Глава 7

Глава 7. О пользе вынужденных свиданий

Свидания для дебютанток были разрешены, но, дабы сохранить их честь и достоинство, все свидания снимались на голокамеры. Этот факт меня изрядно расстроил, когда я спросила дозволения у леди Павиэл на свидание с мистером Расводом.

— Прекрасно, леди Ори-Ка, — ответила мне устроительница. — Сегодня с двенадцати до четырех у вас будет музицирование с приглашенными зрителями из числа уважаемых господ. А после свободное время. Я сама свяжусь с мистером Расводом и расспрошу его о маршруте вашего свидания. Программисты настроят голокамеры на вас, поэтому можете ни о чем не волноваться.

Только эти новости, наоборот, вызвали волнения. Если сегодня на свидании нас будут сопровождать голокамеры, то и завтра тоже? А завтра мне необходимо быть в городе и встретиться с таинственным Другом. Как же быть? Я прикусила губу. На крайний случай можно кого-нибудь подговорить, например Энджи, съездить со мной и прогуляться по бутикам, которых было не так много в городе, зато после них можно заглянуть в ресторан на пересечении тридцать четвертой и пятнадцатой улиц. Только вот согласится ли Энджи и отпустят ли нас?

Сразу после полуденного чая нас пригласили в комнату музицирования. Здесь были различные музыкальные инструменты, начиная от скрипки и заканчивая электрической гитарой. Даже мой музыкальный инструмент тут был — лалиборды, состоящие из чувствительной панели и сенсорных примочек, крепящихся к пальцам. Путем определенного касания к панели выходят не просто звуки, а слова на нужной частоте. Вот только… услышать их дано не всем, а исключительно осдийцам с их чувствительным слухом. Но разве это моя вина?..

Мы сидели полукругом с правой стороны от импровизированной сцены, а мужчины расположились по левую. Сегодня присутствовал и лорд Первый советник. Мы встретились с ним взглядами, и я тут же отвела свой в сторону, зато подарила улыбку Эршвану.

Когда вошел император, все склонились, после чего началось представление. Первой была Энджи, она играла на современной скрипке, причем весьма виртуозно. «Женихи» оценили. Следующими были Вета и Анэстеси — они обе играли на пианино. Мужчины активно аплодировали, улыбались и присматривались к дебютанткам, словно к породистым вартакам. На протяжении всех выступлений Виан старательно прожигал меня взглядом, а я сама за собой заметила странную привычку — возвращаться к нему взором. Я улыбалась Эршвану, но при этом не могла не посмотреть ему за спину, встретив задумчивый и притягательный взгляд лорда Первого советника. Что же он задумал на этот раз? В любом случае, если он пригласит меня на свидание, у меня будет уважительная причина отказать ему.

— Леди Ори-Ка, сыграете? — спросила леди Павиэл, и я с улыбкой кивнула и поднялась со своего места.

Под заинтересованными взглядами мужчин, стараясь избегать смотреть в глаза императору, я поднялась на сцену. Помощницы свахи уже приготовили для меня лалиборды. Я осторожно подцепила пальцами каждую примочку, после чего села на высокий стул перед панелью и начала играть.

Музыка была тихая и спокойная, такая, что проникает в самое сердце. Эта песня рассказывала о двух влюбленных, нашедших свою любовь во время войны. Он был капитаном флотилии, она же пленницей на его корабле. Она ночевала в его каюте, испытывала унижение и ненависть тех, кто оставался в кают-камерах, буквально приговоренных к смерти. Но в итоге девушка выбрала любовь… любовь к своему государству и убила капитана.

Это решило исход войны, но для неё это уже неважно — её сердце осталось с возлюбленным. Она выходит в открытый космос, чтобы навсегда расстаться с жизнью.

Это грустная история, и её мелодия такая же — проникновенная, пробирающая до мурашек. Когда я опускаю руку, оглядываюсь на зал — разумеется, никто не услышал ни слова из песни. А ведь они были — едва уловимые обычным человеческим слухом. Никто не решается аплодировать — для всех это была тишина.

Наконец, оживает император: он рукоплещет мне, и, разумеется, его поддерживают и другие. Вот только я знаю, что эти аплодисменты не мне, а императору, которому не смеют возразить. Я села на свое место, опустив взор. На сцену вышла леди Нарри. Её выступление встретили куда более радушно, чем мое.

