Глава 75

— Итак, уважаемые претендентки на должность няни для наследника дома чёрных драконов… Пришло время подводить итоги пятого испытания…

Голос кевлары заставлял кровь стынуть в жилах. Я смотрела на гладкое лицо без глаз, без носа, без рта… Без тени эмоций. И едва держалась на ногах.

Я смогла отдохнуть, когда ночевала в гостевой усадьбе. Девил обнимал меня и охранял. Мне ничего не снилось, я ни разу не проснулась среди ночи. И он сам взял на себя заботу о детях.

Это было настоящим счастьем.

Но потом на нас обрушились истории других попаданок и их драконов. И погруженные в них, мы ехали назад в особняк чёрных драконов.

Дорога хоть и сократилась, всё равно была утомительной.

Из-за нервного напряжения я растеряла все силы. Дико хотелось спать, но как только мы вошли в дом, зазвучал голос кевлары. Она приказывала претенденткам отбора поспешить к месту сбора, ведь с минуту на минуту должно было начаться пятое испытание.

Где-то внутри себя я взвыла.

То, что я была не готова… это мягко сказано.

— Иди, — сказал Девил, на миг притянув меня к себе и заглянув в глаза, — всё будет хорошо.

— Ты расскажешь всё императору?

— Да, — ответил твёрдо. — Всё станет ясно, когда испытание закончится.

— По крайней мере, не придётся больше гадать, что с нами сделают, — я слабо усмехнулась. — Не забудь ему сказать, что со мной не переходил черту. Ты ни в чём не виноват…

Он поймал мою руку, поцеловал пальцы, глядя мне в глаза, и только после этого отпустил.

Я потащилась на пятое испытание, решив больше не думать об истории Эдгара, об императоре, о будущем… Передо мной скоро поставят конкретную задачу. И ничего кроме неё не будет существовать.

А если мы действительно облажались перед империей, испытание просто прервут, чтобы исключить меня и казнить.

С таким настроем я встала в один ряд с другими претендентками и Цукером. Мужчина ободряюще мне улыбнулся, но сил не было отвечать взаимностью.

Стояла мрачная, сырая погода. И кто знал, что тучи будут нависать над Эфесом ещё целые сутки?

А что целые сутки продлится пятое испытание?

Оно было самым худшим. Самым тяжёлым морально.

И я была уверена, что провалила его.

Я не знала, что решил император. Мы как всегда после всего находились в зале испытаний. Стояли на пьедесталах. Раньше, бывало, в этот момент к нам заглядывал Девил. И сверлил меня взглядом горящих глаз. Возмущал этим всех остальных…

В этот раз его не было.

Ни его, ни его тепла.

Было очень холодно. Я едва не валилась в обморок от недосыпа и голода.

Что, если я больше его не увижу?

Это мысль не давала мне покоя, но я всё же пыталась сосредоточиться на словах кевлары.

— Претендентка номер один, Ядаяна. Вы прекрасно справились со своей задачей. Вы обладали всеми нужными знаниями, физической подготовкой и подходящей для таких случаев магией. Хочу отдельно отметить вашу стрессоустойчивость. После четвёртого испытания мне особенно хотелось её испытать, и вы показали себя с самой лучшей стороны. За пятое испытание вы получаете максимальные пять баллов. Ваш итоговый счёт: четырнадцать баллов.

Пятое испытание было не в особняке. Нас отвезли в дом детского здоровья. Детскую больницу. Кевлара сказала, что в городе началась эпидемия, магическая болезнь подкосила детей самых разных рас. Служащих дома отправили домой, вместо них на смену заступили мы. Детей было несколько десятков. У них были страшные симптомы: посинение кожи, вспышки магии, рвота, обмороки, кровь из носа и рта и так далее. Кому-то было не так плохо, кто-то был на грани. Плач не прекращался. Зрелище было страшное.

Я уже оставалась на сутки с сотней детей, но они были здоровы. И, в конце концов, мы даже неплохо провели время.

Но то, что ждало нас на пятом испытании…

Даже морально выдержать столько страданий, детских страданий, было очень трудно.

Я даже не хочу ничего вспоминать. Моя роль была маленькая, ведь у меня не было никаких знаний, не было магии или полезных умений.

Действовать нужно было быстро, так что я кинулась к драконицам и попросила приказывать мне, что делать. Все простые задачи я брала на себя. Купала детей в специальном растворе, накладывала им компрессы, пыталась успокоить, бесконечно убирала всё, что из них выходило. Я не на секунду не позволяла себе стоять без дела.

И этого было мало. Всю главную работу делали остальные. У них была магия. Они представляли, с чем имели дело.

