Глава 14

Глава 14. Опасная вылазка

Настроения не было совсем. Над ухом жужжала миссис Максенд, напоминая о долге, но я прибавила громкость в наушниках и прикрыла глаза. Кажется, я сломалась. Держалась целую неделю отлично — ничто не могло вывести меня из равновесия, даже жуткий взгляд императора, — а тут, после самого потрясающего свидания в своей жизни, я сломалась. Просто потому, что умом понимала, что между нами с Вианом ничего не может быть, но при этом постоянно вспоминала моменты нашей прогулки, его теплый взгляд, белые шаны… все это так странно и будоражаще.

И разговор с Другом. Что будет с Вианом, когда они устроят переворот? Умом я понимала, что Первый советник совершил слишком много зла, за которое он должен понести наказание, но сердцем не могла этого принять. Мне просто следовало улететь отсюда как можно дальше, чтобы не иметь к этому всему прямого отношения.

Миссис Максенд, выбившись из сил, вышла из спальни. Я была уверена, что она отправится за леди Павиэл, но координатору удалось меня удивить: в спальню вошла молодая женщина в светло-зеленом докторском халате. Я нехотя сняла наушники и приподнялась на кровати.

— Доброе утро, леди Орика, — поздоровалась она. — Я императорский доктор. Как вы себя чувствуете?

«Убито», — подумала я.

— Вы бледная, — констатировала девушка. — Позвольте измерить давление и температуру.

Я кивнула и протянула женщине руку. Пока она отсчитывала мой пульс, я с интересом её разглядывала. Ей было не больше тридцати, волосы собраны в идеальный пучок, из которого не выбивалась ни одна прядь. Образ схож с миссис Максенд, что было совсем неудивительным: такие были среднестатистические рагдарки.

— Вы такая молодая и занимаете высокую должность, — прокомментировала я.

— Я добилась её своими талантами, если вы об этом, — достаточно холодно ответила доктор.

— Ну что вы! Я не имела в виду ничего такого! Наоборот, восхищаюсь такими целеустремленными женщинами. Немногие добиваются таких высот.

— Я не так давно получила эту должность, но все мои друзья мной гордились, особенно муж, — уже более мягко ответила женщина.

— Значит, вы пришли сразу после казни Смита? Не боитесь закончить так же?

Смит — это тот самый врач, который вынес моей сестре диагноз и не смог её спасти. Его публично казнили. Я помню, как наблюдала за казнью, как ненавидела этого человека всем сердцем, пока не осознала: виноват не он, виновата система и сам император. Их что-то не устроило в моей сестре. Возможно, то, что она никак не смогла забеременеть за два года, а возможно — что-то другое.

— Смиту повезло, — достаточно резко ответила женщина, будучи полностью уверенной в своих словах.

— Публичную казнь вы считаете везением? — с легким удивлением спросила я.

— Конечно. Казнили только его, в то время как его родных сослали в провинцию. Могло быть все намного хуже.

Я удивленно смотрела на девушку. Что-то в её словах царапнуло мой слух, что-то я считала необычным, нелогичным, но никак не могла понять — что именно.

— Леди, ваше здоровье в порядке, и у вас нет причин избегать утренней трапезы. Славного дня.

— Славного дня, — растерянно ответила я. — Благодарю.

Доктор кивнула, круто развернулась и помчалась к выходу. Я была уверена, что она доложит императору о нашем разговоре. Ничего такого не случилось, однако я никак не могла выпустить беседу из головы даже за завтраком. Я прокручивала слова доктора в голове вновь и вновь и никак не могла понять: как можно быть благодарной за казнь? Почему его семью сослали, но не казнили вместе с ним? Если следовать логике рагдарцев, что ему повезло, его семью должны были казнить. Почему этого не сделали? Почему?..

Если только его казнь действительно не была той самой благодарностью. Если он не прикрывал чье-то злодеяние, если его только не шантажировали благополучием его семьи. Если это действительно так, то он был, возможно, единственным гуманоидом, способным рассказать об истинных причинах смерти моей сестры. Тогда я бы смогла выполнить просьбу Друга, вот только хочу ли я теперь?

— Ты сегодня рассеянна, — заметила Энджи. — Неужели Первый советник был так плох?

— О чем ты?

— О вашем свидании, конечно! Мы вчера с девушками в музыкальной комнате обсуждали, какое свидание мог устроить первый советник. Это должно было быть что-то потрясающее, как и он сам. Рассказывай! Чем вы вчера занимались?