После музицирования нас проводили в столовую на первом этаже: здесь все было накрыто для ланча. Так получается, что я села рядом с лордом Первым советником по одну руку, а по другую — с мистером Расводом.

— Я уже продумал наше свидание. План одобрила леди Павиэл, — сообщил мне Эршван после знака императора о начале ланча.

— Даже сегодня вам удалось выделиться, ваше высочество, — сказал с другой стороны лорд Радвиэн. — Это природный талант или приобретенное умение?

— Вы об игре на лалибардах или об умении выделяться? — переспросила я и повернулась к мистеру Расводу. — Это замечательная новость. Мне так не терпится посмотреть столицу.

— Вы идете на свидание? — интересуется лорд Радвиэн, услышав часть нашего разговора.

— Леди Ори-Ка приняла мое приглашение, — самодовольно сообщил секретарь.

— А так можно было? — с какой-то усмешкой, не свойственной статусу Первого советника, спрашивает лорд Радвиэн. В этот момент я вспоминаю, что ему нет еще и тридцати.

— Так было нужно, — отвечаю ему и улыбаюсь Эршвану.

— Учту на будущее, — сообщает Виан.

— Что? — переспрашиваю я. Это он сейчас намекает на свидание?

— Что? — уже другим тоном, более веселым, отзывается лорд Первый советник.

Мы встречаемся взглядами, и я первая прерываю контакт. Гляделки с ним ни к чему хорошему точно не приведут! А вот мистеру Расводу улыбаться стоит чаще!

Ланч подошел к концу, к моему огромному облегчению. Я едва громко не выдохнула, лишь в последний момент опомнилась и прикрыла рот рукой. Эршван задержал меня в столовой, чтобы уточнить время свидания — шесть часов, о чем уже сообщено моему координатору.

— Для меня это большая честь и радость, — сказала я, сделав легкий книксен.

— Отрадно слышать, леди Ори-Ка, — кивнул секретарь и, развернувшись, направился к выходу.

Я перевела дыхание. Все невесты уже разошлись, поэтому в столовой я осталась наедине со слугами.

Ох, Ори-Ка, надеюсь, тебе все удастся. Ты должна покорить сердце или хотя бы тело секретаря его величества.

Погруженная в собственные мысли, я направилась к лестнице, но мне пришлось остановиться и стать свидетельницей чужого разговора. Я даже мысленно усмехнулась: лорд первый советник совершенно не умеет отбиваться от нападок настойчивых леди!

— Ох, лорд, мне бы так хотелось посмотреть на город! — уговаривала его Розмари.

— Думаю, если вы сообщите об этом вашему координатору, он составит уникальный и наиболее приятный маршрут, — достаточно холодно ответил Виан и заметил меня.

Я не сдержалась от улыбки: слишком уж комично выглядело, как грозный лорд Первый советник пытается отвертеться от свидания с не менее грозного вида дебютанткой. Но стоит отдать лорду должное: по мускулатуре он не уступал Розмари.

— Но я сама не смогу так хорошо узнать город, как с вами.

— Поверьте, я вырос в глубинке, поэтому сам не знаток столицы, — ответил Виан и попытался обойти девушку.

Я же уходить не собиралась: когда мне еще представится возможность увидеть такой спектакль под названием «Героический побег Первого советника от настойчивой невесты»?

— Леди Розмари, а знаете что? — поняв, что попытки обойти леди не увенчаются успехом, начал Виан. — Это вполне можно устроить. Узнайте, пожалуйста, у вашего координатора, какие вечера у вас свободны.

— О, да, конечно! Я мигом! — воскликнула Розмари и бросилась к лестнице.

Я посмотрела ей вслед: сколько у девушки грации, однако топает как слон. Я собиралась пройти за ней, когда меня задержал лорд Первый советник.

— Судя по всему, вам весело, леди Ори-Ка?

— Нет, что вы! Я просто радуюсь за Розмари: она так мечтает сходить с вами на свидание, что запугала всех невест.

— То есть именно её настойчивости я обязан тем, что вы избегаете меня?

— Я вовсе вас не избегаю, лорд. Побег вообще не входит в мои привычки, — без тени иронии ответила я, намекая на его поведение и попытки избежать свидания с Розмари.

— Тогда вы согласитесь сходить со мной на свидание?

