Глава 20.

— Между прочим, Эруан, это твой ручной «волк» заставил моего сына жениться на твоей дочери! — Реджи раздраженно откинула очередное донесение службы безопасности на стол в рабочем кабинете Короля и в жесте непримиримости сложила руки на высокой груди, привлекая к своим статям внимание графа. — А ты, Миран, напомни-ка своим соглядатаям, как деловые бумаги правильно составлять! Что за выражение! Цитирую: «А городу Кирху повезло. Объекты проехали мимо, поэтому там разрушений нет»!

— Городу Кирху повезло, их мэра вовремя предупредили, — меланхолично отозвался начальник службы безопасности Гориции, — что к ним наша гоп-компания маленькой кавалькадой направляется. Без штандартов. И карету они где-то забыли. Они успели закрыть ворота, выставить на стены стражу и вывесить флаги белого цвета с красным кругом. Это которые обозначают «Въезд в город запрещен. Карантин. В городе проказа». Поэтому внутрь их просто не пустили.

— Ваше Величество, а что, скажите на милость, оставалось делать стражам моей девочки, если твой недальновидный сыночек мою маленькую Лиску скомпрометировал? — сузив глаза и выставив вперед квадратную челюсть, недовольным тоном процедил граф Эльтийский. — Несколько ночей наши невинные девочки были вынуждены, подчеркиваю, вынуждены ночевать под одной крышей с вашими вырвавшимися на свободу кобелями! Их воспитывать никто не пробовал?

- Это твоих девочек надо было в свое время воспитывать согласно аристократическому этикету и святым заповедям! — Королева Гориции недобро зыркнула на собравшихся вокруг своего венценосного мужа приближенных. — Чтобы с мужчинами под одной крышей ночевать не соглашались! А вся из себя «сама невинность» Эйлис Эльтийская, на деле, оказалась малышкой с подвохом! О, нет, Аусти! Никаких претензий! Не кот в мешке! И не темная лошадка! Хуже, Аустин, лиса-перевертыш! Не так ли, граф? Она же в лису обращается, как мне недавно нашептали мои змейки?

— Врут, нагло, подло и совершенно безосновательно! — невозмутимо парировал почти не заувалированные обвинения Эруан Дерхо, наливая себе вина из королевских запасов. — Эйлис — квартеронка. Всего ничего, лишь четверть лисьей крови. У неё от двуипостасной только хвостик и ушки! Да и те изредка проявляются. Когда она сильно переволнуется или испугается. Рыженькие такие ушки. С черной каемочкой. Пушистенькие. А полностью она перекинуться не может.

— О! Избавь меня от этих зоологических подробностей, Дерхо! — Регина не вынесла ласковых слов графа, произнесенных о дочери с таким искренним обожанием, что тут же активно перешла в словесную атаку, стараясь побольнее цапнуть мужчину за живое. — И с кем же ты согрешил при её зачатии? А, Барс? С лисицей-полукровкой? Если, по твоему же признанию выходит, что твоя дочка по крови перевертыш лишь на четверть?

— Хватит уже отношения выяснять! — резко хлопнул ладонью по столу Король Гориции и покосился на надувшуюся супругу. — Любимая, ты лучше решила бы, что делать с задуманным тобой Отбором? Слухи-то мы, по возможности, пресекли, весь тираж местечковых «Хроник» уничтожен… Как я понимаю, созванные во Дворец девицы еще не в курсе, что главный приз в виде кронпринца уже уплыл к виконтессе Эльтийской? Безвозвратно.

— И в Столицу этот подарочек не собирается заявляться…, — сделал вид, что совсем не издевается, лорд Миран. — А когда по окончанию Отбора Эйлис заявится в Торторену и отправит пинком в отставку всех десятерых «счастливиц», поскольку фрейлин она себе и так в состоянии набрать самостоятельно способна… Вот посмешище-то будет! И не только в наших краях…

— А она ведь может, — поддержал партию в исполнении безопасника граф Эльтийский, наслаждаясь обескураженным видом Королевы, которая хотя бы на время забыла о кокетстве вперемешку с нападками и начала внимательно прислушиваться к сказанному. — И, зная свою дочурку, как облупленную, именно так она и поступит. Вот всем весело-то будет, обхохочемся! Конечно же, моя дорогая Реджи, позвольте мне исключительно из родственных чувств так к вам обращаться…, - Эруан получил молчаливый кивок в качестве одобрения от августейшего супруга и злобное сверление взглядом от самой Регины. — Так вот, Реджи, я догадываюсь, что на конкурсе под видом фрейлин Ринэйрту искали невесту… А она сама нашлась. Кстати, дорогая родственница, правильно ли я полагаю, что Эйлис должна была из Столицы вернуться с очередным категоричным приказом на замужество? Ай-яй-яй! Всё графство Эльт покоя не дает? Губки закатайте!

