Глава 80

С Найтеллит Баашару легко и просто, как быть солдатом на плацу.

Он с удовольствием возвращается в их новый дом, прекрасно зная, что у них будет проходить и как – эта определённость, уверенность, что ему скажут, что и как надо делать, и он будет верным воином своей прекрасной госпожи, делают его почти такими же счастливыми, как она сама, как близость с ней.

Сидящая в кресле Найтеллит задумчиво изучает отчёты на планшете. Краем глаза заметив Баашара, застывшего на пороге её кабинета, она плавным жестом руки приглашает его к себе.

Приблизившись, Баашар опускается на колени, обнимает её ноги, целует округлые колени, скользит ладонями по икрам, поднимает выше стопы и целует их тоже, утыкается носом, вдыхает чистый аромат её кожи.

– Ты хорошо поработал, – хвалит Найтеллит его, поглаживает мощный рог, и по телу Баашара пробегает трепет. – Я приказала заложить новые бараки, чтобы было где разместить набранных тобой рекрутов, и попросила у Возмездия инструкторов по магии. Ещё пара сотен способных демонов – и мы сможем не беспокоиться за нашу безопасность.

– Моя госпожа, – Баашар с наслаждением ласкает её ноги, не замечая, как смягчается, плывёт её взгляд, – не желаешь ли ты сама встать на должность заместителя главнокомандующего? Ты прекрасна и сильна духом, когда остальные узнают тебя, они подчинятся тебе с радостью.

На это Найтеллит едва слышно усмехается:

– На должности заместителя главнокомандующего должен быть такой большой и сильный воин. Если бы Леонхашарт был хоть немного предрасположен заниматься армией, я могла бы занять место заместителя, но армия будет на нас, и солдатам нужен пример. Мощный. Впечатляющий. В этом отношении ты намного лучше императора.

Баашар не спорит, его вполне устраивает такое объяснение, к тому же он уверен, что в самый сложный момент Найтеллит не оставит его без руководства.

– Можешь поцеловать меня, – разрешает она.

И он, сияя от счастья, выпрямляется. Нежно обхватывает её лицо своими ладонями, любуется, наклоняется, чтобы припасть к её сладким, пленительным, порабощающим губам, ради которых он готов на всё.

***

Теперь, когда сектору Возмездие и Нараку не нужно «мясо» для работы с Безымянным ужасом, нюхачей отзывают домой. Из-за встрясок, расследований в секторе Возмездие и его постепенного расформирования процесс этот проходит не слишком быстро, со сбоями и запозданиями, так что нюхач Васандр, работавший на Земле и людям более известный как просто «Вася», появляется в Нараке далеко не сразу.

Родной кольцевой город он не узнаёт: тот больше похож на павильон для съёмок фильма о постапокалипсисе, только растительности, диких зверей и зомби не хватает.

Восстановительные работы идут лишь в нескольких местах, ведь теперь демонам нет нужды селиться только здесь. Остальные территории почти умершего от истощения Нарака мрачны и не слишком приветливы, но находится достаточно желающих заново освоить землю предков и с помощью магии попытаться её возродить.

Растерянный и ошарашенный Васандр отмечается в отделе кадров Возмездия, благополучно проходит стандартный допрос и не вызывает никаких подозрений у следователя и Тайгероса Аведдина, после чего получает соответствующую отметку в документах и предложение работать здесь, в Нараке, помогать восстанавливать мир, пока не найдёт более подходящее занятие.

Васандр в принципе не против работать строителем, хотя у него на Земле за годы жизни скопилось достаточно деньжат и связей, чтобы переждать там сложный период, но когда родина зовёт…

Тут же оформив документы, он отправляется искать букмекерскую контору, в которой, как и обещал, делал ставку на победу пятнадцатой невесты Анастасии в шоу «Найди себе пару». Васандр в этом хаосе даже букмекерскую контору находит – она переехала в соседний район.

– Ставка на пятнадцатую невесту? – старик-букмекер таращит глаза. – Даже не заикайся! Никаких ставок на истинную пару императора! И уж конечно сам император и его пара не будут участвовать шоу!

Император? Истинная пара?

Васандр подумывает, не тронулся ли от случившегося букмекер умом, но знакомство с новостями подтверждает эти невероятные слова.