— Боюсь, что вашим графиком вскоре полностью завладеет леди Розмари, а мне еще дороги мои кости, чтобы переходить ей дорогу.

— Вы переживаете за мой график или за свой? Судя по всему, мистер Расвод успел вами увлечься.

— Он приятный мужчина и хороший собеседник, — солгала я.

— Поверьте, я не менее приятный мужчина и хороший собеседник, — заверил меня лорд Первый советник.

Я смотрела на него и не понимала собственных чувств. Я должна бояться его, должна! Я ведь и так боюсь его, но не тогда, когда он вот такой — словно хищник, заманивающий в свои сети добычу. Он умеет быть зверски обаятельным, и меня это пугает.

— Пожалуй, поверю вам на слово, а еще лучше — спрошу у Розмари после вашего свидания, — ответила я.

— Ни одно из предполагаемых свиданий не состоится: после того, как я узнаю её график, наши расписания будут катастрофически не совпадать.

— Боюсь вас разочаровывать, лорд, но у нас ней одно и то же расписание, и когда-нибудь она догадается о том, что вы ей… солгали.

Слово вырвалось раньше, чем я успела его обдумать. Обвинять первого советника императора во лжи? Ори-Ка, ты самоубийца! Тебя прямо сейчас депортируют! Но, к моему удивлению и огромному облегчению, Виан улыбнулся. Улыбнулся по-настоящему или, по крайней мере, хорошо играл. Я постаралась перевести дыхание.

— Кстати, песня была восхитительна, — неожиданно сказал он.

— Спасибо, лорд Первый советник, но неужели вы её слышали? — спросила я, едва удержавшись от того, чтобы не закатить глаза.

Он точно лжец!

— Вы в этом сомневаетесь? — спросил он и, сделав шаг вперед, проникновенно спросил: — А вы бы что выбрали? Убить любимого или предать родину?

Я невольно распахнула глаза. Он слышал? Теперь я заметила небольшую примочку на его ухе — кажется, он заранее подготовился к этому. Беру свои слова про лжеца обратно! Хотя нет, пожалуй, оставлю — Розмари-то он собирается лгать. Переведя взгляд на лицо мужчины, я четко произнесла:

— Я — принцесса Осди. Мой долг перед родиной превыше всего.

— Даже чувств?

Почему-то я не смогла ответить. Это был очень тяжелый вопрос. Что я знаю о чувствах? Я ведь еще никогда не влюблялась ни в одного мужчину. Готова ли я была убить собственного отца или сестру за родину? Не уверена, совсем не уверена, да они бы и не поставили меня перед этим выбором.

— Мой долг перед родиной не даст мне влюбиться опрометчиво, — обтекаемо ответила я.

Мужчина наклонился, нас разделяли буквально десять сантиметров. Дышать стало сложнее. Кажется, это не я его попытаюсь соблазнить ради получения информации, а он меня. Что ж, если это так, то мне придется сделать это первой.

— Неужели вы способны контролировать свои чувства, принцесса?

Я не ответила. Вопрос был провокационным, а поддаваться на провокации — бессмысленное занятие. Виан понял, что отвечать я не собираюсь, поэтому отстранился и сложил руки в карманы. Ткань пиджака натянулась на проступающих мышцах.

— Хотите знать мой вывод об этой истории? — спросил он. — Девушка была недостаточно влюблена. Когда ты влюблен, весь мир летит к черту, все принципы и чувство долга. Все остальное — не настоящая любовь.

— Смотрю, вы специалист в этой области, — едко отметила я и прикусила язык.

Не забывай, с кем разговариваешь! Возможно, он минуту назад отдавал приказ о чьем-то убийстве, а ты даешь ему поводы тебя ненавидеть!

— Хотите взять у меня пару уроков? — неожиданно весело спросил Виан. — Я к вашим услугам, леди. Быть может, вы найдете меня не только прекрасным учителем, но и будущим мужем?

Усмехнувшись, он развернулся и направился в сторону холла. Я удивленно глядела ему вслед: кажется, уважаемый джентльмен совершенно заигрался! Или он действительно думает, что я выйду замуж за косвенного убийцу своей сестры? Да, доказательств у меня нет, но я почти уверена: если приказ отдал его величество, значит, об этом знал и лорд Первый советник.

Сжав руки в кулаки, я взбежала вверх по лестнице, когда почувствовала резкий толчок в грудь. Затем меня прижали к стене.

