***

Карета остановилась прямо возле ступеней к храму. Если бы это была «правильная» помолвка, то сейчас пару должны были встречать толпы нарядных придворных, жителей столицы и Гента, гости и иностранные делегации. Но… Вся история с обрядом для Рэдмона сразу пошла не так, и сейчас у входа в храм стояли только гвардейцы сопровождения, охрана принца и несколько случайных прохожих. Всё. Нет, не всё!

- Отец! – радостно воскликнула Марси, увидев на ступенях Игнация и с ним нескольких человек из Славенции. – Отец, как я рада, что ты приехал!

- Симона сообщила мне, и я пришёл порталом. Извини, что не торжественно и без надлежащего сопровождения.

- Ерунда, отец! Главное, вы с мамой оба здесь!

- Не пожалеешь? – испытующе взглянул на Марси король.

- Нет, пап! - мотнула головой принцесса. – Ты же сам видишь: Рэдмон лучший!

- Да, да! – шутливо подначил король. – Учти, он не разбирается в артефактах. Он может ими только пользоваться.

- Зато пользуется так, как не снилось ни одному создателю артефактов! Ну, кроме тебя, конечно, - частично уступила Марси.

- Ладно, дочка, я рад за вас. Жалко, правда, Эмета. Он надеялся, что ты забудешь принца, - король кивнул в сторону командира своего отряда, который с холодным прищуром смотрел на Рэдмона и перекатывал желваки по скулам. – Но я обещал тебе свободу выбора и сдержал слово. Удачи вам, дочка! - король поцеловал Марселу, пожал руку Рэдмону и вслед за ними вошёл в храм.

Двери храма распахнулись перед ними сами. В нём было пусто и шаги пары отдавались гулким эхом под высокими сводами храма. Игнаций отстал на несколько шагов. По правилам обряда сейчас в храме могли находиться только жених и невеста, а также их родители. Молодые были на месте. А из родственников присутствовали только родители невесты. Но для обряда этого было достаточно.

У алтаря их встретила верховная жрица. Когда пара подошла ближе, в куполе открылся люк и столб солнечного света упал прямо на место обряда. Жрица возвела руки вверх.

- Слава богине Беатрис, вечной матери мира Амбетлор! С чем пришли, дети мои?

- Империя Бестерад провела отбор невест для наследника, - ответил принц. – Я выбрал, Святая Мать, вот моя невеста, - он взял за руку Марселу и сделал шаг вперёд вместе с ней, - Марсела Дагертон. Прошу освятить нашу помолвку и прекратить действие магии отбора.

- Добровольно ли и с желанием выбрал ты эту девушку, принц? – голос жрицы изменился и обрёл глубокое мелодичное звучание.

- Добровольно и с желанием, Святая Мать, - ответил принц, понимая, что сейчас с ними уже говорит богиня.

- Добровольно ли и с желанием согласилась ты принцесса стать невестой принца?

- Да, матушка, добровольно и с желанием, - подняла на мать сияющие глаза Марсела.

В отличие от принца, она ещё не осознавала в полной мере, что её мать – аватар богини и относилась к ней, как к обычному человеку, только с большими возможностями.

- Я рада, дети мои. Возложите руки на алтарь и повторяйте клятвенные слова вслух! Вы не просто молодая пара. Вы – пара будущих правителей и спрос с вас совсем другой. Прежде всего вы клянётесь в верности Бестераду, а потом друг другу.

- Клянусь сердцем и умом хранить верность Бестераду и моей будущей жене Марселе!

- Клянусь сердцем и умом хранить верность земле Бестерада, королевству Славенция и моему будущему мужу Рэдмону, - внесла своё добавление Марси и настороженно посмотрела на жрицу, можно ли, но та лишь одобрительно улыбнулась.

После слов Марси в храме установилась звенящая настороженная тишина, которая длилась и длилась… Во время этой паузы из глаз статуи богини выметнулся золотистый луч и медленно очертил контуры тел сначала принца, а потом и принцессы. Они стояли не шелохнувшись, крепко взявшись за руки, напряжённо ожидая решения богини.

Им обоим начало казаться, что ничего не произойдёт, богиня их отвергнет, и они зря пришли. Но… секунда напряжённого ожидания… другая… И на правых запястьях жениха и невесты появляются золотистые ободки, которые на глазах становятся брачными татуировками. Брачными! Богиня связала их не помолвкой, а браком!

- Ох?! – воскликнула в удивлении жрица, которая уже потеряла свой божественный голос. – Брачный обряд?! Дети мои, это большая редкость и великая честь!