Истинная пара императора…

Проникнувшись почти столь же невероятным, как избавление от Безымянного ужаса, событием, Васандр припоминает, как доставлял будущую императрицу в Нарак.

Задумывается крепко.

Прокручивает в голове тот момент.

С одной стороны, он помог им встретиться, но с другой… с другой… Он хоть и извинился за всё заранее, но Настюша так убийственно на него посмотрела перед телепортацией, что ему до сих пор страшновато. А теперь Настюша истинная пара императора.

В тот же день Васандр оформляет отпуск за свой счёт и возвращается на Землю – так, на всякий случай. А через годик можно вернуться, там, глядишь, уже дети пойдут, не до всяких нюхачей-похитителей Настюше станет.

***

Воздух пахнет морозом…

Резко распахнув глаза, вижу над собой ледяной купол. Сквозь искажающие всё пласты льда сочится золотистый свет.

Нас закрыли куполом прямо на поле боя?

Нет, мы лежим на кровати в своей броне, но очищенной от следов сражений. Лео сонно шевелится рядом, прижимается ко мне. И тоже открывает глаза. Смотрит на меня, и мне так… хорошо, так безоговорочно приятно рядом с ним. Так легко…

– Нам это не приснилось? – шепчу я.

Лео поднимает руку, на которой прежде была царапина, но от раны не осталось ни следа. Переводит взгляд на ледяной купол:

– Похоже, не приснилось. Да и в целом… я чувствую себя свободнее. Магия спокойна.

И я спокойна… и магия, да, тоже спокойна.

В целом какое-то странное, непривычное умиротворение. Полное. В пору думать, что мы в Раю.

Может, нас прикопали прямо на поле боя и сказали, что так и было?

Хрусь-хрась-хра-хра-та – трещины расходятся по ледяному куполу, Лео накрывает меня собой, защищая от осколков, но те не падают. Под звук хруста мы лежим на кровати. Убедившись, что ничего страшного не происходит, Лео приподнимается.

Растрескавшийся купол тает на глазах, открывая потолок с горящими диодными лампами.

Похоже, мы в Нараке.

В просторном зале без окон, посередине которого стоит кровать.

– Ы-ы-ы! – Саламандра будто из воздуха появляется, со всего маха прыгает на кровать – мы едва ноги подобрать успеваем.

Хрясь! – ломаются ножки, и кровать обрушивается на пол, хорошенько нас тряхнув.

– Облизунья, – стонет Лео, одной рукой обнимая меня, а другой сбрасывая с нас её язык. – Держи себя в руках, а язык во рту.

А она знай переливается всеми цветами радуги и тыкается нам в колени, выставленные ладони.

Похоже, мы долго валялись, раз у неё такой восторг от нашего пробуждения.

Дверь зала открывается, пропуска Хашаэзалона. Он улыбается:

– Рад вас видеть, – он смотрит на Лео. – Родственничек. И ведь ни словом не обмолвился.

– Не до этого было, – пожимает плечами Лео и поглаживает меня по спине. – Как долго мы спали? Что за это время случилось? И как обстоят дела в Нараке?

К счастью, Хашаэзалон оказывается разумным демоном и перед разговором отводит нас на кухню, достаёт хлеб, колбасы, овощи и раскладывает на столе перед нами. Мы с Лео нарезаем продукты под урчание моего живота, и только когда начинаем жевать, Хашаэзалон, наблюдавший за нами с прямо отеческим добродушием, переходит к делу.

В общем, всё не так уж плохо, но и не сказать, что хорошо.

Спали мы неделю. Статус императора за Лео остаётся. Были желающие оспорить, но им не дали: на нас наложили щит ледяные, Баашар, помня о договоре, собрал армию для нашей защиты. Это с Безымянным ужасом демоны воевать боялись, а тут да с себе подобными – желающие есть.

Тайгерос сдаёт эёранцам информацию по деятельности культа Бездны и отзывает агентов Возмездия. Само Возмездие после завершения всех дел планируется либо закрыть, либо использовать как основу для формирования сектора внешней безопасности или политики – в конце концов, именно у них сконцентрированы знания по другим мирам, налажены с ними контакты разной степени глубины. Также Тайгерос ищет, находит и даже отправляет под суд представителей внезапно обнаружившихся в самом Нараке тайных организаций, осознанно или вслепую работавших против демонов. Оказывается, некоторые могли ощущать разум Безымянного ужаса, связываться с ним, поэтому и хотели уничтожить истинные пары – чтобы их Хозяин мог без помех властвовать сразу в двух мирах.

