Глава 24 · Далеко ли до истины?

Рениард

Да уж, у меня было время подумать, сидя на койке в подземелье королевского дворца. Здесь было темно и сыро. Только под потолком теплился небольшой светлячок, который едва разгонял тьму. Где-то капала вода. Кап, кап. Её размеренный стук раздражал до зубного скрежета. Вот только настоящая причина злости и растерянности была не в нем, а в моем аресте. Что король спросил у богини? Что она ему ответила? Молодец, Рениард, сам вырыл себе яму. Может, таким образом меня просто решили устранить от участия в отборе? Королю ведь могла не понравиться вероятность моей победы. Тогда зачем вообще было меня приглашать? Нет, дело не в этом. Перед ним ведь стоял не я, а Элиас Кавернел. Значит, избавиться хотели от него? Я окончательно запутался. Запонка на рукаве по-прежнему заставляла меня выглядеть, как Элиас. И я не торопился её снимать. Может, мне удастся выяснить больше, чем в виде Рениарда Аэрдана.

Когда в коридоре послышались шаги, поначалу решил, что это дознаватели явились для допроса. И никак не ожидал увидеть в дверях самого короля Эрлизара. Его величество решил поговорить лично? Впрочем, монарх явился не один, а в сопровождении секретаря. Странное доверие. Лучше бы главу дознавателей прихватил.

Я поднялся и поклонился, как того требовал этикет.

— Добрый день, лорд Аэрдан, — король смерил меня холодным взглядом.

— Не такой уж добрый, ваше величество, — ответил я. — Учитывая, что мы видимся в темнице.

Значит, королю уже известно, кто я. Что ж, пусть так.

— Это временно. — Эрлизар будто пытался что-то прочесть на моем лице. — Думаю, мне стоит извиниться перед вами, лорд Аэрдан.

— Вам — извиниться? — Стоит признать, я был изумлен. — Не стоит, ваше величество.

— И все же, это так. Боюсь, я неправильно понял ответ Истины. Я спросил её, где находится посох, и она ответила, что мне поможет лорд Кавернел. И из-за вашего маскарада арестовали не его, а вас. Признаю, что решил, будто вы взяли посох. Однако мои дознаватели в один голос твердят, что ни вы, ни Кавернел не могли этого сделать. И я склонен им верить. Поэтому вы свободны, лорд Аэрдан.

Король пришел, чтобы лично сообщить об этом? Я не верил. Нет, здесь дело в другом. И Эрлизар ожидаемо продолжил:

— Впрочем, это не единственный вопрос, в который мне хотелось бы внести ясность. Лорд Ливеран — к сожалению, уже покинувший отбор — сообщил, что видел вас ночью в саду с моей дочерью. Уже за одно это вас следовало бы казнить, Аэрдан.

Ливеран… Так и знал, что этот мерзавец не остановится. Странно, что после такого любопытного донесения король не оставил его в отборе.

— Но я не стану порочить репутацию дочери, — продолжил король. — Однако вас предупреждаю. Если Элиза дорога вашему сердцу, у вас есть только один путь — победить. И до той поры попрошу воздержаться от подобных встреч.

— Я люблю Элизу, — сказал в глаза королю.

Тот едва заметно усмехнулся, словно не очень-то верил моим словам.

— Элизу — или те возможности, которые дает ваш брак? — прямо спросил он.

Я непроизвольно сжал кулаки. Уверен, от посетителей это не укрылось, потому что секретарь неуловимо придвинулся ближе, чтобы в случае чего защитить монарха. Странно, что с Эрлизаром не начальник стражи, а посторонний парнишка.

— Меня не интересует трон Альдона, — смирил гнев и взял себя в руки. — Я не раз говорил об этом Элизе, скажу и вам. И если бы была возможность избежать подобной участи, клянусь, сделал бы это.

— Почему? — В глазах короля на миг мелькнуло веселье.

— Потому что я — наследник рода Аэрдан, и не хочу отказываться от своего имени. У меня нет ни братьев, ни сестер. Оставить родовое имя побочной ветви?

— Ваша мать еще может родить ребенка, Рениард.

— Она тоскует по отцу, — я старался сдержаться, но получалось с трудом. И не будь Эрлизар королем, мы разговаривали бы по-другому.

— Срок траура истек, насколько мне известно. И если бы она решила посетить столицу, кто знает…

— Не мне вам говорить, почему матушка не желает посещать столицу, в особенности — дворец.

Король нахмурился. Наверное, не ожидал, что мне известно о его старой влюбленности. Увы, не всегда любовь приводит к счастью. Особенно, когда влюбляются короли.

