Глава 38

И все же я, привыкшая жить с мужчиной, сразу сделала то, что надо. Переоделась не при мужчине. Хотя вспомнилось, что для Никиты мои переодевания в последнее время вообще ничего не значили. Да мы вообще жили как соседи какие-то. Только такие соседи, которые спят друг с другом в одной постели. Эх, видимо, страсть давно ушла из наших отношений, как будто и не было ее. Ну да ладно. Пора жить дальше. А дальше я одинокая и работящая женщина. Если, конечно, меня тут не оставят. Я смотрела на Даниуса, сидящего за столом и что-то строчащего на бумаге. Он заметил это и перевел на меня взгляд. Жар коснулся моих щек. По телу пробежали мурашки. Потому что взгляд мужчины стал таким темным. – Спокойной ночи, – сказала я ему. Даниус осмотрел меня с ног до головы. – Я же могу поспать в своей ночной рубашке? – спросила я. – Можете, – нервно сглотнул Даниус. Да что он такой впечатлительный? На мне всего лишь моя шелковая ночная рубашка и халатик. Я же не собиралась его прям совсем соблазнять. Подумаешь, длина чуть выше колен. – Вот и прекрасно, – я забралась в кровать. – Только давайте договоримся. – О чем же? – голос Даниуса еще больше охрип. – Даже несмотря на то, что ваша мама так и хочет уложить с вами в постель женщину для всякого такого – ну, я про продолжение вашего рода – так вот, этого не будет. – Я помню про нашу договоренность и про то, что вы возвращаетесь в свой мир, – продолжил Даниус, глядя на меня. Я тут же спряталась под одеяло. Хотя от одного его взгляда мне стало вмиг жарко. – Вот-вот, и не забывай, – сказала я и дернула одеяло себе под подбородок. Меня уже реально клонило в сон. Я отвернулась к стеночке, пока кристаллы все еще горели. Но стоило закрыть глаза, как тут же мне спать перехотелось. Да что ж такое! Я прислушивалась к внешним звукам. Потом начала считать овец, потом попыталась расслабиться. И все же поняла, что мне мешает мужчина, который что-то чиркает по листам. Их шуршание казалось уж слишком громким. Я даже не знала, что хуже: орущие мужики за окном или когда кто-то что-то пишет. Ну, или я излишне взбудоражена. Вскоре матрас прогнулся под весом Даниуса. Сердце заколотилось еще сильнее. Какой-то кошмар рядом с ним. Еще немного, и я до инфаркта дойду. Определенно странная реакция на малознакомого мужчину. Но он интересный весьма и весьма. Еще немного, и я дойду до того, что начну представлять себя в белом платье и фате. И с кучей ребятишек рядом. Ну нет. Вот работа мне нужна и карьера, а в этом мире нет того, к чему я привыкла в своем. Мне же даже скучно тут. Я даже не знаю, чем заняться, когда нечего делать. Зато сон очень быстро пришел. Будто кто-то рубильник выключил. Жар скользил в каждой клеточке моего тела, концентрируясь в районе живота. Я дернула рукой, но она уперлась куда-то. Попыталась отодвинуть это что-то, лежащее рядом со мной, но оно было слишком большим и неповоротливым. Холодок пробежал по спине. Я дернулась, а потом тут же открыла глаза. За окном темнота. А рядом со мной Даниус! Его рука беспечно лежала на моей талии, а меня прижимали к мужскому телу. Я тут же почувствовала прилив жара. Вот же мужчина. Я же забыла ему сказать, что мы еще обниматься не должны по ночам. – Эй, пусти меня, большая черепаха, – прошептала я. Ух, ну и жарко в объятьях Даниуса. Вот только мужчина не спешил меня отпускать. Все так же держал, как плюшевую игрушку. – Эй, хватит меня держать, – вновь сказала я. Ноль на массу. Ладно. Я коснулась мужской руки и потянула ее наверх. Вот только рука решила, что ей лучше на моей талии, и прижалась еще сильнее. Да что ж такое? – Если мы так еще немного полежим, – слегка повысила голос, – то у вашей матушки внуки появятся. И это не помогло. Я вновь откинулась на подушку. Ну ведь ничего страшного не происходит? Мы просто лежим рядом. Меня просто обнимают. Ничего такого больше не происходит. Жить можно. Дышать тоже. Я повернулась лицом к Даниусу. Как он может так крепко спать вообще? Ведь в первый день моего попадания сюда среагировал вмиг. А тут лежит, обнимает и спит. Я коснулась рукой его лица. Появилась идея сдавить его нос, но я тут же передумала. Все же угроза здоровью может плохо кончиться для меня. Даниус потянулся к моей руке и потерся. Я попыталась убрать ее, но мою руку перехватили. Вот это реакция у него. – Так, хватит, – сказала я. Глаза Даниуса распахнулись. Мы смотрели друг другу в глаза. Моя рука была все еще в руке Даниуса. Миг, и я еще ближе к Даниусу. Горячее дыхание опалило мои губы. – Э-э, – только и смогла произнести, когда губы Даниуса коснулись моих. Я замерла, а меня целовали. Его язык скользнул по моей верхней губе, а затем по нижней. Приятные ощущения пронзили каждую клеточку моего тела. Поцелуй был властным и страстным. Меня брали уже языком, вторгаясь между губами. И я поддалась. Мурашки пробежали по телу. Внизу живота стало тяжело. Я сжала плечо Даниуса. Метка на моем плече вспыхнула синеватым свечением и потухла. Сама не знала, чего мне хотелось больше: чтоб он остановился или чтобы продолжал свою сладкую пытку? Но определенно – так нельзя было целовать меня. Будто он пил меня, дышал мной. Так крепко сжимал, будто боялся отпустить, боялся, что я растворюсь и исчезну. Где-то на краю подсознания мелькала мысль, что это все из-за того, что, возможно, Даниус лунатик. И сейчас сам не понимает, что целует меня. Точно. Он же не просыпался, когда я его звала. Да и вообще, он мной однажды воспользовался. Ну, чтоб отвадить других участниц отбора, а тут такое. Но как же сладко он целовал меня.