Глава 24

Керн

– Ясное дело, тебе сейчас не до этих дел, Керн. Ты сейчас только и думаешь, чтобы ночи напролёт со своей истинной кувыркаться. Вот только должен понять, что сейчас не время. О других надо подумать как главе клана.

– Не нужно учить меня, Берт. Я все знаю, – произношу резко. Меньше всего мне сейчас нужны нотации. – Мои люди постепенно окружают земли Тормудов.

– Ты уверен, что они причастны? – мрачнеет Берт.

– К сожалению, информация подтвердилась. Не знаю пока точно, в курсе ли Ричард, но Кейдеон – точно приложил к этому руку. Нашлись свидетели его встречи с отцом Даны.

– Вот ведь мерзавка! – рычит в ответ дядя. – Как увижу, собственными руками разорву!

– Она не дура, давно покинула город, как и ее папаша.

– Ты представляешь, какое влияние имел Вельганд в нашем регионе? – Берт хватается за голову. – Черт, как же всё не вовремя!

– Если Миллан представляет такой интерес, тогда вряд ли его дочь можно просто «разорвать», – произношу не скрывая сожаления. У меня тоже немалый счет к Дане Миллан. И я не буду раздумывать, насколько влиятелен ее отец, когда она попадет мне в руки. Хотя… быстрая смерть вряд ли достойное для нее наказание.

– Из-за этой суки я лишен возможности поехать к любимой, – ревет Берт.

– Литу привезут к тебе. Сделают все возможное.

– Только нет никакой уверенности, что операция пройдёт успешно.

– У нас больше численность, более опытные воины. Ричард большую часть средств спускал в казино, обожает роскошь, приемы, вечеринки. Кейдеон… конечно силён, у него крепкий костяк преданных людей. Но мы превосходим по численности в несколько раз.

– Так ты выдвигаешься сам? Чтобы напасть на них?

– Я хочу, чтобы был эффект неожиданности. Наверняка они следят за нами, я в этом не сомневаюсь. То, что я расслабленно сижу у себя дома, со своей истинной, наслаждаюсь ею, забыв о мести, должно притупить их внимание. Разумеется, в одну из ближайших ночей я отправлюсь к своим людям…

– А твоя девчонка об этом знает?

– Нет, я не хочу волновать её.

– Представляю, какой сюрприз будет.

– Я хочу привезти тебе Литу, чтобы ты не переживал. Чтобы ты мог проживать свои дни счастливо, со своей волчицей. Разве этого мало? Возможно, не будь я тебе должен, за то что ты вырастил меня и взвалил на плечи заботу о клане, я бы может и плюнул на Тормудов. Отложил все это.

– Нет, Керн, откладывать такое нельзя. Они заманили тебя гостеприимством, потом напали. Думаю, Ричард не знал об этом, как и Лита. Ей я доверяю абсолютно…

– Но сын Ричарда точно замешан.

– Да, он да он с самого начала был крайне негативно к нам настроен. Есть ещё вопрос о Стейне. Думаешь, он жив?

– Думаю, он у них плену. Возможно, придётся отбивать его. Поэтому и стараюсь сейчас максимально расслабить Тормудов. Они могут использовать Стейна… Шантажировать нас.

Вопрос Берта о том, жив ли мой младший брат, отзывается внутри всполохом боли. Не хочу даже мысли такой допускать! Конечно же Стейн жив. Он порывистый, эмоциональный, упрямый… И он умеет выживать в любых условиях. Я вырастил его, заменил отца, всегда заботился. Да, Стейн самолюбив и непослушен. Вечно лезет на рожон. Возможно, на этот раз ему не сошло это с рук. Но мёртв? Нет, такого быть точно не может. Я вытащу его во чтобы то ни стало, где бы он ни был.

– Я подожду три дня, если не привезешь Литу по истечении этого срока, я отправлюсь за ней сам, – произносит Берт ворчливо.

– Я тебя понял, дядя. Ты переживаешь, но только не стоит мне ставить ультиматумы. Сейчас ошибки и порывы сердца могут обойтись слишком дорого. Доверься мне. Ты должен понимать, что сам уже давно не участвовал в таких мероприятиях. Ты только можешь всё сделать хуже. Мне нужно вытащить твою истинную, нужно вытащить брата. Дай мне время. Я понимаю, что ждать тебе очень и очень нелегко.

– Надеюсь, ты никогда не узнаешь каково это, когда твоя истинная в руках твоих врагов!

– Твоих. Но не её. Она среди своей семьи… Ты не знаешь что она сделает, если от нас пострадает кто-то из ее близких, – мрачнею от озвученной мысли.

– Значит, мы не будем лишать жизни этих волков. Они понесут другое наказание.

– Я не могу тебе обещать, что не убью Кейдеона Тормуда.

– И все же ты должен это пообещать, – настаивает дядя.

Разговор с Бертом вымотал меня, но сейчас было не время для того чтобы позволять себе расслабиться. Айви уехала к родителям. Я не мог выбросить из головы, что мне предстоит разговор с человеком, который лишился сына по вине моего брата. Все ужасно запутанно, сложно… Но выход должен быть! Хочу верить, что разговор пройдёт нормально. Пусть не сразу, но родители Айви должны постараться принять ситуацию. Ради счастья своей дочери. Может быть, действительно хорошо, что Айви поговорит с ними раньше чем я. Так у них будет время хотя бы немного подготовиться.