— Ты! — прошипела Розмари. Причем удивительно низким голосом. — Только попробуй еще раз приблизиться к лорду Первому советнику, и я тебе устрою внеплановый отпуск в лучшую лечебницу Рагдара! Ты меня поняла, принцесска?

Не-а. Я вот широко распахнутыми глазами глядела на «Розмари» и не понимала: как? Как у девушки может быть такой низкий грубый голос? Неужели все из-за стероидов? Тем более я вспомнила, где слышала его — в своей спальне, когда до меня доносились звуки из соседних комнат. Кажется, кто-то там боялся быть рассекреченным.

Розмари, подумав, что её угроза возымела действие, оттолкнулась от стены крепкими руками и направилась вниз по лестнице — видимо, догонять лорда Первого советника. Я широко улыбнулась. Кажется, я знаю чей-то ма-а-аленький секретик. Брат-близнец, говорите? Ничего такой брат у «Розмари».

К назначенному времени Ронда и Карми помогли мне собраться: для вечерней прогулки я выбрала платье с длинными рукавами и глухим воротам — все по рагдарской моде. На голову надела шляпку, скрывающую мои ушки, и утеплила наряд вязаной пелериной.

Мистер Расвод ждал меня в холле, нетерпеливо прохаживаясь от одной тумбочки с голошаром, на котором сменились изображения его величества, к другой. Увидев меня, он широко улыбнулся и поспешил навстречу.

— Ваше высочество, вы — восхитительны! Я неизменно рад и горд, что вы согласились прогуляться по столице именно со мной. Слышал, что многие хотят пригласить вас на свидание.

Я улыбнулась, не став говорить своему спутнику, что разговоры о других мужчинах значительно принижают его в моих глазах. Он бы еще стал себя сравнивать с лордом Первым советником, честное слово!

— Вы покоряете меня своей прямолинейностью, — ответила я с легкой улыбкой.

На улице нас ждал аэрокар с водителем. Эршван назвал нужный адрес, и аэрокар плавно поднялся в небо. Секретарь явно нервничал и не знал, о чем со мной разговаривать, поэтому я охотно подкидывала темы. С каждой минутой нашего общения я все больше убеждалась в том, что соблазнить мистера Расвода не составит труда, а там уже я легко выужу из него нужную информацию. Правда, мне нужно будет одно средство, которое, я надеялась, достанет мне Друг.

Да, подготовиться к этой поездке было невозможно: мне нельзя было брать с собой никаких средств, электроники и прочего, так как все вещи тщательно проверялись. Но генерал меня заверил, что Друг сам со мной свяжется и будет инструктировать по поводу всего. Делал он это, разумеется, не бескорыстно. Если я найду необходимые доказательства, то выставлю их на общий суд, тем самым в дела Рагдарской империи вмешается совет конфедерации. Повстанцы смогут воспользоваться ситуацией и устроить переворот. К этому времени, надеюсь, я уже буду далеко от этой планеты.

Эршван действительно устроил мне экскурсию — лучшего гида и придумать нельзя. Он подробно обо всем рассказывал, не забывая восхвалять императора. Я слушала, кивала и улыбалась. Когда аэрокар вернулся ко дворцу, я наклонилась к Эршвану и прошептала томным голосом:

— Благодарю за сегодняшний вечер. Все было чудесно. Надеюсь на… продолжение.

Последнее было весьма двусмысленно. Мое дыхание щекотало ухо Эршвана. Медленно отстранившись, я с соблазнительной улыбкой покинула аэрокар.

Первое, что я сделала, вернувшись в комнату, — приняла ванну. Мне хотелось смыть с себя внимание Эршвана, будто того и не было. Пока лежала в ванне, решила проверить новости империи: впредь я не должна позволять себе узнавать что-то из последних рук.

Среди восхвалений императора и его заслуг, а также событий Великолепного отбора я выхватила по-настоящему важную для меня новость: ту женщину, спасшую двоих детей, казнили вместе с её детьми. Их тела с шаттла выкинули в открытый космос.

По моим щекам покатились слезы. Я представила образ Первого советника: вот он открыто улыбается, даже флиртует со мной, приглашает на свидание, а в следующую секунду отдает приказ кого-то убить.

Я ударила ладонью по воде. Это ужасно, ужасно! То, что происходит в этой империи… ужасно.