- Мы женаты? – требовательно уточнил принц, прижимая к себе невесту, которая ещё не отошла от шока.

- Да, сын мой, вы женаты! – подтвердила жрица. – Видимо, богиня увидела ваше будущее и имеет на вас планы. Ты доволен?

- Не то слово, матушка! Я счастлив и горд! – он крепко поцеловал теперь уже жену и неожиданно упал на колено перед алтарём, утягивая за собой и Марси.

- Великая защитница Беатрис! – обратился он к лику в молитвенном жесте. – Благодарю тебя за доверие и клянусь, что не опустеют твои храмы в землях Бестерад и не погаснут в них жаркие очаги веры. Клянусь!

- Клянусь! – немедленно повторила за ним Марсела.

Ей, выросшей на Земле, такое поклонение неведомым богам было чуждо, но за пять лет в мире Амбетлор она убедилась, что боги реально могут награждать или наказывать, поэтому, не сомневаясь, вторила мужу.

Рядом оказался король Игнаций, тоже поражённый решением богини. Но как король и отец он сразу же уточнил материальные вопросы.

- Свадьба будет?

- Свадьба будет, Игнаций, - немедленно отозвался принц. Но через месяц. Надо закончить все дела с выступлением адмирала, вычистить всех случайных и неслучайных пособников из дворца и взять со всех служащих и слуг клятвы служения. Не хочу больше допускать появления врагов в своём доме. Кроме того, надо отправить по домам девушек с отбора и дождаться полного выздоровления императорской четы.

- Это правильно, сын мой, - поддержала принца Симона. – перед свадьбой надо очистить ваше окружение и укрепить ваше положение, чтобы ни у кого не было желания изменить ход событий. Поздравляю вас, дети мои! Храните благодать богини и берегите доверие друг друга! - Симона протянула руку к статуе и сняла с её пальца два кольца. – Это вам дар Беатрис. В кольцах заключена частица её силы. Они уберегут вас от любого ментального воздействия. Беатрис – покровительница менталистов и вашего рода особенно. Я уверена, что ваш родовой дар проснётся в тебе, Рэдмон, и перейдёт к твоим детям. Не обмани доверия нашей заступницы, принц!

- Не обману! Спасибо, Святая Мать. Я знаю, что твоими устами говорит богиня, но ты и сама много помогаешь нам. Я ценю это, жрица. Ваш храм никогда ни в чём не будет нуждаться!

- А Славенция всегда поможет империи, - шагнул ближе Игнаций. – Помни, принц, что Марсела – наша дочь, и мы всегда поможем ей и тебе в любых невзгодах.

- Я знаю, Игнаций, и прошу помощи сразу. Мне надо добить выступление адмирала. Его войска блокированы вдоль канала. Его поместье окружено. Но попасть в него мы не можем. Шаманская магия не даёт. Нужна помощь.

- Будет! – кивнул король. – У нас есть разработки против шаманской магии. Мои маги прибудут на линию осады. А ты реши все дела во дворце. Я беспокоюсь за жизнь и здоровье дочери. Охрана говорит, что на вас сегодня было совершено покушение?

- Это правда, но Леон сообщил вестником, что нападавшие уже арестованы. Это Алисия и Улисса. Сегодня же они будут допрошены и наказаны.

- Не жалей их, принц, или их накажу я, - сурово нахмурился Игнаций.

- Не пожалею! Они обе ответят по закону!

Проём в куполе храма закрылся. Свет из глаз богини потух. Прохлада и сумрак вернулись в старые стены.

- Магия обряда перестала действовать, - заметила Симона. – Пойдёмте, дети мои, вам пора!

Все четверо вышли на ступени храма. Их встретили сотня гвардейцев, отряд из Славенции и несколько случайных зевак. Зато как сердечно, с широкими улыбками и искренними пожеланиями, проводили их гвардейцы до кареты. Эту настоящую радость верных людей не заменят толпы придворных с их льстивыми улыбками. Нет, не заменят!

Это Рэдмон понимал совершенно точно. Он оглянулся на храм: Симона стояла в окружении отряда Славенции, самого Игнация уже не было.

- Ёжики солёные! – вспомнил Рэд. – Отряд! Командира ко мне! – перед ним вытянулся командир гвардейцев. – Поступаешь в распоряжение матери Симоны. Когда с бандитами будет покончено, останетесь здесь для постоянной службы охраны. О пересменах договоритесь с Леоном.

