Глава 13

Коричневый, бирюзовый, белый… зеленый и малиновый…

Даже спустя несколько часов не могу отвлечься, потому что жуткая картинка перед глазами не желает меняться. Поэтому мысленно и решила перечислять цвета, чтобы успокоиться.

Теперь я понимаю слова Эллиота, когда он посчитал ликторов опаснее общин.

Пожиратели, ликторы, общины.

Мы практически не останавливаемся, лишь в случае крайней необходимости. Те общины мы уже прошли, поэтому Маршалл и Тоби заметно расслабились, в отличие от меня. Кажется, до сих пор потряхивает, и я ничего не могу с этим поделать.

– Маршалл, а почему ликторы так странно одеты? – тем временем брат задает уже сотый вопрос военному. Но последний будто бы с удовольствием отвечает на всё подряд. – На улице же жара.

Да, и мы не успели дойти до Фолса к запланированному времени.

– Не могу сказать точно, но думаю, что их одежда сделана из необычной ткани или же все ликторы не восприимчивы ни к холоду, ни к жаре.

– А перчатки? Зачем они им?

– Чтобы избежать случайных царапин пожирателей. Заметил, что участки их тела полностью закрыты? – Тоби кивнул. – Так это всё для того же. Одежда у них более плотная, которую так просто не порвать.

– Нам бы такая пригодилась.

– Да, но вряд ли её удастся достать. Уже скоро будем подходить к Фолсу, поэтому будьте на чеку.

Деревья стали редеть, подтверждая слова Маршалла о ближайшем городке. Ему пока даже не нужна карта, чтобы ориентироваться.

– Где мы там переночуем? – спросила у него.

– В безопасном месте, как я говорил ранее. Которое найдем. У меня есть одно на примете, но не уверен точно насчет его полной безопасности…

– Ты уже бывал в Фолсе?

– Да, несколько раз.

Я кивнула, почему-то обрадовавшись данному факту. Если место знакомо, то должно же быть легче… Да?

В отдаленности слышны птицы, что заставляет напрячься и меня, и Тоби.

– Маршалл?

– Всё нормально. Они далеко. Возможно, какой-то заблудший пожиратель, потому что выстрелы бы мы услышали раньше, чем птицы поднялись бы в небо.

И правда, более никаких звуков нет.

Чуть позже я могу уже издалека различить первые очертания полуразрушенных зданий и дороги, это та самая трасса, по которой мы ехали.

Чем ближе мы подходим, тем я замечаю больше деталей. Шоссе специально очищенно от всех преград. Машины, которые когда-то люди бросили прямо на дороге, сейчас стоят на обочине. Видимо, их передвинули люди, чтобы освободить подъезд к городу в своё время. Часть автомобилей уже превратилась в груду металла, которая даже успела покрыться мхом или чем-то таким.

Также мне видны… скелеты людей. Да, один из них замечаю прямо в машине, другой на подходе к городу, недалеко от вывески с надписью: "Добро пожаловать в Фолс".

Есть ещё трупы пожирателей. Они разлагаются гораздо медленнее, чем обычный человек, поэтому их не сложно опознать. Мы проходим рядом с одним, от которого остались лишь куски плоти. У него искажена челюсть и часть грудной клетки из-за наростов на костях и их перестроения.

– Ничего себе, – шепчет вслух Тоби, и мы идем дальше.

Маршалл держит руку на пистолете, готовый в любую секунду его достать и выстрелить.

Когда мы заходим в сам город, то он нас встречает сплошной тишиной. Лишь ставни окон болтаются и скрепят на ветру, держась на последних болтах. Здания тут такие же небольшие, как и в Архейнхоле, где мы жили. Многие сооружения поглотила природа, лианы обвили и то, что когда-то было магазином, и обычные жилые дома. Бордюр и асфальт треснутый уже во многих местах. Машины стоят прямо на дороге в слое пыли и грязи из-за погоды. Внутри города, по всей видимости, их решили не убирать.

Я вижу множество надписей на стенах и на автомобилях. Часть из них написанная матом, другая часть с молитвой к Господу Богу и прощении грехов, просьбой, чтобы всё вернулось к тому, что было…

Крысы. Они даже здесь. Я думала, что только Архейнхолу так не повезло, но нет. Ладно, крысы – это не так плохо. Значит, здесь должна быть где-то еда и вода, им же нужно чем-то питаться.

– Здесь должна быть вода и еда, иначе крыс не было бы, – уже произношу данную мысль вслух.

– Я так не думаю.

– Тогда чем они могут питаться?