— Ваша матушка несправедлива ко мне, Рениард, — печально ответил Эрлизар. — Поэтому передайте ей мое приглашение, когда будете писать домой. Все-таки у нас есть общие воспоминания.

— Как прикажете, ваше величество. — Я склонил голову.

— А по поводу престола… Вы с Элизой молоды. Да и я не собираюсь на покой. Поэтому вы рано беспокоитесь, Рениард. Возможно, к тому времени, как встанет вопрос о престолонаследии, у вас появятся свои дети, и престол наследует мой внук.

Странно, король говорил так, будто не сомневался в моей победе. А впереди оставалось еще два испытания, и я понятия не имел, чего от них ожидать. Но радовало уже то, что Эрлизар не отрицал возможности моего брака с Элизой. Что бы там ни написал Ливеран.

— Я могу вернуться к отбору? — спросил у короля.

— Не вижу причин отказывать вам в этом. Кстати, ваш розыгрыш удался, и если бы меня не посетил настоящий лорд Кавернел, я бы и остался в неведении. Вам удалось удивить меня. Но оставшиеся этапы легкими не будут. Более того, я решил немного ускорить их ход, и уже завтра состоится шестой этап отбора. Элиза передавала, что надеется на вас, лорд Аэрдан. Но если вы проиграете, пути назад не будет.

— Я не проиграю.

Король довольно кивнул и вышел из темницы. Секретарь последовал за ним, обернувшись на пороге:

— Что же вы медлите, лорд Аэрдан? Вы свободны.

У меня мелькнула смутная мысль, что лорд Вилиан кого-то мне напоминает. Вот только кого? Впрочем, времени на раздумья не было. Я поспешил выйти следом за Вилианом. Стражники проводили меня обратно в крыло лордов, а король и его спутник свернули к королевским апартаментам. Нужно было переодеться и вернуть себе прежний вид, а затем навестить Элиаса и поблагодарить за заступничество. Он ведь ходил к королю. Явно не только для того, чтобы рассказать о нашей шутке.

Но войти в комнату я не успел. Противоположная дверь распахнулась, и на меня вылетел вихрь по имени Элиас Кавернел.

— Рен! — Схватил меня за руку и затащил в свою комнату. — Почему так долго?

— Разговаривали с его величеством, — ответил я.

— О чем? — Допытывался Элиас, а я представил, как странно мы сейчас выглядим со стороны — два брата-близнеца.

— В основном, об отборе, — размышлял, стоит ли говорить правду. — И о его дочери. Его величество сказал, что если я одержу победу, он не будет против нашего брака.

Лицо Элиаса просветлело. Видимо, он переживал за подругу.

— Рад, что у его величества хватило мудрости разобраться в сложившейся ситуации, — ответил он. — Признаться честно, я испугался.

— Ну если уж совсем честно, я тоже, — почему-то стало весело.

— Ты не говорил, что владеешь магией призыва. — Во взгляде Элиаса читалось плохо скрываемое любопытство.

— У каждого свои секреты. И, если уж начистоту, я не был уверен, что Истина ответит. Она очень своенравна. Слушай, Элиас, после целого дня в темнице я был бы не прочь пообедать. Присоединишься?

— Почему нет? — Кавернел пожал плечами.

— Тогда жду тебя через четверть часа. Надоело уже носить твое обличие.

Элиас проводил меня до двери. В коридоре было пустынно, будто все вымерли. На мгновение кольнуло дурное предчувствие.

— Что-то не так? — спросил Элиас.

— Нет, все в порядке. — Я тряхнул головой, стараясь прогнать накатившую дурноту. После призывов — бывает. Все-таки это не основной для меня вид магии и дается непросто. Потянулся к дверной ручке — и вдруг руку будто обожгло. Запонка соскочила и покатилась по полу.

Я потянулся к ней, но Элиас был быстрее.

— Стой! — Оттолкнул меня в сторону и сам склонился над запонкой. Только сейчас я заметил, что камень, вставленный в оправу, стал полностью черным. — Не прикасайся к ней, Рен. И к двери не прикасайся. Вернись ко мне, я сейчас.

И парнишка помчался прочь, а я замер, не рискнув выпустить запонку из вида. Мало ли, кто мог её найти. Те же слуги. Нельзя допустить, чтобы кто-то пострадал.

Вернулся Элиас не один. За ним следовал секретарь его величества. Точно, они ведь тоже приятели. Хотя, я бы предпочел держаться в стороне от такой личности, как лорд Вилиан. Слишком пугающая аура его окружала.

