Глава 20

А что я видела? Я потрясла головой. Воспоминания расплывались. Вот на поляну выходит… Что? Или кто?

– Мы ведь не ели в лесу ничего, кроме земляники? – вырвалось у меня. – Ее трудно перепутать с чем-то ядовитым.

– Ничего, кроме земляники, – подтвердила Кассия.

Вот герцог разворачивается, свивается заклинание, и в ушах звучит вой.

– Пес. Призрачный пес, – вспомнила я. – Думала, легенды о призрачных гончих – всего лишь легенды.

Кассия заметно расслабилась.

– Хвала Всевышним! Я испугалась, что теряю рассудок. Ты тоже его видела?

– Насколько мне известно, с ума сходят поодиночке. Как правило, – уточнила я, вспомнив о возможности индуцирования.

– Как правило, – подтвердила Кассия. – Но о призрачных гончих говорят, будто их никто не видит, кроме жертвы.

– Может быть, видят все, но потом забывают все, кроме жертвы, которая уже ничего не расскажет? – предположила я. – Мне до сих пор кажется, будто это был сон.

Кассия ответила не сразу, словно тоже размышляла, не примерещилось ли ей.

– Ни разу не слышала, чтобы имперского дознавателя призывали ради чего-то увиденного во сне. Похоже, кто-то действительно натравил на герцога призрачную гончую. Повезло, что он вернулся невредимым.

– Но это ведь бабушкины сказки! – воскликнула Делия. – Мы же с вами современные образованные люди…

– Некроманты – точно не бабушкины сказки. И прорыв изначальных тварей три года назад – тоже не сказки. – Кассия задумчиво покачала головой. – Ходят слухи, что это была попытка переворота.

– Призвать чудовищ, способных разнести мир, только ради власти? Убить столько людей только ради власти? – не поверила я. – Это безумие!

Неужели мой дядя и множество других хороших людей погибли лишь потому, что какой-то мерзавец сам захотел стать императором? Это просто не укладывалось у меня в голове.

Кассия пожала плечами, дескать, безумие или нет, не ей судить. Добавила:

– Похоже, у герцога очень серьезные враги.

– Было бы странно, если бы у человека на его должности не было серьезных врагов, – заметила я. – Особенно когда он достаточно молод, чтобы перейти дорогу кому-то, кто мог долго метить на это место.

За день, пока нас не было, комната нагрелась в лучах солнца, несмотря на занавески. После леса и дворцового парка, казалось, в ней вовсе не осталось, чем дышать, и первым делом я распахнула окна, впуская из сада воздух, насыщенный ароматом пионов. Ветер взметнул занавески, растрепал волосы, и я успокоилась. Я не схожу с ума, герцог вернулся живым и здоровым, и, если неведомый недруг сбежал, значит, он опасается встретиться с противником лицом к лицу. Что до удара исподтишка – у того, кто охраняет дворец, должна быть и своя достойная охрана. Да и сам герцог не беззащитный мальчишка, я же видела, как он разделался с кабанами. Не о чем беспокоиться.

Как и обещал распорядитель, в комнате нас ждала еда. Нарезанный ломтями сыр, хлеб, кувшин с элем. Недостаточно, чтобы как следует наесться, но хватит, чтобы немного утолить голод и спокойно дождаться ужина. Я растерла в ладонях по крошке хлеба и сыра, проверила и эль.

– Не отравлено.

– Это же прислали с дворцовой кухни, – заметила Делия, сооружая себе бутерброд.

– После сегодняшнего испытания я не удивлюсь, если нам подсыплют слабительное, чтобы проверить предусмотрительность, – проворчала я. – И вместе со стопкой бумаги выдадут билет на выход.

– Фу… – поморщилась она. – Нашла тему для застольной беседы.

– Я же еще не ем.

– Зато я ем.

Пожав плечами, я соорудила бутерброд и себе. Жаль, что нельзя проигнорировать ужин, раз там будет император. Гораздо с большим удовольствием я бы сейчас просто рухнула в постель и проспала до утра. Ноги гудели, и глаза слипались.

