Глава 23

Я замерла на миг, не зная, что делать, – нет, Робин не напугал меня, и я с радостью бы ответила на поцелуй… если бы знала как. Все, что я могла, – прильнуть к нему, запуская пальцы в волосы, позволить его губам ласкать мои, раскрываясь ему навстречу, осторожно коснуться языком, повторяя его движения, а потом просто, забыв обо всем, пить этот поцелуй, словно воду из родника, чувствовать, как растекается по телу тепло, собираясь внизу живота, как по коже пробегают волны то жара, то холода, а из груди сам собой вырывается тихий стон.

Негромкий стук привел меня в чувство. Я шарахнулась, оглянувшись, обнаружила трактирщика. Ойкнув, я ткнулась лицом в плечо Робина, и он обнял меня, словно закрывая от всего мира. Что-то сказал, коротко и резко, трактирщик так же коротко ответил.

– Он ушел.

Я отодвинулась, не смея поднять взгляд. Робин приподнял мой подбородок, заглядывая в лицо.

– Все хорошо, – шепнул он. – Он больше не помешает.

Он легко коснулся моих губ и отстранился, и я едва удержала разочарованный вздох.

– Кажется, нам обоим надо немного остыть. – Робин протянул мне креманку с разноцветными шариками.

Я залилась краской, вздрогнула, когда мои пальцы коснулись его, забирая лакомство. Робин тоже вздрогнул, словно от моих рук прострелила молния, и снова потянулся ко мне.

Не знаю, сколько времени мы провели в этом шатре. Сладость мороженого мешалась со вкусом губ Робина, запах моря и ванили переплетался с ароматом его дыхания, ветер и его руки заставляли меня трепетать, забывая обо всем на свете.

– Пора, – негромко сказал Робин, и я вздрогнула, точно просыпаясь. – Скоро утро.

Здесь по-прежнему был ясный день, разве что солнце повисло на самой вершине гор, вот-вот нырнет за них.

– Уже? – не удержалась я. Спохватилась. – Прости. Все было чудесно и… жаль, что пора возвращаться.

– Я жалею только о том, что не дал тебе отдохнуть. – Он улыбнулся. Вытащил из сумки длинный футляр, раскрыв, протянул мне золотую цепь… нет, браслет крупного плетения. – Это тебе.

Я шарахнулась.

– Нет. – На глаза навернулись слезы, хотя я сама не могла понять почему и уж тем более не смогла бы объяснить. – Не порти все… пожалуйста.

– Это артефакт, поддерживающий силы. Вечером бал, а до того с вас будут снимать мерки, шить платья… словом, забот хватит. Так что силы тебе пригодятся.

Я затрясла головой:

– Нет. Я не могу это принять.

– Хорошо, вернешь после бала, если захочешь. Я бы предпочел, конечно, подарить тебе этот артефакт, но… – Робин пожал плечами. – Не заставлять же.

Я заколебалась. Сейчас, когда он сказал, что дома приближается утро, усталость навалилась как-то разом, заставляя ссутулиться. И все-таки…

– Да не упрямься ты, – рыкнул Робин, ловя мое запястье.

Браслет скользнул по коже, словно ожив, застегнулся и сжался, оказавшись как раз впору.

Я потеребила украшение и не обнаружила застежки.

– Как его снять?

– Когда надо будет – сниму. Еще не хватало, чтобы ты свалилась в обморок на балу при толпе народа. Не нужны мои подарки – вернешь, когда он закончится.

– Да как ты не понимаешь! Ты уже сделал мне подарок! Самый чудесный подарок, который только был в моей жизни!

– Он ничего мне не стоил.

Как будто все в этом мире измеряется деньгами!

– Он стоил времени и внимания, которые невозможно ни купить, ни продать! Ты сотворил для меня чудо, которое дороже любого золота. А это… – Я тряхнула рукой, не в силах подобрать слова.

«Всего лишь золото»? Но я знала цену деньгам. И знала, что самой мне не купить такого браслета, особенно если это не просто украшение, а артефакт. Может, поэтому я и почувствовала себя оскорбленной? Пока мы бродили по городу и смеялись, пока ели мороженое, казалось, что мы равны, но массивный золотой браслет на моем запястье напомнил, что на самом деле между нами – пропасть.