– Трупами. Людей или пожирателей. Им неважно. Видишь их глаза? Помутневшие, значит, их еда – трупы пожирателей, оставленные людьми.

У меня мурашки поползли от такого предположения, но Маршалл прав по тому, что глаза крыс и правда мутные.

– Их стоит избегать. Если укусят, то занесут инфекцию.

Мы идем дальше, и я вглядываюсь в окна домов, боясь, что там в любую секунду может появиться тень человека.

– Куда нам надо идти? – спросила у военного. Вряд ли мы зайдем в продуктовый магазин и найдем там что-то стоящее, всё уже разобрали, если оно и было.

– Тут недалеко. Надеюсь, что то место никто не обнаружил.

Да, я тоже, иначе нам придется искать другой ночлег.

Это был небольшой городок. На той карте, которая у меня была, даже значилась примерная численность населения, насчитывающая полторы тысячи человек.

Тишина захватила этот город, но сейчас она уже не так пугает, как вчера, ведь теперь каждый звук означает только опасность.

Лианы обвили бетонные сооружения, словно природа пытается вернуть то, что когда-то ей принадлежало. Пыль, зависшая в воздухе, танцует в лучах солнца, окутывая улицы золотистой вуалью. Сквозь оконные проемы, из которых давно исчезли стекла, виднеются обрывки занавесок, трепещущих от дуновения ветра.

На асфальте и на некоторых зданиях я вижу давно засохшую кровь, но не вижу трупов или того, что от них должно остаться.

Тоби чуть замедляется и после равняется со мной, чтобы взять меня за руку. Я ощущаю страх брата, но не могу сейчас ничего сказать в знак поддержки, потому что мы должны вести себя предельно тихо, пока не доберемся до безопасного места.

Все мы резко останавливаемся, когда слышим неподалеку звук, словно кто-то и что-то волочит по земле. Он движется прямо на нас, и Маршалл рукой показывает, чтобы мы с Тоби спрятались за ближайшим зданием. Я не спорю и увожу брата за руку, стараясь двигаться бесшумно. Сам Маршалл не уходит, а остается стоять на месте с взведенным пистолетом.

Мы смотрим из-за угла и ждем, пока кто-то не появится. Звук бьет по нервам, и я думаю, что лучше бы Маршалл отошел с нами, чем остался там.

Первым я вижу, как появляется нога без какой-либо обуви с потрепанной одеждой. Следом выходит и сам пожиратель, начавший скалиться. Его лицо обезображено, кусков плоти просто нет, вместо них дыры, через которые видны кости. Челюсть деформировалась, как и пожелтевшие зубы, а нос будто бы стал вдавлен в лицо. Один глаз у обращенного полностью закрыт, а другой с помутневшим зрачком смотрит прямо на Маршалла, но не видит, потому что эти твари не могут видеть. Только слышать. Вторая нога у него оказалась сломанной, кость выглядывает наружу, порвав оставшиеся мышцы, и именно её он волочит за собой. Часть волос просто отсутствует на его голове. Не могу сказать точно, когда мужчина изменился, потому что состояние тела не позволит это узнать, но сто процентов не недавно.

Маршалл при виде него даже не вздрогнул, а аккуратно убрал пистолет за пояс и достал спрятанный нож, после чего бесшумно подошел к пожирателю и воткнул его ему в горло, видя, как оттуда вытекает уже потемневшая кровь.

Он начал корчиться, оседая на землю, а через секунды полностью перестал шевелиться. После этого парень вытащил нож и направился в нашу сторону.

– Нам повезло, что это всего лишь пожиратель, и он был один. Можем идти.

Когда мы уже проходим мимо трупа твари, то Тобиас останавливается и смотрит на него.

– Никогда прежде так близко не видел пожирателя.

– Тогда тебе повезло, – отозвался Маршалл. – Это самый обычный, не успевший мутировать, к тому же давно ничем не питавшийся.

– Как ты это понял, Маршалл? – это уже спросила я.

– Он выглядел спокойным, будто находился в полусонном состоянии. Обычно те, которые недавно… перекусили, более активные, несмотря на все свои ранения.

– Значит ли это, что в городе больше никого нет?

– Надеюсь на это.

Через пятнадцать минут мы дошли до дома, находящегося на окраине. Все окна забиты досками, через которые едва проникает свет, а входная дверь открыта. Последнее меня смутило, потому что Маршалл направился прямиком к этому дому. Это и есть его безопасное место? Оно не выглядит таковым.

– Маршалл, ты уверен? Входная дверь открыта…

– Да. Я специально её никогда не закрываю.

– Почему?