Что ж, придется вспомнить заклинания от усталости. Конечно, чудес не бывает, и подхлестывать ими тело и разум до бесконечности нельзя. Но хватит для того, чтобы до вечера чувствовать себя относительно прилично.

Мои мысли прервала бумажная птичка, влетевшая в окно. Делия протянула было руку, но птичка, увернувшись, точно живая, опустилась рядом с моей кружкой.

«Мелани», – было написано на крылышке. Почерк был мне незнаком и вовсе не походил на тот, с записки, вложенной в коробку конфет. Поэтому я без опасений развернула послание. Размашистые буквы словно летели по бумаге, едва поспевая за мыслью, – но все же строки выглядели красивыми, и читать было легко.

«Если вы не слишком устали, после ужина буду рад видеть вас в беседке, где вы изучали анатомию. Оденьтесь попроще».

Или почерк показался мне красивым потому, отправитель мне известен, несмотря на то что он не подписался? Только один человек знал, где я учила анатомию. Да когда же я перестану краснеть при этом воспоминании!

Интересно, что герцог имел в виду, написав «оденьтесь попроще»? Сгодится ли взятое из дома платье или лучше привести в порядок одежду, в которой мы бродили по лесу? Что он задумал? Или это опять какое-то испытание?

Как же я устала от этих интриг и испытаний! Да в конце концов, может ли девушка просто поверить хоть кому-то?

– Это от поклонника, – уверенно заявила Делия. – Кто он? Что хочет?

Я не стала опровергать ее слова. Молча сложила письмо, спрятав в карман. Пойти? Не пойти? Общаться с кавалерами не запрещено, но нас осталось совсем немного, а потому внимание императора и всего двора теперь будет приковано к каждой?

С другой стороны, я ведь никому ничего не обещала и не намереваюсь обещать, а посиделки в беседке никого ни к чему не обязывают. Я вовсе не собираюсь становиться императрицей и совершенно точно не разобью сердце императора, проведя вечер за приятной беседой с кавалером.

Или не ходить? В последний раз я ходила на свидание – если те встречи можно было так назвать, – еще когда дядя был жив. На прощание Марко клюнул мои губы и тут же отпрянул, словно обжегшись. Не знаю, кто тогда испугался сильнее – я или он. На следующий день пришло известие о прорыве, и мне стало вовсе не до мальчиков…

– Мелани, – окликнула меня Кассия. – Ты не обязана никому ничего рассказывать.

– Как это! – возмутилась Делия.

– В том числе и нам.

Я кивнула. Поколебалась мгновение и все же решилась сказать:

– Это приглашение на свидание. От… Неважно.

Я не особо опасалась, что они станут болтать или пакостить. Просто как-то так вышло, что у меня никогда не было близких подруг. К дяде приезжали соседи с детьми моего возраста. Нам было весело вместе, и всегда находилось что обсудить, но до обмена личными переживаниями не доходило. Потом дядя погиб, а в столице у меня не нашлось знакомых. В университете я тоже близко ни с кем не сошлась, за три года привыкнув к одиночеству. Наверное, воспитывайся я в пансионе, умела бы делиться секретами, но в детстве у меня и секретов-то особых не было, а перебравшись к отцу, я как-то незаметно замкнулась в себе, и теперь открываться было трудно. Да и, наверное, незачем. В конце концов, соседок я в ту беседку с собой не позову.

– Ну и секретничай, – надулась Делия.

Кассия помолчала, то ли подбирая слова, то ли колеблясь.

– Едва ли тебе что-то угрожает в дворцовом парке, – сказала она наконец. – Но все же насколько хорошо ты знакома с этим человеком? Я не прошу имени, но ты ему доверяешь?

