. К счастью, Олег Константинович придерживается другого мнения. Я семь лет работаю в его компании.

— Вася говорила, вы пришли туда курьером.

— Совершенно верно.

Она делает маленький глоток, а я замечаю, что кольца помолвочного нет на пальце. Того самого, которое так понравилось Марку Фридману.

— Кольцо в ремонте, — поясняет она, правильно прочитав мой взгляд. — Мне показалось, что камень может выпасть.

На языке вертится много вопросов, и будь здесь Янош, он бы не постеснялся их задать, но я, конечно же, промолчу.

— Я знаю, что вы с братом Андрияша видели нас в беседке на даче Бессмертного, — вдруг произносит Лада и спокойно смотрит мне прямо в глаза. — Наверное, мне надо объяснить.

— Нет, конечно, не надо. Это не мое дело, мы с Яношем там случайно оказались и никому ничего не скажем.

— Андрияш — моя первая любовь, мне было семнадцать, а ему — двадцать три. Я дочь алкоголиков, которая чудом избежала детского дома, без гроша за душой. А он сын научных светил с мировым именем, баловень судьбы, привыкший все получать с полпинка. Отношения были обречены с самого начала, но я не хотела в это верить целых три года.

— Почему? Я же видела, как он на вас смотрит.

— Андрияш сделал все, чтобы у нас ничего не получилось. Предательство и малодушие простить невозможно, как ни пытайся. Как пресловутая склеенная чашка. И что бы вы ни видели с Яношем в беседке, эта история закончена.

— Почему вы мне это рассказываете? Я же сказала, я никому…

— Не теряй время, Юля.

Слова Лады крутились в голове весь вечер, я даже спать ложилась, думая о том, что же такого натворил Андрияш, что Лада порвала с ним. Видно же, что ничего там не закончено, во всяком случае, в плане эмоций и взаимного притяжения. Кошмар, конечно, встречаться с одним, замуж за него выходить, а любить другого. И считать, что никогда не будешь с ним счастлив.

И еще. Лада ошиблась — мне ее предостережения ни к чему.

Утро начинается с эсэмэски от Ромы. Улыбаюсь экрану телефона и думаю о том, что все сегодня будет хорошо. Главное, часов в одиннадцать успеть сбежать в общагу.

В универе наконец-то закончился ремонт — по крайней мере, еще в начале недели об этом было официально объявлено, — и в коридорах стало посвободнее, до многих аудиторий можно теперь значительно быстрее добираться.

Разумовского на первой паре не обнаружила, впрочем, как и на второй и третьей. Отправила сообщение — ответ пришел только через час. Кажется, кто-то уже начал хорошо так отмечать. «У меня выходной, Хулия. Не забудь про вечеринку».

Забудешь тут. Полдня осаду держу. Будь рядом клоун, не знаю, что я сделала бы с именинником. К Солнцевой присоединились Гуля с Янкой, а Юсина вообще деньги предложила за то, чтобы я провела ее на вечеринку. Странно, что Разумовский не догадался продавать билеты на свой день рождения — с его-то предприимчивостью!

С огромным облегчением сбегаю на тренировку. Почти вся команда — близкие подруги Полины, так что им точно нет нужды у меня что-то выпрашивать. Прикидываю время: если все вовремя закончится, то успею в общагу, чтобы не только переодеться, но и волосы уложить. Так что пока все складывается очень хорошо.

Разминка проходит как обычно. Ее проводит Полина, тренер еще не подошла. Но Лученко свое дело знает прекрасно.

— Еще раз! Не филоним! В начале ноября игра. Мы обязаны ее выиграть! — Полина подбадривает нас, хотя, по мне, так никто и не ленится. Все стараются.

Короленко заходит в зал, когда девчонки отрабатывают подачи. Мячей на площадке много, один из них оказывается прямо под ногами. Откидываю его в сторону, поднимаю голову и чувствую сильный удар в лицо. На секунды ослепла, дышать не могу, ничего не вижу, кроме яркого сгустка боли. Что-то теплое капает мне на ладони.

— Юль? — Слышу рядом испуганный голос Инки. — Извини, я не хотела.

— В сторону все! Ты ей нос сломала, Новикова.

Голос Короленко бьет по ушам, но ко мне хоть зрение вернулось и дышать могу. Смотрю на свои ладони в крови, ощущаю жуткую боль. Вокруг суета, тренер что-то говорит, меня ведут с площадки… Вот и все. Праздновать свое двадцатилетие, Янош, ты будешь точно без меня.