Я невольно улыбнулась. На самом деле воспоминания о вчерашнем вечере были теплыми. Но делиться ими с кем-то? Ни за что! И не потому, что он мне нравится, вовсе нет. Просто… не хочу. Кажется, я вчера узнала другую сторону Виана — светлую, по-мальчишечьи озорную, и мне не хочется её ни перед кем раскрывать.

— Гуляли, пили кофе, но ничего особенного, — ответила я, и Энджи вздохнула.

— Ясно-о-о! Все было очень романтично, судя по твоей улыбке. Но я за тебя рада: вы прекрасная пара. На вас было приятно любоваться еще на балу, а уж искры между вами на дорби — это нечто! Но должна тебя предостеречь: Розмари готовит кровожадные планы на твой счет.

И таким заговорщицким тоном это было сказано, что я невольно рассмеялась. Простой разговор с недавно обретенной подругой приободрил и расслабил меня.

Но мысли о Смите так и не покидали меня. С этим отбором определенно пора заканчивать — я ничего не обнаружу, зато сама могу попасться в ловушку. Пора признать, что отправиться на Рагдар было такой себе идеей — если уж спецслужбы Осди ничего не могли обнаружить, то что удастся мне?

Разочарование в своих силах накрыло меня. Сегодня был свободный день, вновь посвященный свиданиям. Я опять осталась в пролете — никто меня не пригласил. Секретарь не отвечал на мои сообщения, и я поняла, что он решил уступить дорогу Первому советнику.

Виан… нет, нас ничего не может связывать. Он ужасный человек, ужасный! Даже несмотря на вчерашний день. Я не могу изменить о нем мнение в угоду своим чувствам, я обязана следовать исключительно доводам разума. А они мне подсказывают возвращаться на Осди — нахождение на Рагдаре становится опасным. Нужно выбрать подходящую дату для отлета, но перед этим я обязана поговорить с Другом.

Когда я вошла в комнату, коммуникатор пиликнул, извещая о входящем сообщении. Там была лишь пара строк:

«Я сегодня занят делами на спутнике. Увидеться не получится. Надеюсь, ты не будешь рассчитывать на свидания с другими? Мне это очень не понравится».

Я даже рот приоткрыла от наглости Первого советника! Нет, ну что за собственник? Вот наперекор ему захотелось пойти на свидание! Да хоть с тем же секретарем! Ах, если бы он мне еще отвечал!.. И что-то мне подсказывает, что другие меня не приглашают по той же причине — я уже занята лордом Первым советником, а он уступит меня только императору.

Фу, как звучит! Словно я вещь какая-нибудь!

Сжав в руке коммуникатор, я решилась. Зашла в ванную и набрала номер Жан-Вьера. Модельер взял с третьего гудка.

— Муза моя, какой неожиданный звонок! Неужели Первый советник распугал всех женихов и тебе не с кем пойти на свидание, поэтому ты просишь Жан-Вьера прогуляться с тобой?

— Ты невероятно проницателен! — воскликнула я, слегка удивившись подобной дальновидности модельера.

— Ну что ты! Это не проницательность, а лишь осведомленность. О ваших отношения с Первым советником только все и говорят! Вас называют самой красивой парой Великолепного отбора!

— Так император сброшен со счетов? — с усмешкой спросила я.

— Муза моя, будь тише! Крамольные слова и мысли! Давай лучше поговорим о том, куда мы с тобой отправимся. Буду спасать прекрасную леди от скуки!

— Тогда встречаемся у входа через двадцать минут…

В дверь постучались, и я едва не выронила коммуникатор. Но это была всего лишь Ронда, которая справлялась о моем самочувствии. Заверив, что со мной все в порядке, я закончила разговор с Жан-Вьером и взглянула на свое отражение. В глазах — вселенская тоска, смешанная с неуверенностью. Когда я прилетела сюда, я была уверена, что все получится, но вот все мои планы летят к черту! А все почему?

Потому что существует один безжалостный, невероятно привлекательный и чудовищно умный Первый советник!

Через двадцать минут в компании миссис Максенд я стояла перед входом во дворец. Когда передо мной опустился аэрокар Жан-Вьера, она заметно расслабилась, будто бы до этого была уверена в моем побеге.

— Не забывайте извещать меня о вашем местоположении, леди Ори-Ка, — напомнила мне координатор. — Каждый час.

— Вы не доверяете Жан-Вьеру? — с удивлением спросила я.