- Но ваша безопасность, - напомнил офицер. – И здесь уже есть наш отряд.

- Мы перейдём во дворец порталом с охраной. Ваше место теперь здесь. Выполнять приказ!

***

- Мали, девочка моя…, - тихие слова проникли в сознание Малики, и она распахнула глаза. Кто её так зовёт?

Она увидела белые стены, белые потолки, узкую кровать, на которой лежала сама и поняла, что находится в лазарете. Сразу вспомнились события, которые предшествовали этому. Рядом с кроватью сидел помощник принца - Леон - и ласково поглаживал её руку. У Малики распахнулись глаза от удивления и испуга.

- Лл-он?! Прос-тите, граф Нейтал, а что со мной?

- Ты ранена, Малика. Но рана уже неопасна. Тебя немного прикрыла магия Марселы и твои шаманские обереги. Однако взрыв был слишком сильным и близким, поэтому вас с Марселой всё же задело. Тебя больше, Марси - меньше. С ней уже всё в порядке.

- Спасибо, граф, что рассказали, а то бы я волновалась. Давно я тут?

- Не очень, несколько часов. Рану подлечили, завтра можешь уйти.

- А кто это нас?

- Алисия, - нахмурился Леон. – Вместе со своей мачехой, или кем она там ей приходится, они скрывались в поместье советника. Услышали во всеобщих объявлениях о помолвке принца и пришли порталом с боевыми артефактами. Алисия с ума сходит по принцу и готова на всё, чтобы не допустить его свадьбы с другой.

- Принц никогда не выберет её. Он любит Марселу, - тихо прошептала Малика.

- Я знаю, - ответил Леон и замолчал.

Он очень многое хотел бы сказать этой смешливой и отважной девочке, такой юной и неискушённой по сравнению с ним. Но не имел права. Он всего лишь граф, а Малика, хотя и пятнадцатая, но дочь хана. Принцесса, по имперским понятиям. Он не мог давать пустой надежды ни ей, ни себе. Скрипнув зубами, Леон поднялся и попрощался с девушкой.

- Выздоравливай, Малика, к сожалению, меня ждут дела.

Ласково пожав тонкую руку степнячки, Леон стремительно вышел из палаты. Малика проводила мужчину слегка растерянным взглядом, и на её ресницах заблестела слеза. Ей же не послышались те слова? Он же назвал её девочкой своей?

- Пока, Леон, - прошептала она чуть слышно.

Это только среди подруг Малика слыла звонкой хохотушкой, весенним колокольчиком, называли её в степи. На самом деле она была очень скромной и неуверенной в себе девушкой. Ей сразу понравился Леон – взрослый мужчина, надёжный и спокойный, известный воин и правая рука принца. Но она понимала, что отец никогда не даст разрешения на их брак.

Можно мечтать, но не нужно. Зачем травить сердце?! Ум понимал, а душа всё равно трепетала и рвалась к нему – суровому, молчаливому и такому красивому Леону! О, боги! Малика закрыла глаза и тихо заплакала, не вытирая слёз. Ничего не поделаешь…

***

Леон направился в допросную Ярость и гнев к этим безмозглым курицам, раздирали его изнутри. Из-за них пострадала Малика, из-за них едва не пострадали принц и принцесса. «Стервы! Дуры набитые!» Но закон требовал провести допрос и вынести наказание.

Допрос он, конечно, проведёт, шар истины ему поможет. А наказание – дело принца. Но Леон не даст ему сглупить и подскажет правильное решение. Нечего тут!

- Фэлтон, давай сюда арестованных! И пригласи Урсулу, надо, чтобы она зафиксировала допрос для ковена.

Через некоторое время ведьма и арестованные были в кабинете. Начался долгий и трудный процесс допроса, в котором обе женщины пытались выкрутиться и свалить вину на других, но выяснилось, что никаких других не было. Во многих случаях они успешно справлялись сами.

- Урсула, ваша задача всё записывать на кристалл и следить за уровнем магии в кабинете. Арестантки непростые дамы: сестра императора и дочь первого советника. Мы не можем ошибиться.

- Я понимаю, Леон, и сама готова помочь. Это дело сильно задело ковен. Ведь Тамерис никому не призналась, что потеряла ведьмовскую силу, а без неё она не имела права оставаться во главе ковена и действовать от его имени. Мы в долгу у вас, поэтому окажем любую помощь.

- Приступим. Герцогиня Улисса, прошу к столу. Положите руку на артефакт.