Пока же внешней политикой (контактами с Эёраном в частности) заняты Тайгерос и котодемон Шаантарен, но они друг с другом не ладят.

Юмаат, вопреки возникшим у меня опасениям, во время нашего сна не пошла в Эёран похищать драконов на исследования. А может, похитила так, что никто об этом не знает, но НИИ Нарака работает практически в прежнем режиме, занимается какими-то исследованиями.

Демоны расползаются по Нараку, осваивают новые земли. Сбежавшие суккубы и инкубы строят себе отдельный город (и я могу их понять). Орки тоже выселяются изолированно.

Некоторые архисоветники на основе сил своих секторов пытаются создать свои то ли области, то ли королевства. Благо таких не слишком много – боятся истинную пару после просмотра видеозаписей (спасибо Юмаат) сражения с Безымянным ужасом и благословения Шааршем.

В общем и целом: везде разруха, половина служб не работает, демоны в растерянности… а мы с Лео должны с этим всем разбираться, потому что он император, а я его жена.

И, странно, последнее совершенно не вызывает у меня никаких панических или тревожных эмоций. Как-то внезапно спокойно я к браку отношусь.

***

В день, когда в Эёране прекратились землетрясения, было много странностей, непонятных явлений в небе, грохота, а магия у всех сходила с ума.

С тех пор небольшое поселение культистов под предводительством Мада и Лиссы живёт в полной изоляции.

Они работают.

Магичат.

Строят землянки.

Собираются вокруг костра, чтобы поговорить о жизни до и после Культа, об ожиданиях, причинах, заставивших их желать единения с совершенным миром Бездны. У каждого своя история, у кого-то сплошная драма, у кого-то – просто невозможность найти себя или одиночество.

Они говорят, обдумывают, просветляются…

Появление высланных за Мадаарисом демонов Возмездия немного нарушает эту идиллию.

А, новости, мягко говоря, шокирует.

– Как Безымянный ужас уничтожен? – не может поверить Мад. – Он же непобедим!

– Экспериментальным путём доказано обратное, – глубокомысленно замечает занимающийся эвакуацией сотрудников и прочих случайных попаданцев демон.

– Эх, такое пропустили! – тут же огорчается Мад, оглядывается на Лиссу. – А как теперь с жителями иных миров? Как с теми, кто работал и учился на корректировщиков, а потом сбежал?

Демон, смотревший шоу и узнавший Лиссу, хмыкает:

– Да по-разному, неопределённо пока: они же маги, хоть и необученные. Но теперь побег точно не преступление.

– Нам надо посовещаться, – Мад берёт Лиссу за руку.

– Только недолго, не все драконы могут оказаться добрыми.

Мад и Лисса отходят под большое дерево, останавливаются в его тени. Шелестят листья, гудит рядом шмель. Природа поёт, потому что и Эёрану теперь тоже хорошо.

А вот Мад встревожен и не уверен:

– Как ты относишься к возвращению в Нарак теперь? Хотя бы посмотреть, что там происходит…

Он смотрит на неё жалобно, и она не может сдержать улыбки:

– Ладно, посмотрим, что там творится. А то я без удобств скоро озверею. Не привыкла я в лесу жить.

Но кроме них никто не хочет покидать лесное убежище, так что люди остаются в тесной понимающей компании… дальше просветляться.

***

Дел оказывается немеряно.

Обеспечение жителей продовольствием.

Восстановление инфраструктуры.

Наведение порядка.

К счастью, Лео со счетов как императора не списали, после свершённого нас уважают и многие слушаются. Не за то, что мы истинная пара и магически сильнее, а за то, что мы победили чудовище и спасли мир (пусть и с помощью эёранцев).

Эёранцев, несмотря на новые обстоятельства, не полюбили и относятся к ним настороженно, но пока мы не слишком пересекаемся, это дело не срочное. Да и Хашаэзалон согласен в случае чего помочь с разъяснительными работами и вообще предлагает обмен студентами. Он в Эёране, оказывается, помогал с управлением Академией драконов[*], поэтому у него мысли больше в сторону молодых и обучения строятся, поэтому назначили помогать с освоением магии.