Айви Как же славно оказаться в маминых объятиях! Рыдаем обе, прибегает Виктор, за ним Серена. Последними со второго этажа несутся вниз близняшки.

– Айрис, Тина! Как вы выросли, – обнимаю сестренок. – Я так счастлива, что вы дома!

– Главное что ты дома, Айви! Мама с ума сходила, страшно волновалась, – говорит Серена. – Мама очень переживала за тебя, – с укоризной смотрит на меня старшая.

– Да, знаю.

– У тебя очень опасная работа, Айви.

– Нет, на самом деле это случайность, такого больше не повторится.

– Ты не можешь быть в этом уверенной, – качает головой мама.

– Как и во всех остальных ситуациях, – грустно качаю головой. – Серена, дорогая, ты так выросла. Совсем взрослая.

– Повзрослеешь тут, с такими событиями, – вздыхает девочка.

– Кстати, когда вернётся папа? Обычно он уже дома.

– Да, он предупредил что задержится, но ненадолго. Может около часа.  Ты же останешься у нас ночевать, дорогая? Я сегодня не отпущу тебя никуда.

– Мамочка, мне нужно поговорить с тобой наедине…

***

– Боже мой, ты не все рассказала? – испуганно спрашивает мама, когда остаемся одни на кухне.

Серена быстро поняла ситуацию, взяла за руки близняшек. Очень умная девочка, понимает, когда дело серьезное. Виктор тоже понятливый, так что мы без проблем уединились с мамой на кухне.

– Я должна тебе кое-что рассказать, – начинаю, чувствуя внутреннюю дрожь.

***

– Ты не можешь сказать такое своему отцу, Айви. Это убьет его! – восклицает мама, когда заканчиваю свой рассказ.

– Мамочка, послушай, у меня нет другого выхода. Да, знаю, со стороны все выглядит ужасно… но Керн… он понравится вам, если вы дадите ему шанс! Он очень благородный, смелый. Несколько раз спас мне жизнь. Пожалуйста, не говори что вы никогда не сможете принять его как мою пару! Я не вынесу этого!

– Я не знаю что тебе сказать, дорогая! Но если честно, я не представляю как твой отец отреагирует на это, – с болью произносит мама.

**

Я не успела рассказать обо всём папе. Не могу сказать с уверенностью, нашла бы в себе решимость или нет, но так вышло, что Керн и мой отец подъехали к нашему дому одновременно и встретились буквально на пороге.

В тот момент мы с Сереной накрывали на стол в гостиной. Услышали шум на улице, громкий спор, крики отца. Вывалили всей толпой на крыльцо.

– Мерзавец, как ты посмел явиться сюда? – отец бросается на Керна, его глаза полыхают, он настолько взбешен, что готов обратиться. Готов драться с альфой! Который превосходит его во всем! В силе, ловкости, гораздо опытнее и моложе…

– Папа! Не надо, прошу! Остановись! – кричу изо всех сил.

– Прошу вас, Роберт. Выслушайте меня, – предельно спокойно произносит Керн.

– Роберт, прошу тебя, успокойся, – на крыльцо выбегает мама. Я бегу вперед, встаю между отцом и любимым.

– Отпусти его, Роберт, – мама бросается следом. Ты не можешь так разговаривать с альфой, как бы ни был зол! – мама пытается вразумить отца.

– Мне плевать кто он, ясно?

– Мы живем на его землях! Выбрали его клан!

– Мы встречаемся пап! Мы истинные! – вырывается у меня.

Все моментально замирают, ошеломлённо глядя на меня. Я чувствую их взгляды. Мы привлекли внимание соседей, которые повысыпали на улицу. Не свожу глаз с Керна. В его взгляде плещутся гордость и любовь, и это поддерживает меня, придает сил.

Я уверена, что все делаю правильно.

– Мамочка, прости, но я не останусь на ужин. Папе надо остыть…

– Да, хорошо, может так и будет лучше.

– Поедем домой, любимый, – беру Керна за руку.

***

– Почему ты приехал? – спрашиваю мягко.

Мы выбрали по пути симпатичный ресторанчик, очень уютный. Заказали еду. Немного обидно, мама наготовила моих любимых блюд, но что поделать. Надо дать отцу время.

– Мы вроде договорились, что ты приедешь через пару дней…

– Да, прости, Айви. Я знаю, что подвел тебя. Нарушил обещание.

– Нет, не подвел. Все будет хорошо. Я просто интересуюсь причиной. Ммм, очень вкусные болоньезе. Правда. Просто супер!

– Дорогая, мне придется ненадолго уехать.

Все обрывается внутри. Я чувствовала… Знала. Керн Велланд не из тех, кто спускает обиды.

– Ты отправляешься… на войну? – спрашиваю обмершим голосом.

– Дорогая, мне нужно вызволить брата. Привезти Берту его истинную. Но ты права, это и месть тоже.