– Если бы дверь была закрыта и на ней висел какой-нибудь замок, то это только привлекло лишнее внимание. Кто-нибудь из людей наверняка решил, что там должно быть нечто полезное. А так… это неприметно. Единственное, это пожиратели, но обычно они не суются в дома, если не слышат звуки. Стойте тут, я всё проверю и вернусь.

Маршалл скрылся в доме, а я переглянулись с братом.

– Ты доверяешь ему, Эйви?

– Думаю, да. Он нам помогает, без него, Тоби, вряд ли бы нам даже до сюда удалось добраться.

После предательства собственной матери сложно довериться кому-то ещё, но ему об этом знать необязательно.

Брат кивнул, задумавшись о чем-то своем, а через несколько минут вернулся Маршалл, который сказал нам проходить внутрь.

Входную дверь за собой специально не закрыли, но уже внутри мы прошли по старому коридору, и все скрылись в другой комнате, уже закрывшись.

Комната оказалась небольших размеров, но со всем необходимым. Небольшая тумба, два кресла, журнальный столик, диван и даже есть ковер.

– Переночуем здесь. Садитесь.

Мы сняли рюкзаки и присели на диван, смотря на то, как Маршалл наклонился и стал нащупывать что-то в стене.

Я заметила потайную дверцу, которую парень открыл и стал доставать оттуда несколько пистолетов.

– Запасы, – сказал он и достал ещё две таблетки кафоликона. – Немного, но может кому-то из нас пригодится.

Маршалл протянул мне и Тоби по пистолету, а один оставил себе.

– Но я не умею стрелять, – произнес брат.

– Тогда самое время научиться. Основы я тебе покажу, а меткость придет со временем.

Тоби покосился в мою сторону, и я выдала еле заметный кивок. Как бы мне не хотелось защитить и отгородить его от всей этой ситуации, но я не смогу постоянно находиться рядом, поэтому ему и правда стоит научиться защищать себя.

После Маршалл достал из тумбы две бутылки с водой и тоже отдал нам.

– Завтра нам нужно выбрать, где наберем воду, потому что без неё мы не дойдем. А пока ешьте и ложитесь отдыхать. Дежурить будем тоже по очереди, но по двое, так как время у нас до темноты ещё с запасом.

В тишине мы приступили к еде, а после Маршалл разложил диван и сказал Тоби спать первому.

– Эйви, – брат посмотрел на меня, отводя взгляд, – а ты можешь почитать мне?

Он закусил губу, словно стесняется Маршалла и такой детской просьбы.

– Конечно, – я специально взяла одну из книг. Она не особо тяжелая.

Тоби разулся и лег на диван, а я накрыла его пожелтевшей со временем простыней, которая тоже здесь оказалась.

Маршалл сел в одно из кресел и тоже прикрыл глаза. Я же несколько раз бросила взгляд в его сторону, тоже испытывая некую неловкость. Обычно читаю только, когда мы с Тоби остаемся наедине. Даже при Эллиоте ни разу не читала вслух.

Собравшись с мыслями, начала читать, а после и не заметила, как сама погрузилась в сюжет, забывая о том, где и с кем нахожусь. Минуты превратились в часы и отвлеклась лишь, когда послышался легкий кашель парня.

Я вздрогнула и тут же прекратила, замечая, что Тоби уже уснул, а Маршалл шепотом сказал:

– Извини. Не хотел тебя прерывать.

– Я уже всё равно собиралась заканчивать. Тоби уснул.

Убрала книгу обратно в рюкзак и переместилась с конца дивана на кресло по соседству с Маршаллом.

– Что случилось с вашим отцом?

Не ожидала такого вопроса, но спокойно ответила, пожав плечами:

– Он бросил нас. Записался в самоубийцы и уехал, а на следующий день мама узнала о том, что беременна Тоби.

Маршалл посмотрел на меня слишком задумчивым взглядом, наверное, размышляя и о маме, которая совсем недавно поступила почти также. Какая у нас сплоченная семья.

– А что насчет того твоего друга… Эллиот, кажется. Почему он не отправился с вами?

– У него больной отец, которого парень не смог бы бросить. Тем более, Эллиот родился в одной из общин и знает, как мир обустроен за пределами квадрантов. Он бы не хотел сюда возвращаться при любом раскладе. А что насчет тебя, Маршалл? Ты говорил, что в Архейнхоле у тебя нет ни семьи, ни друзей… Откуда ты?

– Из Самервоула, – это очень далеко отсюда. – И да, у меня действительно никого нет. Отец… я никогда его не знал, только то, что в своё время он тоже записался в самоубийцы, а мать обратилась в пожирателя, когда мне было девять.