– Тш-ш… – Робин привлек меня к себе, обнимая. – Я понял. Нет, это не попытка купить твою благосклонность. – Он коснулся губами моих волос. – Если бы я мог сопровождать тебя на балу, не стал бы настаивать. Но мне придется работать, и… Тебе в самом деле понадобятся силы после напряженного дня и бессонной ночи. Будем считать, что я просто дал артефакт тебе на время.

Я заглянула ему в глаза. Робин улыбнулся.

– Сделай мне одолжение.

– Я не хотела тебя обидеть. Просто… – И все равно мне отчаянно не хватало слов.

– Я не обиделся. – Робин поцеловал меня, и на какое-то время я снова забыла обо всем на свете. Вздохнула, когда рядом засветился портал.

После жаркого сияния дня дворцовый сад, казалось, накрыла непроглядная тьма, даром что небо над верхушками деревьев уже отливало серым.

– Пойдем, я провожу тебя.

Робин потянул меня за руку, и я последовала за ним, отчаянно жалея, что нельзя остановить время. Вот уже стены дворца и открытое окно нашей комнаты. Объятья на прощание, и снова мы не сразу смогли оторваться друг от друга.

– Попробуй поспать, сколько получится, – шепнул Робин, подсаживая меня на окно. – Днем, если понадобятся силы, сожми с боков любое звено браслета. Можно повторять, пока не кончатся звенья.

– Хорошо, – шепнула я в ответ. Перевесилась к нему через подоконник, целуя, совершенно забыв, что Кассия обещала меня дождаться.

– Я дам о себе знать после бала. – Он взъерошил мне волосы. – Постарайся за это время никому не обещать своего внимания, чтобы мне не пришлось затевать поединок.

– Никому и ничего не буду обещать, – улыбнулась я.

Как трудно, оказывается, разжать пальцы и выпустить руку.

– Мелани? – негромко окликнула меня Кассия.

Робин улыбнулся и исчез в темноте.

– Все хорошо, – шепнула я, скидывая одежду. – Меня никто не обидел.

Небо уже светлело, но сколько бы минут сна мне ни досталось – все мои. Потом – только переждать день и бал. Мы снова увидимся. Наверное, нужно рассказать Робину про графа… я не успела додумать эту мысль, провалилась в сон, едва донеся голову до подушки.

Завтрак я проспала – кажется, Делия будила меня и о чем-то расспрашивала, но я не попыталась ни раскрыть глаза, ни вслушаться. Просто отвернулась к стене и накрыла голову подушкой, надежно заглушившей возмущение подруги. Будет что-то важное – Кассия поднимет.

Когда я все-таки проснулась, солнце уже вовсю прогрело комнату, и на миг мне показалось, что я снова в далекой южной стране задремала под лучами, пробившимися сквозь ткань шатра.

– Вставай наконец, соня. – Недовольный голос Делии развеял наваждение. – Где тебя носило?

– Гуляла. – Я потянулась. – Спасибо, что дали выспаться.

– Гуляла, значит. – Она поджала губы. – С каких это пор за прогулки такие подарки дарят? – Она указала на мое запястье, где солнечный зайчик блеснул на золоте браслета.

Я пожала плечами. Виноватой я себя не чувствовала, потому и оправдываться не собиралась. Наверное, на месте Делии мне тоже было бы обидно, она ведь явно положила глаз на Робина. Но за ней он не ухаживал – не считать же ухаживаниями пару улыбок в лесу, – так что совесть моя была чиста.

– Может, мне сказать распорядителю, что ты проболталась где-то всю ночь, невесть чем занимаясь? – не унималась она.

– Что ты несешь! – возмутилась Кассия.

– А что я? Разве это я вернулась под утро? Разве это моя одежда перепачкана непонятно чем?

– Что-то я не помню, чтобы правила отбора запрещали пачкать одежду, – огрызнулась я.

– По слухам, император уже сделал выбор, и завтра днем он объявит, кто станет его нареченной. Неловко выйдет, если окажется, что…

– Прекрати! – На щеках Кассии заиграли алые пятна. – Это не твое дело!

