Глава 13.

— Брр-р, и как такое страхолюдище допустили на Отбор! Совсем эти аристократки умом тронулись, — Король Гориции смахнул холодный пот с лица, когда разглядел поближе одну из «молоденьких» кандидаток. Благодаря амулету истины с прехорошенькой на первый взгляд девицы клочьями спала искусно наведенная личина, под которой своей неописуемо отталкивающей внешностью затмила всех рядом стоящих какая-то невероятно древняя карга. Впрочем, служба безопасности не растерялась и уже через пару мгновения отволокла возмущающуюся беспределом бабульку в темный угол. Видите ли, она до последнего хранила девичью честь, а ее поперли с кастинга! И не волновало ее, что возраст будущих фрейлин от восемнадцати и до двадцати трех, а не в два раза старше матери принца. Великовозрастная кандидатка грозилась обжаловать дискриминацию по возрасту в Высшем Королевском Суде, а то и дойти и до Совета Королевств. Одно радовало, кто-то из деятельных безопасников применил заклинание полога тишины, так что страшненькая бабуля лишь молча разевала рот с неровным частоколом кривых зубов и брызгала во все стороны, как понадеялся Король, неядовитой слюной.

Аустин перевел сбившееся дыхание, еле удерживая на лице подобие вежливой улыбки. Чтобы развеять неприятный осадочек, он снова принялся пялиться на облаченные в парчу и бархат юные телеса.

— Реджи, а у нас в королевстве, в целом, скромных девушек совсем-совсем не осталось? — жалобно проныл монарх, мысленно наоблизывавшись на предлагаемые открытому взору декольте, корсеты и разрезы от бедра, которые почему-то в таком изрядном количестве вызвали у Его Величества изжогу. — А то эти какие-то… Кхм… Подгулявшие… Глаз положить не на кого. И не только глаз… И не только положить…

— Не нравится — не ешь, ой, не смотри, — Регина окинула взглядом голодной кобры столпившихся претенденток на гордое звание грелки для её отпрыска и незаметно указала подбородком в сторону. — А вот та ничего себе так. Хотя, постой… и что она несёт-то, уши вянут! — ох, и острый же слух у супруги, Король сделал себе зарубку в памяти, уточнить насчет магического усиления способностей дражайшей половины у Вероэни. — Если бы ротик не открывала, могла бы стать одной из прим.

— Ну, ротик в семейной жизни не главное, — коротко хохотнул Аустин IV, думая, чем бы себя развлечь, и косясь на надувшуюся супругу, которая его пошлые шуточки едва ли терпела. От грыха подальше венценосный шалун решил окончательно подавить супругу своим казарменным юмором. — Дорогая, ну, что ты на меня так смотришь искоса? Я всего лишь намекнул про то, что им в постельке не надо будет разговаривать! Хотя, Реджи, ход твоих мыслей мне нравится!

— А мыслю я, Аусти, не приказать ли мне переоборудовать нашу общую опочивальню и не поставить ли в ней перегородку… как раз, посеред нашей супружеской кроватки, — злобно прошипела королева Гориции, всерьез раздумывая, а не треснуть ли расшалившегося мужа веером по голове. Под прикрытием полога невидимости. — Где-нибудь, так, на месячишко! И своих фрейлин на этот же срок на воды сбагрить.

— Это будет невероятно жестоко! — хмыкнул король, про себя подумав, что фрейлины Королевы ему уже порядком надоели, а вот будущие сопровождающие свиты принцессы очень даже ничего в плане выбора. Но он предусмотрительно поник шелудивым взором и даже сложил на груди руки в подобии умоляющего жеста. — Ты не можешь так поступить, любимая, после всего того, что у нас было!

— Еще как могу, и даже, пожалуй, именно так и сделаю! — злорадно пообещала Регина, решительно вычеркивая из своего списка еще двух забракованных претенденток. Одну за то, что споткнулась на ровном месте, а вторую — за устроенную первой подножку. — Особенно, если ты сына в ближайшее время домой не вернешь!

— Ну, никуда Рин от нас не денется, — степенно произнес король, небрежным росчерком магпера вычеркивая еще одну не понравившуюся ему претендентку уже из своего списка. А так как на всех девушках были подвески-артефакты, то вместе со вспыхнувшей алым цветом и помутневшим кристаллом раздался очередной горестный вздох. За ним незамедлительно последовало вежливое предложение службы охраны перейти в конец зала к разрастающейся кучке всхлипывающих неудачниц, которых заботливые слуги уже отпаивали успокоительными тониками. Аустин поморщился и продолжил объяснение. — На нем, как минимум, два маяка, и за ним попятам следует… кхм… лучший ученик нашего многоуважаемого Динона Вероэни! Скоро будем знать, куда он отправился, и примем меры.

