Глава 31

Расслаблюсь, когда мы отъезжаем без происшествий, но только до того момента, пока я не начинаю чувствовать, как в кармане начинает вибрировать.

Вот засада! Я же в его пиджаке. Достаю телефон, вижу, что ему звонит тетя Ирина.

В груди закололо. Не буду брать трубку, как я потом это все объясню?

Может попросить Богатырёва развернуться и отдать телефон? Наверное, так и нужно было сделать. Но я промолчала и просто продолжила следить за дорогой.

Этот запах и в машине. Приторно. У Лерки на подобии духи и меня начинает подташнивать.

— Что за вонь?! — восклицаю я.

— Не понимаю, о чем ты, — парень пожимает плечами и продолжает сосредоточенно следить за дорогой.

Мира, брось! Что за истерика? Спугнуть вздумала?!

Я слишком долго ждала, чтобы сейчас в момент все просрать. У парня чуть ли пар из ушей не валит, а я продолжаю задавать наиглупейшие вопросы о запахе и где он находился.

Он мне не парень, чтобы отчитываться предо мной. Пока не парень. Только пока.

— Ты опоздал. Знаешь, мог бы и предупредить, — все же вырываются на волю мои негодования.

Ну правда! Кто же так делает?

Правильно Руслан Львович сказал. Вот в нем я почему-то уверена, что он не поставит девушку в такое некомфортное положение, а сделает все в лучшем виде. Тете Ирине повезло.

Ага, повезло… мужик изменщик.

Ну это не мои проблемы. Завтра расскажу все Лере, она же просила помочь ей найти каку в отчиме, вот, дело сделано. Пускай она сама своей маме докладывает, а я постою в сторонке. Вообще не нравится мне это все, пипец как не нравится!

— Севастьянова, бл*ть, ты вообще слушаешь меня?!

Слава ударяет кулаком по рулю, возвращая меня на землю. Блин. И о чем он говорил?

— Прости…? — мямлю себе под нос.

— Говорю, поехали ко мне.

Так сразу?! Сейчас?

Он же знает, что я откажусь. Заладили сегодня. Что один, что второй.

Тяжело вздыхаю, потираю пульсирующие виски. Настроение падает, не хочу никуда ехать, домой хочу, завалиться спать.

— Давай домой, — говорю отрешено, наблюдая пейзажи за окном двигающегося авто. — То есть по домам, — поправляю себя, — голова раскалывается.

— В чем дело, Севастьянова? — спрашивает этот тупоголовый остолоп раздраженно.

Как меня бесит, когда он фамильярничает!

— Ты это сейчас серьезно? — спрашиваю, обращая весь взор на него. Окей, я ему все разъясню. — Ты опоздал. Раз, — загибаю перед его лицом первый наманикюренный палец. — Оставил меня одну, не предупредив. Два, — наблюдаю за тем, как меняется его выражение лица. Ох, он действительно рассчитывал на жаркий вечер? — От тебя за версту воняет женской туалетной водой. Три, — и это самое обидное. — А сейчас ты предлагаешь мне ехать к тебе. Не о таком свидании я мечтала, Богатырёв… — произношу его фамилию в таком же тоне, как он произносит мою, — не о таком.

Он молчит. Так и едем оставшуюся дорогу в полной тишине, не промолвив и пары слов.

Он останавливает машину у моего подъезда, пробурчав ему пока, с гордо поднятой головой покидаю его.

Захожу в квартиру, скидываю с себя вещи, оставаясь только в трусиках, заваливаюсь на кровать и заливаюсь горькими слезами.

Успокоившись, бессовестно шарю в телефоне Руслана Львовича, ища хоть что-то интригующее, но у старикашки ничего интересного нет.

Даже его голенькой фоточки не имеется. Ничего.

Откидываю телефон и ещё поныв в подушку, проваливаюсь в тревожный сон.