— Он не один из женихов, а если кто-то захочет пригласить вас на свидание, я должна знать, где вы, — просто ответила она и быстрым шагом направилась во дворец, я же села в аэрокар Жан-Вьера.

Натуральная кожа салона приятно охладила кожу. Я тепло обняла модельера. Жан-Вьер поднял аэрокар в воздух и встроился в поток движения.

— Спасибо! Ты меня выручил.

— Что за спешка, моя дорогая? Здесь ты можешь говорить, не опасаясь, что нас прослушивают.

— Мне нужно кое с кем встретиться. Жан-Вьер, я планирую покинуть отбор.

— Почему? — искренне удивился он. — Неужели Первый советник оказался не так хорош, как я предполагал?

Дело в том, что он таким и оказался. Намного лучше, чем я думала. И это уже звоночек к тому, что пора сбегать отсюда. Секретарь теперь держался от меня на расстоянии — значит, я не осуществлю свой план вытянуть из него информацию. Можно было бы применить тот же метод с армознаком на Первом советнике, но в прошлый раз Виан каким-то образом уловил его запах — значит, этот план заранее обречен на провал.

— Дело не в нем, — солгала я, хотя ложью это было лишь отчасти. — Дело в том, что я устала. Режим Рагдара давит на меня.

— Ох, понимаю тебя, муза моя. Мне тоже тяжело здесь. Но если ты улетишь, Великолепный отбор лишится своего единственного бриллианта.

— Он это как-нибудь переживет, — парировала я и взглянула наверх. — Небо хмурое. Теперь Стальной град стал окончательно серым.

— Не расстраивайся, моя родная. Вспомни, что на Осди светит яркое солнце. Так куда мы летим?

Я помедлила с ответом. Модельер бросил на меня предостерегающий взгляд. Мне тяжело было ему открываться, я знала, что он не предаст, но посвящать его в свои тайны — подвергать его опасности. Мне нужно в первую очередь обезопасить его.

— Жан-Вьер, мне нужно встретиться с одним человеком, — начала я. — Ни о чем меня не спрашивай. Просто давай найдем милый ресторанчик на пересечении пятнадцатой и тридцать четвертой улиц? Ты посидишь там, дожидаясь меня, а я решу все свои проблемы.

— Ори-Ка, во что вы ввязалась? — серьезно спросил Рокоско. — Режим Рагдарской империи не щадит никого — если тебя поймают на месте преступления, то казнят, будь ты хоть трижды принцесса.

— Как казнили мою сестру? — резко спросила я. — По-тихому, чтобы никто не догадался. Лучше ли её смерть, чем будет моя? Меня хотя бы поймают, раскроют преступление, и если уж мне будут вводить смертельную инъекцию, то на глазах у всех, вызвав тем самым резонанс. А резонанс свергнет этот чертов режим. Тогда смерть Оса-Ка будет не напрасной. Как и моя.

Сказав, я сама это осознала в полной мере. Тогда «символ», о котором говорил Друг, сработал бы в полной мере.

— Ох, родная моя, зачем ты говоришь эти ужасные вещи? Мое сердце не выдержит твоей смерти! Нет-нет, никогда и ни за что! Не говори так! Давай вернемся во дворец? Я не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности! Только не ты, моя дорогая. Мы все скорбим по милой Оса-Ка, но она сама отдала себя в лапы зверю, а ты? Ты ведь умная девушка, не такая наивная, как сестра.

— И тем больнее, — прошептала я, почувствовав, как на глаза набегают слезы. — Тем больнее её потерять — такую светлую и наивную. Папин Огонек. Я всегда была бунтаркой, часто ссорилась с папой и бабушкой. Как мне говорили, будь жива моя мать, она бы вовсе отказалась от меня. Но Оса-Ка — другая, ею все гордились. Понимаешь? Я уверена, её смерть не была случайной. Я хотела лишь найти доказательства…

— Хотела? — переспросил Жан-Вьер, бросив на меня короткий взгляд и вновь вернувшись к обзору дороги. — То есть сейчас твои планы изменились? Дорогая, скажи, что ты улетаешь поэтому! Что оставила все свои идеи раскрыть заговор в Рагдаре. Это опасно, дорогая.

— Отец говорил так же, — прошептала я. — Но у меня действительно был шанс раскрыть правду, шанс, который я упустила. Теперь я собираюсь вернуться на Осди, но для этого мне нужно встретиться с одним человеком в последний раз. Я хочу поделиться с ним своими мыслями. Пожалуйста, Жан-Вьер. Ради меня. Ради Оса-Ка.