— Я бы на твоем месте не была столь самонадеяна, — задумчиво произнесла Регина, размышляя над судьбой только что подошедшей к ним поприветствовать девушке. И, так ничего и не решив, поставила в своем списке знак вопроса и кивком головы отпустила сияющую кандидатку. — А то вашу прослушку в своих покоях он снимает на раз. Не удивлюсь, если и хваленые ваши маяки уже валяются где-нибудь в придорожной канаве!

— Ещё скажи, что и питомец нашего дворцового архимага валяется в соседней канаве, — на самом деле, в глубине души, Король Гориции совсем не исключал такого варианта развития погони за неуемным наследником. — Но будем надеяться на лучшее. Вот сейчас последних претенденток с помощью Вероэни зарегистрируем, и он займется настройкой маячков на наше непутевое чадо! А потом отрядим за ним твоего любимого братика. Чтобы не протирал штаны в кабинете, а показал себя во всем своем блеске!

— Главное, чтобы не выяснилось, что Рин с моим братиком уже давно и обо всем договорились, — недовольно прошипела Реджи, безосновательно подозревая начальника королевской службы безопасности в сговоре с сыном. — А то как-то уж очень ловко Ринэйрт из тщательно охраняемого дворца выбирается! И никто ничего не видит и не слышит!

— Я же говорил тебе, что у Рина самая подробная карта всех потайных ходов дворца! — несколько раздраженно отозвался Аустин IV, неоднократно, но безуспешно пытавший выпросить у сына копию этой карты для личных нужд. — Поэтому для него покинуть дворец совсем не проблема! И Миран, как мне думается, и про половину ходов не знает!

— А должен знать! — мстительно огрызнулась Регина, злясь на своего брата из-за сына, в очередной раз сбежавшего и оставившего её на съедение этой стайке юных гарпий. Это они во время первого представления ведут себя осторожно, не особо проявляя свои криминальные таланты. А ведь за каждой стоит древний род, мечтающий породниться с королевским. И что там у себя в сундучках припасли молодые невинные дарование еще следует выяснить. Тому же лорду Мирану. А он вынужден распылять свое внимание на безалаберного охламона, по какой-то причуде Богов, собирающегося в будущем унаследовать Горицию. А может, к грыху, эти противозачаточные пилюли, и стоит родить еще одного наследника. Но, взглянув на играющего в гляделки с очаровательными прелестницами Аустина, Королева с досадой продолжила отповедь благоверного. — А то совершенно не понятно, чем он занимается! Если он так же шпионов ловит, то они все уже давно у нас во дворце официально проживают!

— Реджи, не шипи, у нас все шпионы уже давно с дипломатическими паспортами ходят и во Дворце, и на самом деле, чуть ли не каждый день появляются, — недовольно проворчал венценосный супруг рассерженной Королевы Гориции, ловко подмигнув левым глазом рыженькой маркизе, чье имя он даже не запомнил. Зато в память ему надолго врезалась ее гибкость, ведь так прогнуться в спине, чтобы и Регина не забанила ее за вульгарность, и при этом, продемонстрировав все свои впечатляющие достоинства… Аустин откашлялся. — И грубым шпионажем уже лет так сто никто не занимается! О, а вот и наш архинуднейший… архимудрейший освободился. Но что-то он какой-то грустный.

— Милорд Вероэни, поведайте нам, где сейчас наш сын? — напряженным оскалом встретила подошедшего архимага Королева Гориции, даже не поздоровавшись. — Динон, ты раскинул поисковую сеть? Так и куда намылилось моё непутевое чадо в этот час?

— Судя по маячкам, его левая нога сейчас на полном галопе мчится в Эритьеру, в фамильный замок Вельтлантов, — злющий придворный архимаг подхватил заклинанием переноса с подноса пробегающего мимо официанта бокал с игристым вином и в несколько глотков опорожнил него, — правая нога несется на рысях в Ример…, а все остальное осталось где-то недалеко от Луевры! Вместе с моим учеником. Маяк на Анваре уже второй день как не отвечает!

— То есть, по твоим словам, «следилки» или не работают, или они на ком угодно, кроме Рина, — задумчиво произнесла Королева, вставая со своего трона и, тем самым сигнализируя придворным об окончании первого этапа кастинга. — В общем, так, Ваше Превосходительство, ищите его, как хотите и где хотите. Но через две недели максимум он должен вернуться во Дворец! А иначе я весь этот курятник на вас самолично натравлю. И скажу, что это вы от девочек принца прячете! И будет вам счастье! И поверьте, я это сделаю! И пропуска всем во дворец выдам! Так вас, по итогу, и дворцовая охрана не спасет! Это будет жестоко, но, с моей точки зрения, вполне справедливо!

***

— Врут они всё, — жалобно произнесла девушка, обессиленно опускаясь на сочувственно скрипнувшую ей в ответ кровать в снятом для них спасителями номере придорожной гостиницы. — Они не простые господа, они аристократы. Вот и куда мы с тобой влетели? А, Эйлис? У этого темненького, который тебя вез, браслет на предплечье. Татуировку скрывает. Он, мне кажется, не больше, не меньше, целый маркиз. У них метки рода там проявляются. У вас, графов и виконтесс, на запястье. А нам, баронессам, вообще не положено!