– А Дана?

– Ее мы тоже выследим. Обязательно.

– Я не хочу, чтобы ты уезжал…

Одинокая слеза скатывается по щеке. Мне пронзительно больно. Страшно.

– Ты сильная, Айви. Я знаю, что ты меня дождешься, любимая.

Конечно же я его дождусь, как может быть иначе? Но как же больно расставаться, когда мы только обрели друг друга! Ночь перед отъездом Керна была невероятно пронзительной. Он занялся со мной любовью, сначала нежно, но постепенно это переходило в бушующий ураган страсти. Я цеплялась за него все сильнее, будто только его сильные плечи могли спасти меня, удержать на краю пропасти.

– Пожалуйста, присмотри за Бертом, – озвучивает странную просьбу Керн.

Смотрю на него непонимающе

– Знаю, малыш, тебе сейчас не до этого. С родителями надо отношения наладить.

Но я очень тебя прошу, пока меня нет, оставаться в особняке. Здесь максимальная защита. Если вдруг нашим врагам захочется сделать ход конем, хотя я уверен что до этого не дойдёт. У меня везде глаза и уши, я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось!

– Все будет хорошо, – касаюсь губ альфы кончиками пальцев. – Обещаю, я присмотрю за твоим дядей. Ты только возвращайся скорее!

– Учти, Берт будет становиться невыносимее с каждым днём, пока Лита не окажется рядом, – предупреждает Керн мрачно.

– Со мной будет то же самое, пока ты не окажешься рядом, – улыбаюсь грустной улыбкой.

***

– Не переживай, Айви, он скоро вернётся! – пытается поддержать меня лучшая подруга.

Белла даже переехала ко мне в особняк, чтобы мне было не так тоскливо. Отец отказывался говорить со мной и запретил появляться дома, это был сильный удар.

Никогда не думала, что подобное может произойти! Что буду встречаться с собственной матерью тайно, на окраине города…

– Роберт придёт в себя, просто дай ему время, – маме больше нечего сказать. Это и уговоры, и утешения, все одно и то же. Подожди. Дай время. Я словно подвешена в невесомости!

– Конечно, я жду, – вздыхаю. – Хотя, разве у меня есть выбор?

– Роберт никак не может пережить смерть Влада, ты же знаешь.

– И поэтому отказывается от общения с другим своим ребенком?

– Айви… мне очень жаль. Ты сильная, мудрая девочка. Только поэтому я верю – все наладится.

– Мне тоже очень жаль, мамочка…

***

Берт тоже добавлял тревог и проблем, с каждым днем они росли в геометрической прогрессии.

Ворчал постоянно, срывался на слуг, буквально изводил их! Я не могла оставаться в стороне, особенно когда он доводил до слез молоденькую служанку Энни. Девушка устроилась в особняк совсем недавно, буквально за месяц до нашего с Керном возвращения с земель Тормудов.

Мы сразу подружились, общались, хотя Энни была ужасной скромницей, выросла в деревне. Город был для нее чем-то волшебным. Мы с Бел взяли ее под свою опеку. Бел брала ее на шопинг, в кино. Берт приходил каждый раз в ярость. Его бесило, что я так общаюсь с прислугой. Словно эта профессия – клеймо. Чертов эксцентричный старик!

Я заступалась за Энни, переключала гнев Берта на себя.

Вот и сегодня, услышала крики и выскочила из комнаты.

Энни стоит посреди гостиной, вокруг осколки вазы.

– Ты представляешь, сколько она стоит? – орет Берт.

– Вы толкнули меня! – с отчаянием восклицает девушка.

Делает шаг и вскрикивает.

– Убери немедленно, слышишь? Я не потерплю…

– Оставайся на месте! – подаю голос. Берт задирает голову вверх.

– О, снова хозяйка поместья нарисовалась? – произносит язвительно. – Не много ли на себя берёшь, дорогуша? Это пока ещё не твой дом! Ты здесь только гостья.

– Это не значит, что я позволю обижать невиновного! Разве не видите, она поранилась! Энни, стой на месте! Белла! Бел! – зову подругу. – Захвати пожалуйста аптечку.

– Ты веришь ей а не мне? – Берт изумленно таращится на меня.

– Да какая разница, во что я верю! – восклицаю раздраженно. – Вы в последние дни невыносимы, а Энни поранилась, ей нужна помощь. Я не позволю заставлять ее собирать осколки в таком состоянии. Да и вы не захотите, чтобы она залила ваши ковры кровью. Стой на месте, милая. Я спускаюсь!

– Да кто ты такая… – орет Берт.

– Истинная вашего племянника!

Я начинаю спускаться по лестнице со второго этажа, взбешенный Берт – поднимается мне навстречу. Подходит вплотную.

– Наглая пигалица! У моего племянника всегда был отвратительный вкус на женский пол!

– Отойдите…

У меня вдруг начинают кружиться голова.

– Что ты вообще тут забыла? Своего дома нет?

– Айви, все, нашла аптечку…

Слова Бел – последнее что слышу. Теряю равновесие, качусь вниз по лестнице. Голова вспыхивает болью, и я проваливаюсь во тьму.