Мужчина включил автопилот и повернулся ко мне. В его глазах поселились сомнение и тоска. Неужели он не понимает, как это важно? То, что творится на этой планете, важнее наших жизней. Так нельзя.

Мы как раз пролетали мимо баннера с кричащей надписью:

«Слава Императору! Его воля — наша воля. Его счастье — наше счастье. Его сила — наша сила. Могущественный император — могущественный народ. Мы за единство в мыслях и словах!»

Но человек никогда не будет счастлив, если из года в год ему навязывают фикцию счастья, заключающуюся в счастье императора. Они работают на нелюбимых работах почти без выходных — раз в две декады есть свободный день, называющийся днем для очистки мыслей. Только вот мест для культурного просвещения почти нет, а если есть — простым жителям они не по карману. Тусовки больше пяти человек считаются запрещенными. Стрижки — строго регламентированы, как и длина юбок. Ни шага влево, ни шага вправо. Разве это жизнь? Девушке с духом бунтарства этого никогда не понять. За неделю на Рагдаре я стала чувствовать, как буквально задыхаюсь. Как же люди живут здесь годами?

— Только один раз, Ори-Ка, — прошептал Жан-Вьер, возвращая меня в реальность. — Только сегодня. Завтра ты улетишь на Осди.

— Спасибо, — тихо произнесла я и отвернулась, прислонившись головой к окну.

Жан-Вьер вернул себе управление. Он вбил в навигатор магазины тканей и ателье, расположенные рядом с пересечением тридцать четвертой и пятнадцатой улиц, после чего показал их мне.

— Мы зайдем в одно ателье для конспирации, затем я попрошу принести тебе кофе и выйду через некоторое время сам. Всем буду говорить, что ты отошла по моим поручениям. Только, Ори-Ка, прошу тебя, будь осторожна! Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Мне бы хотелось тоже в это верить. Но я просто чувствовала, что обязана поговорить с Другом, рассказать ему о своих опасениях и извиниться, что выхожу из игры. Я не смогу выполнить его просьбы, просто не смогу.

«Потому что один т’шанец запудрил мне мозги», — подбросило один из вариантов подсознание.

Нет, это вовсе не из-за Виана! Мы слишком мало друг друга знаем, даже несмотря на то, что нас так многое связывает. Просто я не смогу солгать. Не смогу быть символом и повести за собой людей. Я не хочу смешивать светлое имя Оса-Ка с грязным переворотом, пусть и ведущим к счастью и процветанию Рагдара.

Аэрокар плавно опустился на землю. Мы зашли в первое ателье, находящееся буквально на перекрестке. Нас приметили две приятной наружности женщины, в образе которых было чуть больше красок, чем в остальных жительницах Рагдара. Дальше все было по плану: Жан-Вьер попросил меня принести кофе и проводил обеспокоенным взглядом. Я вышла и перебежками прошла к нужному мне зданию. Друг говорил, что здесь нет никаких камер, — значит, опасаться нечего. Я вбежала внутрь и остановилась возле стола. Казалось, что с нашей последней встречи тут никого не было — стулья стояли так же.

«Леди Ори-Ка, все в порядке?» — пришло сообщение от миссис Максенд.

«Замечательно! Мы в ателье на тридцать четвертой улице. Бегу за кофе мэтру», — написала я.

Ответ так и не пришел. Потянулись долгие минуты ожидания, переросшие в часы. Я сидела в сети, пролистывая сайты и читая последние новости отбора. Изредка отвечала на сообщения мэтра, который не на шутку беспокоился обо мне. Признаться, я и сама начала переживать — за прошедшие полтора часа можно облететь весь город, не то что прилететь к пересечению тридцать четвертой и пятнадцатой улиц. Так где же Друг или его доверенный человек? Никого не было…

Что же случилось? Что могло произойти? Друг говорил, что встречается сегодня с важным человеком, который поможет им ускорить захват власти. Что могло пойти не так?

Пора уходить. Если бы с Другом все было в порядке, он давно пришел бы ко мне. Я бросилась к выходу. Взбежав по ступенькам, я вышла на многолюдную улицу и резко остановилась: сверху начали спускаться аэрокары, принадлежащие государственным органам правопорядка. Я невольно сделала шаг назад.

Из аэрокара, что остановился прямо напротив меня и перегородил все движение, вышел высокий мужчина в черном костюме. Он огляделся и подошел ко мне. Я приложила руку к сердцу, ушки испуганно поникли.