Почти не знакома. Едва ли можно назвать знакомством те случайные объятья в беседке или допрос, который герцог учинил мне после беседы с господином Гримани. Он-то наверняка обо мне справки навел, но я по-прежнему не знаю ничего, кроме имени и должности. А еще – что при виде него я расплываюсь в улыбке и от его взгляда, обращенного на меня, заходится сердце, а потому едва ли я смогу отказаться от встречи – ведь разумных причин для этого нет.

Или есть? Доверяю ли я ему?

Этот человек, защищая нас, пошел на разъяренного кабана с одним ножом, и рядом с ним не было своры собак, которые держали бы зверя. Увидев призрачную гончую, тварь из жутких легенд, первое, что он сделал, – прикрыл нас щитом. Нас, а не себя.

И… И, кажется, это он положил еду в мою сумку. «У вас во рту маковой росинки не было», – сказал распорядитель. Тогда я не обратила внимания на его слова, пытаясь понять, не сошла ли с ума, но сейчас ясно вспомнила их. Едва ли граф Боул что-то перепутал, и, значит, даже тот скромный запас пищи, что мы нашли, не был предусмотрен правилами. Выходит, мы сжульничали, пусть и невольно, а герцог нам в этом помог. И эти полдюжины яиц и три яблока сегодня были дороже любых драгоценностей. К слову, и фляжку нужно вернуть.

– Не беспокойся, Кассия. – Я не удержалась от улыбки. Хотелось смеяться и петь. – Я ему доверяю.

Да и что со мной может случиться в дворцовом парке, где полно стражи?

Если бы не мысли о предстоящем свидании, я бы, наверное, не пережила ужин с императором. Осталась лишь дюжина претенденток – если так и дальше пойдет, мне не удастся отсидеться во дворце, дожидаясь, пока граф успокоится и забудет обо мне. Хуже того, все время, пока длился ужин, я не знала, куда деться от насмешливого взгляда императора.

Днем мне было не до того, но сейчас подробности вчерашней неловкой ситуации всплыли в памяти и не желали из нее улетучиваться. Конечно, едва ли император на самом деле весь вечер не отрывал от меня глаз, это лишь мое волнение заставило так думать. Но эмоции никак не хотели подчиняться здравому смыслу, и несколько раз я едва не выронила из руки нож.

Самое неприятное – я не знала, как мне поступить. В любой другой ситуации я бы просто извинилась за то, что невольно поставила человека в неловкое положение. В любой другой, но эта ситуация была чересчур уж неловкой. К тому же с императором просто так наедине не поговоришь. Просить аудиенции лишь для того, чтобы напомнить, как я его опозорила? Да я умру от смущения и страха, прежде чем открою рот! Хорошо хоть, свидетелей не было… Хотя, если бы они были, я бы наверняка живой из той беседки не ушла…

Словом, едва император покинул зал, я вылетела из-за стола и помчалась в свою комнату. Может, беседа с герцогом отвлечет меня от навязчивых мыслей. А потом, когда вернусь, нужно будет хорошенько продумать, как исчезнуть из дворца, не привлекая ничьего внимания своим исчезновением, – прежде чем император решит мне отплатить. Заинтересоваться-то мной он вряд ли способен… Может быть, все-таки попросить помощи у герцога?

– Мелани, подожди! – Кассия прибавила шагу, оставив Делию далеко позади. Нагнав меня, подхватила под локоть. – Это герцог Соммер? – едва слышно поинтересовалась она. – Я не стану болтать, но, если утром ты не появишься, буду знать, с кого требовать ответа.

Я помедлила. Едва ли что-то могло угрожать мне в дворцовом парке, но Кассия наверняка знает о людях куда больше, чем я.

– Да, – призналась я.

– Понимаю, почему ты не хотела говорить при Делии. Я тоже помолчу. И надеюсь, мне не придется жалеть, что позволила тебе идти одной. – Она выпустила мой локоть. – До утра я не буду беспокоиться.

– За кого ты меня принимаешь! – возмутилась я. – Я вернусь до полуночи!

Она улыбнулась.

– Беги. И не торопись возвращаться.