Сильно помогают Баашар и Тайгерос. Последнего бы вообще внутренней безопасностью поставить заниматься – у него очень хорошо получается.

Тайгерос показывает нам запечатанные родовые артефакты других архисоветников. Эти круглые штуки могут наградить род огромной силой. Пока решаем их не отдавать, а подождать, когда политическая обстановка стабилизируется.

Похищенных иномирян приходится почти в полном составе вернуть домой – слишком неласков был к ним Нарак, чтобы они согласились остаться. Даже обещание когда-нибудь магии научить не помогает. Впрочем, нам и демонов-то прокормить пока трудно.

Иномирян на прямую телепортацию «Нарак – их родной дом» я провожаю лично (всё же сама из их числа, понять их чувства могу), так что получаю несколько сотен личных благодарностей. И только у Принцессы кислое лицо. В очереди с остальными подойдя ко мне, она презрительно замечает:

– За мной восемьдесят семь поколений моей семьи, а императрицей становится какая-то безродная.

– Остальные тоже не из воздуха возникли, – улыбаюсь я, окончательно портя ей настроение.

Я умею, да, даже если не ставлю такую цель.

На самом деле мне плевать, что там думает Принцесса обо мне и других – это такая мелочь на фоне всего остального!

Зато Джель обнимает меня крепко-крепко (изрядно перепугав охрану).

– Спасибо, спасибо, что возвращаешь меня домой! – она умывается слезами счастья.

На её месте я бы воспользовалась случаем сбежать в более свободный мир, но каждому своё.

Когда последний человек уходит в телепорт в виде пентаграммы, ко мне подходят кошкоподобная Шаанти и Урш, сопровождавшие людей от лица четвёртого факультета.

– Без работы из-за тебя остались! – журит Урш, но не серьёзно, а так… радостно даже.

– Ничего, – отзываюсь я дружелюбно, – сейчас работы навалом, и для этого даже похищать никого не надо.

– Что верно, то верно, – у Урша явно хорошее настроение.

Шаанти щурит свои кошачьи глаза. Я уж думаю, она ничего не скажет, но Шаанти вздёргивает острый подбородочек:

– Хорошо, что ты нам попалась.

– Я тоже так думаю, – улыбаюсь ей.

***

На завале неподалёку от бывшего четвёртого факультета странно искажается воздух. Меняется, очерчивая массивную фигуру, напоминающую ящерицу. Огромную ящерицу. А когда камни, пластиковые панели и металлические куски перекрытия начинают отлетать в стороны, становится понятно, что землю копает кто-то невидимый и большой.

Копает усердно, утыкая невидимую морду в землю, принюхиваясь.

Снова копает.

Постепенно агрессивные раскопки становятся более нежными. Саламандра, она же Облизунья, расцарапывает землю огромными когтями, нюхает, срезает пласт за пластом.

За несколько часов ей удаётся освободить пространство метр на метр, усыпанное маленькими, размером меньше горошин, гладкими камушками. Все они из-за аляповатой расцветки почти сливаются с землёй, все они разные, и кто-нибудь посторонний не обратил бы на них внимания, сочтя просто хорошо отполированной галькой, просеянной под один размер.

С минуту Саламандра смотрит на «камушки», затем набирает внутрь побольше воздуха, втягивает в себя магию – и выдыхает пёстрым потоком. Цветные сполохи похожи на огонь, но они не жгут.

Заурчав, Саламандра ложится. Разглядывает гладкие блестящие бочки «горошинок». А когда те начинают трескаться, на её невидимой морде появляется крайне довольное выражение.

Несколько сотен маленьких саламандрочек выбираются из скорлупы. Проходит совсем немного времени, и они забираются на чешую Саламандры, сливаются с нею.

Довольно урча, она отправляется искать уютное гнёздышко для малышей. Точнее, она уже знает, где устроить гнёздышко: у демонов, что ей служат. Эти рабы кормят её магией, бассейн ей сделали, и вообще хорошие, правда, никак не определятся, как её называть, но что взять с глупых демонов?