— Леди Ори-Ка? — удивленно спросил он и посмотрел мне за спину, прямо на злосчастное здание. — Что вы здесь делаете?

Я открыла рот, но совершенно не знала, что ответить. В этот момент рядом с нами опустился еще один аэрокар, из которого выбежал взволнованный Жан-Вьер. Он подскочил ко мне, взял за руку и провокационно спросил:

— Что здесь происходит, джентльмены?

— Добрый день, мистер Рокоско, — поздоровался все тот же мужчина. — Я капитан Маркло, глава отдела тайной канцелярии по борьбе с инакомыслием. Я прибыл сюда, чтобы проверить одно из потенциально опасных мест, и увидел леди Ори-Ка Ра. Меня весьма заинтересовал этот вопрос.

— Леди выполняла мое поручение, — тут же отрапортовал модельер. — На тридцать четвертой улице находятся прекрасные ателье, а мне необходимы ткани высшего качества. Пока я выбирал, попросил мою ненаглядную музу сходить за кофе.

— Вы отправили за кофе принцессу? — явно не веря в подобное, спросил мужчина.

— Я сама вызвалась помочь моему старому другу, — вмешалась я. — Поэтому нет ничего такого, что я отправилась за кофе.

«К тому же на Осди не столь тоталитарно-монархическое устройство государства, как на Рагдаре. На Осди принцесса такой же человек с руками и ногами, только с бо́льшими обязанностями», — мысленно добавила я.

— К тому же у меня был свободный день, так как лорд Первый советник отбыл по делам и не смог сегодня встретиться со мной, — добавила я.

Меня наградили проницательным взглядом. Да, прикрываться столь значимой фигурой — опасно. Не факт, что это защитит меня, но зато капитан трижды подумает, прежде чем вешать на меня обвинения. А меня есть в чем обвинить, увы.

— Я извещу лорда Первого советника обо всем, — сообщил мне мистер Маркло. — А пока, леди Ори-Ка, мистер Рокоско, прошу проехать со мной в отделение для выяснения всех обстоятельств.

— В этом нет необходимости, капитан, — сказала я вполне уверенно. — Зачем нам такие сложности?

— Ваше высочество, прошу вас, не будем прибегать к крайним мерам. Просто проедем вместе со мной.

Выбора он нам не оставил. Безразлично передернув плечами, будто бы это для меня ничего не значило, я села в казенный аэрокар, рядом со мной опустился и Жан-Вьер, оставив свой транспорт на улице. Мы переглянулись. Я постаралась своим взглядом выразить все сожаление, которое испытывала. Не стоило вмешивать сюда Жан-Вьера! Он был так добр ко мне, а я его подставила. Дура! Как есть, дура!

Нас привезли в серое здание, коих на Рагдаре бесчисленное множество, и провели в один из кабинетов. С нами обращались подчеркнуто вежливо и даже не пытались обвинить в измене, но напряжение все же повисло в воздухе.

— Мне разрешено совершить межгалактический звонок? — спросила я.

— С вашим консульством уже связались. Они направили ноту протеста, — сообщил мне капитан и снял пиджак, сев напротив нас с Жан-Вьером. — Прошу вас, как можно подробнее расскажите ваш сегодняшний маршрут.

Первым начал Жан-Вьер. Он виртуозно складывал легенду и говорил, что я дожидалась его в аэрокаре, пока он завершал свои дела. После он захотел еще один кофе, за которым и отправил меня, когда меня обнаружили возле того здания. Оставалось лишь верить, что никто не видел, откуда я выходила.

— Хорошо, — гипнотизируя мэтра взглядом, сказал мистер Маркло и опустил тяжелый взор на меня. — Теперь ваша версия, леди Ори-Ка.

Я пересказала то же самое. Истинное счастье, что нас допрашивали последовательно, а не параллельно в разных комнатах. Думаю, это было связано с тем, что они сами не очень-то верили в мою причастность, лишь соблюдали формальность.

— И где же вы покупали кофе? Как назывался ресторан?

Я прикусила губу.

— Не помню.

— Тогда где же он находился?

— С правой стороны от перекрестка, — не слишком задумываясь, сказала я. Кто там определит, где правая сторона и с какой она стороны от смотрящего?

В дверь постучались. Вошел молодой мужчина, явно уступающий по званию капитану, и что-то шепнул ему на ухо. Ну как что-то… я-то со своим слухом услышала. Сказал он следующее: «Продавцы в ателье подтвердили, что видели леди Ори-Ка перед тем, как она ушла за кофе».