А я никогда не чувствовала себя такой бесполезной.

Но у меня не было времени себя жалеть.

Болезнь не была лёгкой, несколько детей погибли на наших глазах. Может быть, они и выжили бы, если бы у меня была магия? Эта мысль не давала мне покоя.

Я срывалась, плакала, искусала все губы и щёки изнутри… Но продолжала менять постельное бельё, вытирать лужи, стирать, раздавать лекарства, и даже петь, когда дети об этом просили.

И всё же это, скорее всего, моё последнее испытание. Кевлара сказала, что рядом в нужный момент может не оказаться лекарей. Так что няня обязана быть не только воительницей, но и целительницей.

Было больно представлять, что подобную болезнь мог бы подхватить кто-то из племянников Девила. Что они могли так мучиться, а я ничего толкового не смогла бы сделать.

И неважно, что всё это оказалось иллюзией. Дети не болели так страшно, никто не умер. Большинство из них в принципе не существовали. Кевларе нужно было посмотреть на наши действия при самом плохом раскладе, чтобы быть уверенной, что мы легко справимся с реальными проблемами, пусть они и не должны быть такими масштабными.

Иллюзия выглядела слишком реальной.

Страдающие дети всё ещё стояли у меня перед глазами.

Собственная никчёмность всё ещё нависала надо мной ухмыльчивой тенью.

— Претендентка номер три, Мона, про вас можно сказать почти всё то же самое, что и про Ядаяну. Кроме того, что в вашей стрессоустойчивости я не сомневалась. Вы показали себя как талантливая целительница и сильная личность. Создания лекарства для каждой из рас в столь сжатые сроки — достижение. Вы определённо взяли на себя большую часть работы. И поэтому я присуждаю вам дополнительный балл. Всего за пятое испытание вы получаете шесть баллов. Ваш общий счёт: шестнадцать с половиной баллов.

Я неосознанно кивнула. Была полностью с этим согласна. Мона ни на секунду не замешкалась. Она точно знала, что делать, и руководила всеми нами.

Все они хорошо себя показали. Я гордилась тем, что стояла с ними в одном ряду. Только Цукер куда-то отходил, у меня не было времени выяснять, в чём дело. Я не следила за другими специально, потому что всё моё внимание было на задачах, которые мне давали девочки.

Я прекрасно знала, что сделала всё, что было в моих силах.

Но… этого было недостаточно, недостаточно, недостаточно…

Я так сильно корила себя, что не сразу поняла, когда кевлара начала подводить мои итоги.

— Претендентка номер семь… Лана. Это испытание изначально было вам не по силам. У вас по-прежнему нет магических способностей, вы слабы физически и не обладаете нужными знаниями для лечения. Никто на самом деле не погиб. Но представьте, что это всё-таки случилось. И что это случилось с кем-то из наследников. Вы бы чувствовали свою вину?

— Конечно, — тускло отозвалась я.

Меня впервые заставили сожалеть о том, кто я такая.

Нет ничего хуже смотреть на страдания тех, кто дорог и знать, что ничего не можешь с этим поделать.

— Она старалась, — неожиданно вмешалась Ядаяна. — Она носилась по палате, как угорелая. Делала всё, что скажут. И ещё успокаивала детей.

Кевлара повернула голову к драконице, но ничего ей не сказала.

Вместо этого она продолжила свою речь:

— Вы слабы по многим пунктам, но с этим можно работать. Знания можно приобрести, магию можно заменить зельями и амулетами, хотя для нас и предпочтительнее более естественные варианты. Но всё же главное — умение быстро принимать решение, не впадать в панику, чётко делать всё, что может спасти жизнь ребёнку. И вы это делали. Вам было страшно, но вы ни разу не дрогнули. Это достойно уважения. Как и ваше чувство вины.

— Благодарю, — я уважительно кивнула.

— Итак, Лана, претендентка номер семь, по итогам пятого испытания вы получаете три балла. Ваш общий счёт: двенадцать с половиной баллов.

Я получила меньше всех. И не было сомнения, что Цукера похвалят, ведь он тоже приложил много сил и знаний, чтобы поставить детей на ноги.

В этот миг в зал вошёл высокий, темноволосый дракон. Он остановился позади кевлары и начал холодно наблюдать за происходящим.

Девил…

Я сжала пальцы в кулачки и поклялась себе стоять прямо и не шататься от усталости.

Мне не хотелось, чтобы он заметил моё состояние.

Потому что, судя по всему, ему самому было не лучше после общения с Киллианом.

— Претендент номер два, Цукер. Вы обладаете нужными знаниями, магической и боевой подготовкой. Но можете ли вы сказать, что приложили все усилия, сделали всё необходимое, чтобы помочь детям?