— Влетели — еще не залетели, не смертельно, — хмуро прищурилась Эйлис, оправляя на себе наряд невнятного цвета и непонятного раскроя, ткань которого неприятно липла к телу и безбожно кололась в самых непредсказуемых местах. Это даже не у служанки одолженное платье, а у какой-то монахини-отшельницы, пребывающей в вечном раскаянии за надуманные грехи. Вот, чувствовалось, что нарочно им этот секретарь аудитора такую одежку подогнал. — А вот за эти рясы им бы отомстить надо! Нет, они совсем обнаглели? В это рубище только мышей наряжать можно! К слову, Мелли, а ты откуда про татуировку знаешь? Они при нас вроде не раздевались!

— Эти аудиторы, на ночь глядя, мечами на заднем дворе вздумали помахать, — лукаво улыбнулась Мелисса, стрельнув в виконтессу слегка виноватым взглядом, — а я… того… подсматривала. И не зыркай так на меня, Лиска! Я совсем чуточку! Тебе не интересно, так хоть я развлеклась. Представляешь, там на дороге я от страха не рассмотрела их хорошенько… а они симпатичные, — с ноткой легкой зависти в голосе добавила молодая девушка. — Тренированные! И Эрин, и Рауф. А вот их охранники слегка перекачанные. Сплошные мускулы!

— Так, подруга, помни главное, на мужиков не заримся, — Эйлис с размаху уселась на кровать рядом с Мелиссой, так, что обе подпрыгнули и, не удержавшись, рассмеялись. — Что у нас в сухом остатке? Мы скрываем правду от них, они, похоже, пытаются в отместку пудрить мозги нам. Как думаешь, эта подозрительная братия нас до Эймора хоть довезет?

— Довезут, куда они денутся, — мечтательно вздохнула Мел, вспоминая оголенные торсы мужчин, размахивающих мечами сначала попарно, а потом четверо на троих. За что получила ощутимый щипок за локоть от напарницы. — Ай! Говорю же, высшая аристократия. И маг с ними. Правда, там такой маг… Скотина, спалил нам всю одежду! А эти гады притащили, незнамо что… Но деваться некуда, в одной смене одежды полторы недели пути мы не проедем…

— Угу, и сами взаймы денег не дают, и у грабителей отбитые ими наши же украшения продавать не разрешают, — загрустила Эйлис, погладив подругу по плечу. — Вот, как бы им намекнуть, что нам к платью еще и бельё нужно? И гребни. И мыло. И зубной порошок. А эта криворукая бестолочь всё к грыховой бабушке изничтожить ухитрилась!

— Эйлис! Фи! Не выражайся, ты же леди! — фыркнула Мелисса и погрозила пальцем виконтессе. Она тоже раздумывала, как, при отсутствии денег, и где, при невозможности выбраться из гостиницы незамеченной, раздобыть мелкие женские штучки, необходимые для полного счастья каждой юной девушке, отправившейся в первое самостоятельное путешествие.

— А давай с этого недомага шкуру спустим и сделаем из него барабан? Ну, или бубен? — в отчаянии дергая кончик растрепавшейся рыжей косы, взвыла Лиса. — Продадим в лавке при гостинице, как сувенир, и нам как раз на мыло хватит. Если по дешёвке и без торга.

— Проще тебе Эрина будет поцеловать, — недовольно буркнула Мел, плотоядно глядя на заерзавшую на скрипучей кровати подругу. — И всё будет! Он не жадный!

— Позорище по полной программе будет, — печально отмахнулась Эйлис, справедливо оценивая свои таланты в плане поцелуев. — Он смеяться начнет, а мне обидно станет. И вообще… А, давай, ты Рауфа поцелуешь?

— Он не предлагал, — с непонятной тоской в голосе отозвалась Мелисса и, томно закатив глаза, добавила. — А я бы была не против. Интересно, а как он целуется? А то и у меня опыта немного. А вот с ним я бы его пополнила. На пару поцелуев.

— Если папа прознает про наши похождения, то опыта у нас намного прибавится! — дочь графа попыталась отогнать от себя страшные мысли о неотвратимом графском возмездии и даже осенила себя святым кругом. — Например, как сидеть, не касаясь кромки стула… Поскольку выпорют нас, в лучшем случае, розгами. А это больно, говорят.

— Скорее, вожжами, — неунывающей баронессе их приключение уже не казалось такой хорошей идеей, вспоминая армейское прошлое Его Сиятельства. — Но бельё нам необходимо. Итак, решаем, кто кого идет целовать? За минимум пару комплектов белья на каждую! И что ты возмущаешься?! Знай, несчастная, так и рождаются великие куртизанки! Сначала поцелуй за исподнее, а потом… тьфу! Даже думать не хочу!… Что эти сволочи за платье попросят!