— Допустим, Барсичек, — сквозь невольно стиснутые губы отозвалась Королева, злясь на слишком проницательного графа и муженька-предателя, вступившего вместе с Мираном в тайный мужской сговор против нее. Про Вероэни эти гады двуличные не заикаются, но то, как регулярно оглаживает безопасник амулет связи на груди, выдавало его явную ментальную связь с магическим архинуднейшеством. — Я учла прошлые ошибки! И в этот раз было четыре кандидатуры. Два маркиза и два виконта. Все молодые и красивые. Некоторые даже умные. Напрмер, Рауль, граф и придворный шут Рина. А твоя угроза отдать Эйлис в монастырь не сработала бы! И поверь мне, как женщине, при выборе между замужеством и монастырем нормальная молодая девушка дала бы согласие на брак! Хоть с кем!

— Но имени кронпринца Ринэйрта… в этом же списке не было? — невинным тоном уточнил Северный Барс, пряча улыбку за бокалом вина. — А именно его имя и сработало. Да, Регина? Совершенно случайно. А ты, выходит, отнюдь не рада со мной породниться. Я в печали! Однако, Реджи, по большому счету, ты своего добилась. Графство Эльт отойдет второму ребенку мужского пола, который появится у наших детишек. Первый-то будет наследным принцем после того, как сам Рин станет королем. А моя Лисичка — королевой. Так и быть, передам ему управление своими "волками". Не капайте слюной, я про второго внука.

— Ну, и сволочь же ты!!! — с чувством произнесла Ее Величество, с тоской глядя на несостоявшегося двадцать лет назад любовника. — Я-то к тебе со всей душ-ш-шой, а ты ко мне со всей…! И не шиплю я! И не кобра я!

***

Дульсинея, освоившаяся во Дворце не хуже опытного диверсанта, шустрым привидением выскользнула в коридор из зала, где остальные конкурсантки соревновались в пении… И сразу же была схвачена за рукав цепкими пальчиками своей новоиспеченной приятельницы Геомы, а затем весьма бесцеремонно затащена в комнатку рядом со стихийной консерваторией.

— Слушай, Дуська, а вот лично ты, если честно, зачем на Отбор явилась? — наглая девица зависла над слегка оробевшей девушкой, давя ту внушительным декольтированным «авторитетом» и не давая сбежать. — Давай, колись! Ты же Э. Дирхо, а не Э. Дерхо! То есть, ты нисколечко не Эйлис Дерхо Эльтийская, а ты — Дульсинея Дирхо Эльтийская.

— Заложить меня хочешь? — затравлено поинтересовалась баронесса из графства Эльт, но затем аккуратно, но решительно отпихнула от себя соперницу. Получилось не без труда. — А не выйдет! У меня в полном имени третье родовое записано, как Элеонора! Дульсинея Аэрита Элеонора Дирхо Эльтийская! И все проверки я прошла! И службу безопасности, и лекарей!

— Дура ты, хотела бы я тебя заложить, давно бы подставила, — недовольно произнесла дочь барона Аунтийского Геома, присутствующая на Отборе с подачи своей тети-фрейлины. — А то я не знаю, что ты здесь по чужому приглашению. Да, не выгодно мне тебя сдавать безопасникам… Пока такие, как ты, тут ошиваются, с конкурса и более родовитые слетают. Что лично меня намного больше устраивают.

— Тогда чего ты хочешь? — осторожно поинтересовалась Дуся у своей «подруги» по временной коалиции на Отборе, в ходе которого девушки уже давно разбились на группировки, и партизанская борьба за главный трофей этого сезона набрала нешуточные обороты. — Если денег, то их у меня нет. Мне эту поездку, как раз, Эйлис и профинансировала! А так, я бы в Столицу вообще не попала! Никогда! Папочка бы сроду и пары золотых не дал! За неимением!

— Ой, не нервничай ты, я тебе простой вопрос задала, — сама Геома, не будучи семи пядей во лбу, на генном уровне прожженной аристократки относилась к провинциалкам с едва скрываемым презрением. Но в Дульсинее, как ни странно, чувствовала родственную душу. Поэтому и приблизила к себе, и даже нарядами делилась, раскритиковав отсутствие вкуса у баронесски с позиции рекомендаций, выданных тетушкой. — Честно, ты на принца охотиться приехала? Или тебя кто попроще устроит? Баронет?