— Спасибо, — кивнул капитан и вновь вернулся к нам, чтобы продолжить нас гипнотизировать. Теперь я смотрела на него более уверенно. — Пока у нас нет причин вас задерживать далее. Спасибо, что сотрудничали со следствием.

— Капитан Маркло, мы можем узнать, по какой причине нас задержали? — решилась спросить я перед тем, как мужчина поднялся со стула. — Что-то случилось?

— Да, леди Ори-Ка, случилось. Сегодня задержаны члены оппозиции, а также их предводитель, — сообщил он. Мое сердце ухнуло, но на лице это не отразилось ни одной эмоцией. — Нам удалось выудить из них кое-какую информацию, в том числе они рассказали об одном из своих тайных мест. Оно как раз находится рядом с тем ателье, леди Ори-Ка.

— Какой кошмар! — воскликнула я. — Неужели такие люди существуют на Рагдаре?

— Сумасшедшие встречаются везде, — лаконично подтвердил мужчина.

Я не могла отпустить его просто так. Мне нужна была информация. И пока я её могу получить, почему бы не воспользоваться этим? Друг… неужели именно Друга зсхватили? Удастся ли его как-то спасти? Нет, это невозможно. То, что попало в руки системы, никогда оттуда не выберется.

— Тогда я восхищена работой вашего министерства, — сказала я, попытавшись улыбнуться. — Вы смогли вовремя обезвредить сумасшедших. Это достойно похвалы.

— В этом вовсе не наша заслуга, как ни прискорбно осознавать, — отозвался мужчина и кашлянул в кулак. — Это министр Смал устроил им ловушку, выступив в качестве приманки. Завтра его представят к награде.

Значит, отец Анэстеси был тем самым влиятельным человеком, спонсировавшим оппозицию? Неужели из-за них перевороту не быть? Сердце колотилось словно бешеное. Все, ради чего старалась моя сестра, разлетелось в пух и прах. То, ради чего она лишилась жизни, разбилось вдребезги. Я едва сдерживала слезы.

— Думаю, вашей заслуги было не меньше, — тихо ответила я. — Спасибо вам за то, что отпустили нас так скоро. Я рада, что это недоразумение разрешилось.

— Вы просто оказались не в то время, не в том месте, — с улыбкой известил капитан и поднялся на ноги. Я уже собиралась уходить, когда он буквально пригвоздил меня голосом с металлическими нотками: — Леди Ори-Ка, я вынужден просить вас не покидать дворец до выяснения всех обстоятельств, а также не раскрывать подробности нашего разговора.

— Разумеется, капитан Маркло, — отозвалась я, сделала книксен и направилась на выход.

— Так же как и вас, мистер Рокоско, — продолжил капитан, обращаясь уже к модельеру. — Кстати, ваш аэрокар стоит на парковке.

— Благодарю, — кивнул Жан-Вьер.

Пока мы покидали отделение, я чувствовала на себе множество взглядов, от которых хотелось поскорее вымыться. Чувствовала я себя ужасно — предательницей, подставившей Жан-Вьера. Но еще больше я переживала о Друге и его планах. Неужели это все? Многолетней подготовке к перевороту пришел конец?

— Прости, Жан-Вьер, — прошептала я, когда мы сели в аэрокар. 1439f7c

Мужчина приложил пальцы к губам, призывая к тишине, и просканировал салон на наличие жучков. Таковых здесь оказалось два. Я прикрыла глаза и откинулась на сиденье.

— Ну что ты, дорогая, — продолжил кутюрье, — ты ведь не виновата, что ресторан с восхитительным кофе находится на той стороне. Просто неудачный день.

Дальнейший наш разговор был совершенно пустым и ничего не значащим — все для слушателей. Когда аэрокар опустился на парковку перед дворцом и мы вышли на улицу, я крепко обняла Жан-Вьера.

— Мне правда жаль, очень жаль.

— Успокойся, муза моя, — прошептал мужчина и погладил меня по спине. — Я не знаю, что ты там делала и как ты связана с… с ними. Но я лишь прошу тебя быть осторожной и больше не вмешивать в это Жан-Вьера. Ты мне дорога, девочка моя, но мне бы не хотелось проблем для нас обоих.

— Я понимаю, — согласилась я. — И благодарна тебе.

— Идем, милая. Нам обоим нужен отдых и бутылка шантель-монтель[1].

[1] Здесь: бутылка дорогого игристого вина