13. Слепой в раздумьях

Да-а, эта девушка была то, что надо. Голос — волшебный. Энергетика — положительная, спокойная. На мою отпугивающую внешность отреагировала вполне себе нормально — никаких вспышек отвращения или ужаса я в ее ауре не заметил. И рассказывала мне о своей работе она с жаром, с интересом — сразу видно увлеченного, умного человека. Она была дочерью лидера клана — Рената. И только одно "но" смущало меня. Я специально в момент знакомства взял ее за руку. И совершенно ничего не почувствовал — ни волнения, ни тепла, ни желания подержать эту ручку подольше в своей ладони.

Я сидел за столом рядом с Анной и злился. На себя и на… Сашу! За то, что даже сейчас наблюдаю за тренировкой ребят и внимательно слежу, блядь, за каждым его движением! Наваждение какое-то! Я ведь никогда в своей жизни склонности к своему полу не имел! Только женщины, мать его! А вдруг… все-таки мне морочат голову? После реакции Алана на Сашу я начал сомневаться: мои собственные ощущения, его слова, утверждение Давида, что парень внешне, точно девчонка. Что-то здесь явно не так. Я позволил себе на секунду представить, что Саша — девушка, по какой-то, пока непонятной для меня причине, представившаяся парнем… и, су-ука, во рту пересохло, а в штанах предательски дернулось…

— А-а, что? — задумавшись, я потерял нить разговора и совершенно не слышал, о чем меня спрашивает моя очередная потенциальная невеста (вот интересно, откуда все узнают, что я решил найти себе женщину?)

— Я говорю, в вашем клане есть учитель? Вы учите своих детей читать и писать?

— Нет. Но мы думали об этом. Возможно, твой опыт нам бы пригодился.

— Отец говорил мне, что вы ищете невесту. И я так понимаю, что в данный момент у нас смотрины…

Умная девочка. Всегда такие нравились.

— И что ты об этом думаешь?

— О вас конкретно? Или о том, что меня хотят насильно выдать замуж?

— Хм. Насильно говоришь? Обо всем.

— Вы — привлекательны, харизматичны. Как девушке, мне не может быть неинтересна ваша сила, власть и уникальные способности, о которых ходят легенды. Просто я не хочу замуж. Совсем. Мне хорошо и в моем нынешнем положении. А муж… вы же понимаете, что вас я совсем не знаю. Вдруг вы — жестокий, вспыльчивый, грубый? Вдруг вы бьете женщин? Вдруг мы не найдем общий язык?

— Но ведь я не сказал, что хочу жениться именно сегодня. Мы вполне можем получше узнать друг друга, познакомиться. Я никуда не спешу. На таких условиях вы согласитесь?

Она помолчала некоторое время. А потом ответила:

— Да. На таких — соглашусь.

А я подумал, что это — тоже не мой вариант. Не тянет. Не заводит. Да, хороша. Но не моя, не для меня. Но может, если присмотреться, пообщаться, переспать с ней, в конце концов… Может, чувства, эмоции какие-то, будь они неладны, со временем появятся?

Пообедав в беседке, мы с Ренатом и его людьми отправились осматривать место, где совсем недавно были замечены люди Земцова. Но это, естественно, было бессмысленно — неделя прошла, там кто только не топтался! Ренат настаивал на необходимости получить помощь от нас в виде бойцов и вооружения. Он опасался нападения именно здесь, на их заставе. И я понимал, что когда-нибудь именно так и будет.

— Ренат, я обещаю, что на военном совете замолвлю словечко. И мы обязательно усилим вас. Но размеры помощи определять будет Жук, сам понимаешь.

Он обрадовался:

— О-о, это уже немало значит! Ты сумеешь убедить любого, я знаю! Ну, а дочка моя? Как она тебе? Я слышал, ЧТО она говорила тебе! Я уверяю, если она тебе приглянулась, я сумею ее убедить. Она согласится.

— Как? Побьешь ее?

— Будет нужно, побью! Ты не думай, я люблю ее. Но… чувствую, Пророк, чувствую, что скоро начнется. Скоро попрут москвичи! А если начнется, мы будем первыми, кто встанет на их пути. И первыми, кого сотрут в порошок. А ты сумеешь ее защитить! Она — все, что у меня осталось. Подумай, прошу тебя! Я знаю, ты — хороший человек, благородный. Ты не обидишь, не бросишь. Я был бы спокоен, если бы ты увез ее.

Я задумался. В принципе, этот вопрос можно решить.

— Ренат, я могу взять ее в качестве учителя для наших детей. И, если так тебе будет спокойнее, найти для нее нормального мужика. Будет жить у нас, но сможет приглядеться — ты знаешь, что холостых бойцов у нас гораздо больше, чем в любом другом клане в городе. Может, эта проблема сама собой решиться — кто-то ей понравится. А я пригляжу за ней.

— О-о, я не знаю, как и благодарить тебя! Только знаешь, Пророк, было бы лучше, если бы у нас думали, что ты Аню берешь, как невесту, хотя бы пока вы здесь. Если мои узнают, что я дочку спасаю — паника может начаться, каждый своих будет прятать, дезертирство может случиться….

Он был абсолютно прав. Я кивнул, соглашаясь:

— Только с дочкой сам договорись — истерики мне не нужны.

— Об этом можешь не беспокоиться. Она — девочка умная, поймёт.

… Во время ужина мы старательно играли роль будущей пары. Она сидела со мной рядом, плотно прижатая бедром к моей ноге — в беседке было много народу и старательно скрывала слезы.

— Аня, не бойся, я не обижу тебя. И другим не позволю. Считай, что я тебя нанял, как учительницу.

— Все, что у меня сейчас есть, это ваше слово.

— Мое слово — это уже немало. Поверь мне, некоторые мечтают им заручиться.

— Я верю.

Мне выделили отдельные апартаменты, неподалеку от комнаты, в которой разместились мои бойцы. По своему обыкновению, усилив посты пограничников своими людьми, я отправился в отведенную комнату, отказавшись от предложения Рената помочь в ней устроиться. Я сам! Я не беспомощный. Я вижу.

На столе кто-то зачем-то (забыли, что я — Слепой?) оставил зажженную керосиновую лампу. Яркий свет правый глаз пока еще видит, отметил я с горькой радостью. И только для того, чтобы убедиться в этом, сразу не погасил ее. Разделся по пояс, сделал весь комплекс своих вечерних упражнений и только потом шагнул к столу, чтобы погасить огонь.

А нужно было сначала все здесь исследовать! Неожиданно зацепился ногой за что-то мягкое и широкое на полу (оторван кусок линолеума?), успел ухватиться за стол, по инерции дернул его на себя. Лампа упала на пол, что-то, сложенное на стуле у стены мгновенно загорелось.

— Сука… Давид!

Он должен быть где-то поблизости! Пока я пытался нащупать что-то, чем можно было бы потушить огонь, в комнату ворвался кто-то, кого я просто не успел "рассмотреть", и ринулся тушить огонь.

Я спокойно уселся на кровать, наблюдая своим внутренним зрением, как огонь утихает и понимая, кто именно его тушит.

Когда огонь погас окончательно, он почему-то не ушел сразу, а приблизился к кровати, опустился на колени передо мной и спросил испуганно:

— Женя, ты не пострадал?