Цукер на миг замялся.

Я была в замешательстве. Неужели мужчина сделал что-то не так?

— К сожалению, нет, — признался он.

— Отчего же?

— Несколько часов я смотрел на страдание детей. И когда ребёнок погиб на моих руках, когда он задыхался и с этим ничего нельзя было сделать… я не выдержал, — признался мужчина. — Я вышел. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Я не думал, что смогу вернуться. Но собрался с силами и это сделал.

— Это именно то, что меня волновало в вашей кандидатуре, претендент номер два. Няня — это не мужская работа. Имеете представление, почему так сложилось?

— Со всем уважением, я полагал, что это предрассудки.

— Неужели? — отозвалась кевлара. — Статистически мужчины хуже выдерживают физическую боль, чем женщины. И что важнее: они слабее морально. Не такие стрессоустойчивые. Многие мужчины, у которых есть больные дети, скорее уходят из семьи, чем остаются рядом и помогают. Не потому что они злодеи, а потому что им невыносимо наблюдать за детскими страданиями. Слушать плач. Видеть проявление болезни: рвоту, понос, кровь… Женщины вынашивают детей в своём теле, терпят ужасные муки, производя их на свет, первые года проводят рядом с ними, не отходят от них. Многие мужчины до совершеннолетия своих детей даже не пересекаются с ними, потому что не знают, как с ними себя вести и о чём говорить. Большинство мужчин неспособны на такую работу. Они могут жертвовать своими жизнями, чтобы защитить детей. Это правда. Но быть рядом с ребёнком, который без перерыва страдает — это задача для них часто непосильная. Вы хотели что-то доказать, хотели изменить мир, но лишь подтвердили статистику. Ваша стрессоустойчивость вас подвела, увы. Так что за прохождение пятого испытания вы, претендент номер два, получаете один балл. Ваш общий счёт: девять. Вы набрали меньше всех баллов и не проходите дальше. У вас есть тридцать минут, чтобы покинуть дом чёрных драконов. Вот… заберите свой медальон. Больше к этому роду вы не имеете никакого отношения. Но тем не менее вы можете гордиться тем, как далеко зашли.

Кевлара растворилась, больше не сказав ни слова. Больше всего на свете я хотела оказаться в объятиях Девила, но не посмела кидаться ему на шею при всех. И сразу же поворачиваться к Цукеру спиной.

Он скорбно опустил голову, я подошла к нему, чтобы попрощаться.

— Ты многое сделал. Там было легко сойти с ума. Я сама была на грани нервного срыва, — сказала ему.

Он покачал головой.

— Была, но не сорвалась. Хотя устала больше всех нас.

— Было понятно, что ты не выиграешь, Цукер, — сказала Ядаяна. — Традиции в империи слишком сильны. Но ты попытался. И правда дошёл почти до конца. Ты можешь собой гордиться. Да даже я тобой горжусь.

Он улыбнулся и сказал:

— Если и ты проиграешь, я хочу увидеть тебя ещё раз. Там, во внешнем мире.

Она облизнула губы и кивнула.

— Может быть, мишка, может быть.

По-другому эта драконица с душой лисицы и не могла ответить. Она ушла, даже не посмотрев в сторону Девила.

Цукер коснулся моего плеча.

— Лана, ещё раз прости меня. Удачи тебе на отборе. Я буду рад, если ты победишь.

— Спасибо!

Мы обнялись, и он поспешил уйти.

Я хотела подойти к Девилу, но меня задержали. Это была Мона. Неожиданно.

— Послушай меня, — начала она шёпотом, — ты не должна портить Девилу жизнь. Это ясно? Мало вам Эдгара? Как только отбор закончится — уходи. Уходи как можно дальше. Ему нужно думать о своей должности, о своих обязанностях. О племянниках. Вовсе не о тебе.

— Дамы, долго будете сплетничать? — Девил решил прервать наш разговор.

Мона холодно ему улыбнулась, поклонилась и ушла.

В её словах был смысл, но это не мешало мне несколько мгновений её ненавидеть.

Я слишком устала от нападок.

Все вели себя так, будто бы быть с Девилом — мой выбор.

— Как ты, мышка? — спросил он, и я уткнулась в его камзол лицом вместо ответа.

Он едва уловимо пах дымом и кровью. Это явно не был самый популярный аромат для палочек с благовониями, но меня всё равно успокаивал его запах, его тепло, его биение сердца.

— Что сказал император? — со страхом спросила я.

— Он собирает совет в столице. Там должны быть мы, Яна, Кристиан и ещё кое-кто.

— Кто?

— Ядаяна.