В животе скрутился ледяной ком. Уже завтра! Нет, к тому времени граф явно не успеет про меня забыть. Значит, придется просить помощи у Робина. Не знаю, правда, чем он мне поможет, не соберется же жениться после одного-единственного свидания?

Нет, я не буду думать об этом сейчас. Все равно до завтра я не смогу ничего изменить.

– Рада за императора и ту, кого он назовет победительницей. Но мои ночные прогулки его не касаются, – ровным голосом произнесла я. – Где, с кем и как я провожу свободное время – только мое дело.

– И быть собакой на сене, прихватив себе и герцога, и императора, – тоже твое дело? Один – ради положения в обществе, второй – для души, так?

Я даже не стала отвечать на подобный бред. Подхватила со стула брошенную вчера одежду, вытащила из шкафа платье, в котором должна была ходить весь день, и отправилась в ванную.

Не знаю, о чем говорили соседки, пока я умывалась и приводила в порядок костюм, в котором гуляла вчера, но, когда я вышла из ванной, Делия сидела, понурившись, а Кассия казалась взволнованной.

– Пойдем обедать, – сказала она прежде, чем я успела произнести хоть слово. – Ты и так проспала завтрак.

Я поправила рукав, скрывая браслет. Все-таки зря Робин не позволил мне его снять. Вечером, на балу, он будет кстати, но днем крупное и тяжелое украшение казалось неуместным. Но не бегать же теперь по дворцу в поисках коменданта и не устраивать ему скандал? Тем более если вчера у меня не вышло настоять на своем, не выйдет и сегодня.

Едва мы вышли из комнаты, Делия демонстративно прибавила шагу, словно не желая иметь с нами ничего общего. Обидно. Нас не смог рассорить лес, полный диких зверей, но стоило двоим увлечься одним мужчиной…

– Все в самом деле хорошо? – едва слышно произнесла Кассия.

– Да. Если не считать, что я потеряла подругу, не успев толком приобрести.

Кассия пожала плечами.

– Легче винить «разлучницу», чем осознать, что мужчина способен сам выбрать, кем ему увлечься, особенно когда он выбирает другую. Но не все в жизни бывает так, как хотелось бы. Тебе не в чем себя упрекать, а Делия… это тоже ее выбор. И…

– Он тоже может быть не таким, каким мне бы хотелось, – закончила я за нее и решила сменить тему: – А когда успели объявить, что император уже определил победительницу?

– Официально этого никто не объявлял. Слухи. Вчера после ужина оставшиеся собрались в гостиной поболтать. Мы с Делией тоже там были. Вот и… наслушались.

Она помедлила, точно собираясь с духом.

– Это не мое дело, но… с кем ты была на самом деле? И что между вами было? – Я нахмурилась, и Кассия торопливо добавила: – Ты, конечно, можешь не отвечать, если…

– Ты знала, с кем я ухожу. И слышала его, когда мы прощались.

– Я не узнала шепота.

В любом случае это только мое дело и ничье больше. Но неожиданное любопытство Кассии и странные намеки Делии сложились в моей голове.

– Погоди… – Я даже остановилась. – Ты хочешь сказать – болтают про императора и меня?

– Именно так. И твое отсутствие вчера вечером заметили. Я сказала, что ты гуляешь по парку, чтобы лучше спалось, но… – Она развела руками. – Ты же знаешь, что такое сплетни.

– Не знаю, я не настолько интересна, чтобы стать предметом сплетен.

– Что ж, поздравляю, ты им стала. Будь осторожней и не броди по парку одна. Я постараюсь помочь, чем смогу, но… Поэтому я и спрашиваю, с кем ты была. Если с тем, с кем собиралась, может быть, мне найти… того человека и попросить выделить тебе охрану?

– Не хватало еще его дергать из-за женских сплетен! – возмутилась я. – Я совершенно точно была не с императором, я совершенно точно не собираюсь становиться императрицей, и если кому-то нечем заняться, кроме как мести языком, это не мои проблемы. Так и передай всем, кто будет спрашивать.