– Мне жаль, – глупые слова, но более я ничего не могу сказать. Не знаю, что больнее – когда родитель бросает собственного ребенка или когда превращается в тварь и теряет остатки сознания.

– Ничего. Это было давно и с каждым новым днем я забываю её лицо всё сильнее, поэтому уже не так больно вспоминать об этом, – Маршалл произнес всё это спокойным голосом, но с отсутствующим взглядом.

– Как ты попал в Архейнхол?

– Захотелось сменить локацию, поэтому сначала я записался в самоубийцы, а после покинул квадрант, отправившись в Архейнхол с небольшой группой военных, которые решили поступить так же. Не все дошли.

– Сколько тебе было?

– Семнадцать. Однажды мы наткнулись на несколько ликторов и хорошо, что я выглядел старше своих лет… Но не думаю, что они забрали бы меня даже узнай, сколько мне. Я слишком стар для них. Они берут к себе, кого помладше.

Меня передернуло, когда Маршалл упомянул ликторов. Перед глазами сразу же всплыла та самая картинка с мертвым телом, раздробленным черепом и той нечеловеческой улыбкой.

– Что тебе известно о ликторах? В лесу я видела их впервые.

– Немного. Мальчиков сирот забирает правительство и готовит их: обучает владению оружием, боевому искусству и другим вещам. Их учат убивать пожирателей, но… еще я слышал, что над ними тоже проводятся какие-то эксперименты, чтобы сделать их сильнее обычного человека, – Маршалл отвел взгляд в сторону, заговорив ещё тише, – похоже, это правда, потому что то, что мы видели в лесу… Я тоже не видел ранее ничего подобного. Раздробить череп не так-то просто, особенно голой рукой.

– Они должны защищать нас от пожирателей.

– Похоже, у некоторых из них иные цели.

– Ты тоже мог попасть к ним в руки, тебе же было девять, Маршалл.

– Да, мог, но мне повезло. Хороший друг отца, тоже военный, решил скрыть факт смерти моей мамы до тех самых пор, пока я не уехал из того квадранта.

Как только человек становится пожирателем, то он считается мертвым.

– Тогда тебе и правда повезло.

Мой отец – считается мертвым, мама тоже в возможном списке, как и я. То есть если по какой-то причине у меня не получится добраться до какого-либо квадранта, а у брата получится, то его посчитают сиротой и могут отдать к ликторам. Не могу этого допустить.

– Нам нужно раздобыть машину, – произношу я, переводя тему, и достаю карту, после подсаживаюсь ближе к военному, – я ещё думала об этом в прошлый раз. С ней мы значительно сократим время.

– Да, но все трассы на контроле у квадрантов или общин. Если первое еще не так страшно, то второе… путь через некоторые дороги может дорого обойтись. Люди могут затребовать плату, которой у нас просто не будет.

– Кафоликон?

– Необязательно, – взгляд Маршалла опустился на меня и медленно прошелся по телу, – некоторые могут захотеть тебя.

– Меня?

– Да. В рабство или на торги. Ни в том, ни в другом нет ничего хорошего, поэтому я бы обошелся без машины. Да, мы потеряем время, но будем в безопасности.

От его предположения по моей кожи побежали мурашки, а внутри всё сжалось. Я не думала в таком ключе…

Тогда Маршалл снова прав. Лучше пешком. Правда есть одна проблема – кафоликон, которого не хватит даже на одну треть пути.

– Предлагаю завтра двигаться в этом направлении, – указательным пальцем парень указал на точку, где мы сейчас находимся и повел по карте дальше, обводя некоторые участки, – раньше в этом месте было что-то похожее на родник. Проверим его и если нам повезет, то наберем воды во все пустые бутылки, которые у нас есть. Дальше будем идти без долгих остановок, почти до самой ночи и заночуем в этом месте, – на карте место обозначено одним сплошным лесом, – он гуще, чем предыдущий, найдем тоже что-то похожее на пещеру. Затем ещё два дня пути и доберемся до более крупного города. Каслтон. Там я не был, поэтому не знаю, как обстоят дела с пожирателями и людьми в целом, но там мы должны будем найти одежду и что-то из еды, так как с каждым километром будет только холодать.

– Хороший план.

– Нам могут встретиться не только ликторы и люди из общин, но и самоубийцы, не забывай, Эйви. Они тоже представляют опасность, в особенности военные, такие, как я, обученные люди, готовые на все.

Мы продолжили обсуждать варианты событий, стараясь всё предугадать, но ко всему не подготовишься, как бы не хотелось.