Глава 68

У Эллы в рукаве был припрятан последний козырь. Всю ночь её допрашивали, и много чего она рассказала. Конечно, никто в подробности меня не посвящал, Мона рассказывала новости лишь в общих чертах. Главным было то, что её во время допроса держали в магических тисках. Она не могла проявлять свою силу.

Но в какой-то момент ей всё-таки удалось ослабить древнюю магию. У неё было всего несколько мгновений. Она прекрасно знала, что не успеет сбежать. Не успеет вернуться туда, откуда пришла.

Поэтому решила использовать способность, о которой никто из драконов даже не подозревал. С помощью своей же силы она взорвала себя вместе с половиной особняка. Не говоря уже о нескольких драконицах и драконах, которые этого не пережили.

— Но чего она добивалась? — спросила я.

— Насколько я поняла, — ответила Мона, — так и не успели выяснить, на кого конкретно она работала. А цель такая же, как и у всех остальных шпионов — свергнуть драконов. Девил ведь не развлекался всё это время — у империи полно врагов.

— Наверное, они же и прикончили его брата, — предположил Цукер. — Чтобы оттянуть генерала подальше от границ и ослабить войска.

— Его брат всё ещё может быть жив, — резко ответила Мона.

Мы говорили в столовой, когда дети, наконец, уснули. Но Поппи в очередной раз поднялась с кровати и подошла к нам, чтобы попросить воды.

Мона, Ядаяна и Цукер отлично могли с этим справиться. Поэтому я решила воспользоваться случаем и, наконец, покинуть наше крыло.

Рядом с Чарли мурчал Санни. У меня из головы не выходило то, как бурно мальчик отреагировал то ли на младенца, то ли на колыбельную.

Может быть, он что-то вспомнил?

Мне безумно хотелось поделиться этим с Девилом, или хотя бы просто его увидеть. Состояние дракона было тяжёлым. Все волновались. Все по очереди заходили к нему.

Но когда в спальню вошла я, рядом никого не было.

Он лежал на кровати с компрессом на лбу. Рядом сидел Фарах. Он уже не выглядел таким спокойным, как раньше.

— Ты пришла попрощаться? — спросил птиц тихо и серьёзно.

Я замерла.

— Что ты говоришь? Он сильный… Он выкарабкается.

— Ему всё хуже.

— Нет, — сорвалось с губ, — не может быть. Он столько раз меня спасал… Столько боли выдерживал…

Я кинулась к нему, села на край кровати, протянула руку и замерла. Боялась дотронуться. Боялась, что сделаю хуже. Что он будет слишком холодным. Что силы покинут его на моих глазах.

Из-за энергетического сбоя я не почувствовала его состояние. И до сих пор чувствую какое-то онемение в этом плане, словно проклятье богов перестало действовать.

Но даже если так…

Мне не было всё равно. Моё сердце разрывалось. Смотреть на его бледное, измождённое лицо было больно.

Надо же… шпионку вычислили и связали, но она всё равно смогла навредить чёрным драконом. Навредить ценой своей смерти.

Я не знала, что думать. Элла спасла мне жизнь. Но собиралась отнять жизнь Девила…

Столько горя из-за борьбы за власть.

Чем больше я находилась в этом мире, тем больше понимала, что в нём невозможно жить спокойно и счастливо.

Девил, даже если выживет, никогда не сможет. У него нет свободы воли. Есть только долг. Он будет делать то, что ему будут говорить. Пока не погибнет рано или поздно.

Любить его и любить бессмысленно, безответно — это синонимы.

Я всё-таки коснулась его волос. И в тот же миг с губ мужчины сорвался тихий, едва слышный стон. Мне казалось, что он был где-то далеко-далеко в тумане собственного разума. Но ему удалось открыть глаза.

И он меня узнал.

— Лана, — призрак улыбки на мгновение осветил лицо.

— Я здесь. Девил… — я склонилась к нему, — ты должен поправиться.

Он просто пронзал меня взглядом. Острым, полным синего пламени. Дракон смотрел так, будто был в порядке, но я чувствовала, как силы всё стремительнее покидают его.

Он держался изо всех сил. Боролся ради того, чтобы остаться.

Я чувствовала это.

Девил вёл тяжёлый бой.

И он проигрывал.

Я взяла его за руку, нет, вцепилась в его руку. Мне хотелось сделать хоть что-нибудь. Я не была готова расставаться вот так. Ничего не могло быть хуже.

К этой постели он прижал меня, чтобы объяснить чего хочет.

Здесь он боролся с лихорадкой, когда взял на себя мою болезнь.

Он справился с этим. И не только с этим… ещё и с ненавистью ко мне.

Он изменился.

И я тоже.

Я знала, что нам придётся расстаться. Что всё закончится.

Но не так. Пожалуйста, только не так.

Я хотела бы поговорить с ним по душам ещё хотя бы раз.

И нормально попрощаться.

А потом просто знать, что он в порядке.

Насколько можно быть в порядке в этом безумном мире…

— Девил, ты не смеешь! — прошептала я. — Ты притащил меня сюда и хочешь бросить?! Подлец!

Его взгляд всё больше угасал.

Тогда, дрожа, я склонилась над ним и накрыла его губы своими. Это должен был быть прощальный поцелуй. Болезненный, сухой.

Но я не хотела, не хотела, не хотела прощаться.

А он, как выяснилось, не хотел меня отпускать…

И хотя ещё мгновение назад казалось, что силы покинули его, он вцепился в меня. Не дал шанса разорвать поцелуй, который становился всё горячее.

И это не была лихорадка.

Я вновь почувствовала связь между нами. Почувствовала свет и тепло внутри. И делилась с ним беззаветно и отчаянно.

Я не заметила, когда хватка Девила стала сильнее, когда он уложил меня рядом с собой и запустил пальцы в волосы. У меня не было никакого желания вырываться.

Он целовал меня, прижимал к себе, кусал… и это в тот момент для меня это значило только одно — он всё ещё жив.

— Я не знаю как, — прошептал Девил мне в шею, — но ты меня спасла.