— Меня и место фрейлины устроит, — хмуро уточнила Дульсинея, не до конца понимая, зачем Геоме такие откровенности. — На Ринэйрта даже не зарюсь. Если ты такая информированная, должна знать, лекарей истинная Эйлис проходила. Ну, ты меня поняла? На невинность… И давай, баш на баш, ответь, как ты догадалась, что я по чужому приглашению здесь?

— Про лекарей и невинность у меня аналогичная схема сработала, — Геома рассмеялась довольно вульгарным смешком, над приведением которого в светское звучание леди Барита билась которую неделю и все без толку. — Титул, милочка моя, тебя выдал. Ти-тул. На самом деле, здесь выбирают принцессу для принца Ринэйрта. А ты ему по титулу не подходишь, ведь приглашения рассылали маркизам и виконтессам. Баронессы — мимо темы. А ты к высшей знати не относишься. Баронессочка ты моя Эльтийская! Глупенькая!

— Так, ладно, закладывать ты меня не хочешь, а что тогда тебе нужно? — Дульсинея подозрительно уставилась на лучшую подлюгу по Отбору. — Я же сказала, меня и место фрейлины устроит! В сторону принца я даже не дышу!

— Я тоже, — загадочно протянула баронесса Геома Аунтийская. — Не наш уровень. Нас тут после дурацких конкурсов сколько осталось из девяносто пяти кандидаток? За эти две недели? Сорок? А принц-то ни разу так и не появился. Что-таки намекает, где он видел этот кастинг. Согласна со мной? Какие выводы? Что его здесь нет. Но!

— А что? — Дульсинею отсутствие принца совершенно не заботило. — Какие должны быть выводы? Ну, нет его, нам-то что? Мы же во фрейлины собрались!.

— Эх, ты! Нам мешают еще тридцать конкурсанток! — торжествующим тоном произнесла Геома после минуты ошарашенного молчания впавшей в мыслительный стопор Дульсинеи, и, воровато поведя подкрашенными глазами, достала из сумочки сложенную в несколько слоев газетку. — Чтобы у нас появился шанс войти в десятку избранных! И что нас с тобой изначально вполне устраивает! Тут три, нет четыре группировки… Первая — охотницы за принцем. Вторая — родители отправили. Третья — ищут хоть какого мужа. Последняя — согласны на фрейлин.

— Ага, допустим — Дульсинея никак не могла уловить логику соратницы в борьбе за роль комнатной зверушки. — И что дальше? Пару конкурсов мы с тобой еще точно проскочим. Отсеется ещё десяток неудачниц. Но ещё три десятка останется!

— На, прочитай! — Геома торопливо сунула газету под нос подельнице. — Надеюсь, ты хотя бы грамотная? Это провинциальная брехучка, но сведения верные! Моя родственница, она фрейлина у Её Величества Регины Горицийской, уже всё подтвердила!

— Ого, неужели кронпринц Ринэйрт уже женат! — Дульсинея совсем не по-аристократически присвистнула. — А наши девахи-то и не знаю. И если мы им эту газетку покажем, то у нас количество конкуренток тут же уменьшится! Те, которым нужен исключительно сам принц, сразу свалят! Пойдем, девчонкам озвучим?

— Деревня! Думать хоть иногда надо же! Наши соперницы — это вторая и третья группа, — снисходительно, с покровительственной ноткой в голосе, произнесла баронесса Геома. — Сама говоришь, пару конкурсов наши. И в этих конкурсах отсеются некоторые из тех, кто нам не нужен! Поэтому газетку пока придержим. А вытянем только на следующем этапе, когда мы не будем уверены в нашем успехе, и пусть валят «охотницы за короной!».

— А принц все-таки женился на Лиске, — завистливо вздыхая, произнесла Дульсинея, дочитав и еще раз перечитав статью. — И если к концу Отбора нас останется всего девять, то я с ней о нас с тобой договорюсь. Потому как одна фрейлина у неё уже точно есть — Мелька. Между нами, та еще злыдня языкастая. Но перетерпеть можно.

— О! Думалка, наконец, заработала! — одобрительно кивнула Геома и отобрала уже слегка потрепанное информационное оружие. — Делаем так: я снабжаю тебя сведениями из дворцовых кулуаров, а ты помогаешь мне стать фрейлиной при этой твоей Лисе. Э-эх, а им уже такие шикарные апартаменты готовят в восточном крыле Дворца!… Для принцессы и для её фрейлин! Я туда уже хочу!