— Вот, — Элиас указал на черную запонку. — Рен даже к двери не успел прикоснуться. Видно, моя магия вызвала реакцию раньше.

— Отойдите. Оба.

Мы одновременно сделали шаг назад, и только потом я осознал, что действовал, скорее, интуитивно — Вилиана сложно было не послушать. А секретарь уже склонился над запонкой, провел над ней ладонью, зашептал слова заклинания. И драгоценный камень осыпался прахом.

— Что там? — потерянно спросил Элиас.

— Проклятие, как я и думал, — ответил Вилиан, поднимаясь. — Ту часть, которая коснулась запонки, я уничтожил. А вот с дверью придется поработать. Не маячьте здесь. Лучше отдохните. Закончу — приду.

Элиас потянул меня обратно в его комнату, хотя я предпочел бы посмотреть, как работает секретарь. Было безумно любопытно, потому что по потокам силы я понял, что передо мной — один из мастеров проклятий. Редкая магия. В бою проклятийники уступают стихийникам — слишком ювелирная работа, тогда как стихия сносит все на своем пути. Но ведь жизнь определяется не только боем.

— Может, пока переоденешься? — предложил Элиас. — Твоя одежда осталась у меня. Она уже чистая.

Это была хорошая идея, потому что, как только исчезла запонка, вещи Элиаса затрещали по швам, и выглядел я, наверное, глупо. Поэтому воспользовался предложением и прошел в соседнюю комнату, а Элиас остался в гостиной. Я очутился в спальне, такой же безликой, как и все отведенные нам комнаты. Только в воздухе витала чужая магия — наверное, после того, как Элиас колдовал над запонками. И она тоже казалась слишком знакомой… Хотя, что удивительного? Мы с Кавернелом даже испытания вместе проходили. Почему его магия должна казаться чужой? Вот только она казалась…

Я быстро переоделся, выбросив из головы глупые мысли, и вернулся в гостиную. Элиас сидел в кресле и ждал. Он выглядел безумно встревоженным. Да, тот еще выдался денек. Однако, завести разговор мне не дали — дверь отворилась, пропуская лорда Вилиана. Даже без стука. Они настолько дружны?

— Проклятие я распутал. — Лорд, не особо стесняясь нас, плюхнулся в кресло. — Если бы магия не среагировала на запонку и не вошла с ней в резонанс, лорд Аэрдан был бы мертв.

Элиас вздрогнул и обернулся ко мне. А я и не ожидал другого ответа. Мой противник не стал бы мелочиться, раз уж рискнул подставиться под удар.

— И еще одна плохая новость, — продолжил Вилиан. — Узнать, с кем мы имеем дело, не удалось. Слишком умело замели следы. Поэтому, лорд Аэрдан, ваш предполагаемый убийца где-то рядом. Если хотите, я доложу его величеству, и мы приставим к вам охрану. К вам обоим.

И выразительно посмотрел на Элиаса. Да, здесь могли ждать и его. Мало ли, кто из нас прикоснулся бы к ручке на моей двери.

— Это кто-то из оставшихся лордов, — пробормотал он.

— Не обязательно, — ответил я. — Проигравшие тоже могли затаить злобу. Поэтому кандидатов целых пять. Но обойдемся без стражи. Я смогу за себя постоять. За оставшиеся дни отбора в наши с Элиасом комнаты не войдет никто, кроме нас.

— Вы сможете поставить защиту такого уровня? — Кажется, мне удалось удивить невозмутимого секретаря.

— Смогу. Благодарю за помощь, лорд Вилиан. Дальше мы справимся сами.

Лорд намек понял. Он попрощался с нами и ушел, а я обернулся к Элиасу:

— Ты доверишься моей магии?

— У меня есть выход? — Тот развел руками. — Но бездействовать тоже не стану. Наложу свою защиту поверх твоей.

— Только давай сначала все-таки пообедаем. Сегодня уже никто не рискнет сунуться к нашим комнатам. А мне нужно прийти в себя.

Элиас понял намек, вызвал слуг и приказал подавать обед. А я опустился в кресло и просто сидел, пока в столовой Кавернела накрывали на стол. Для стихийника главное — спокойствие, потому что магия стихий достаточно разрушительна. И прежде, чем работать с защитой, нужно было взять себя в руки и окончательно выкинуть из головы, что кто-то пытался меня убить. Конечно, осталось всего два этапа. Ставки высоки. Но опускаться до подлого проклятия? Впрочем, чему я удивляюсь?