Глава 14

Три месяца спустя Эмират Эль Хафизир Саввелий Сидел в кресле на частном пляже, вдалеке переливалось всеми оттенками голубого, белого и изумрудного спокойное море. Над спокойной водной гладью парили белые чайки. Вдалеке виднелась шикарная яхта принадлежащая эмиру Эль Хафизу. Я смотрел как резвятся на пляже моя любимая девочка. Как весело смеется мой Лисенок, бегая наперегонки с полупрозрачными морскими волнами. Свободные легкие восточные одежды под порывом теплого ветерка обтянули ее уже видный беременный животик. Василиса смеясь, то бежала в океан, раскинув руки в стороны, то весело отбегала назад, уклоняясь от легких волн. Придерживала рукой выпуклый животик. – Саввушка, иди ко мне, давай поиграем… – ухмыльнулся на призыв жены, уже предвкушая, как именно буду с ней играть. В четыре месяца беременности моя малышка стала очень чувствительной. Ее либидо буквально взбесилось мне на радость. И я готов был удовлетворять его везде… Всегда… Выполять любое даже самое пошлое желание моей сладкой малышки… – Обязательно поиграем, моя любовь… – ухмыльнулся греховно, уже представляя во всех красках наши порочные игры. Ощущая, как каменеет еще сильнее член в легких брюках. Чертов стояк! Рядом с моей девочкой это постоянное состояние. И ее беременность лишь усилила мое влечение к жене. Откинулся назад, на спинку плетеного кресла, широко расставив ноги. Ожидая, когда моя девочка сама придет поиграть со своей любимой игрушкой. Вспоминал прошлое… Осознавая, насколько близок был к тому, чтобы потерять и ее, и наших будущих малышей… Все сильнее погружаясь в воспоминания трехмесячной давности. От которых до сих пор мороз по коже, и все волосы на теле вставали дыбом… Жуткие образы прошлого нахлынули, утягивая меня назад на три года… Три месяца назад Прозвучали выстрелы… А дальше все как на замедленной кинопленке. Ужасные кадры крутились перед моим взглядом до сих пор… Грудь и плечо обожгло яркой болью. Словно в нее одновременно впился рой обозленных ос. Жгучая волна разливалась по телу, заставляя стиснуть зубы. Я пошатнулся, зашипел сквозь зубы, зажимая горящую огнем рану рукой, кинулся на Эммочку. Схватил ее за руку, заломил, сжал запястье до боли, так что стерва закричала, заскулила… – Отпустиии… Больно… – зашипела она, вырываясь из моей хватки, но все же разжала пальцы, и оружие со стуком грохнулось на пол. – Мой мальчик… – запричитала Эммочка, пытаясь вырвать руку, и погладить меня по щеке окровавленными пальцами. Я смотрел как по ее груди расплывается красное пятно. Чувствовал, как она задыхается, слабеет и обвисает в моих руках. Булькает и хрипит, уже хватаясь за собственное горло… – Запомни, я никогда не был твоим, тварь! – прошипел, обхватив пальцами ее за подбородок, заглядывая в постепенно остывающие глаза. – И никогда не буду! Отшвырнул ее прочь от себя, и пошатываясь пошел к той самой, любимой… единственной… – Лисенок! – прошептал, прижимая к груди ослабевшую девушку, слегка встряхнул, заставив прийти в себя. – Савва! – прошептала моя девочка, обнимая, лихорадочно ощупывая меня. – Живой! – всхлипнула, обхватив руками мое лицо, пристально вглядываясь в глаза. – Живой! – покрывала поцелуями скулы, губы, нос, лоб, щеки! – Глупая! Ты почему не сбежала? Почему не спряталась как я приказал? – прошептал хрипло, обхватив ее лицо ладонями, покрывая поцелуями. – Как же я могла тебя оставить? Того, кого люблю больше жизни… По ее щекам текли слезы, в глазах сиях свет… Чистый. Яркий. Обжигающий. Согревающий меня своим теплом. Дарящий счастье. Я обнял мою девочку, прижал к себе из последних сил. Зарылся лицом в мягкий волосы на макушке. С жадностью вдыхал ее запах. Такой родной, такой соблазнительный, такой мой! Аромат родного дома заполнил легкие, затуманил разум. – Моя сладкая девочка! – прошептал в ее макушку. – Только моя! Любимая! – Нет! – прошипела злобно Эммочка. – Раз не мой, тогда ничей! Я успел лишь, развернуться, прикрыть собой мое счастье. Вздрогнул, ожидая острую боль в спине, уверенный, что даже такой хреновый стрелок как Эммочка не промажет с короткого расстояния. Но резкой боли в спине так и не последовало. Раздались выстрелы, но я ничего не чувствовал. Боли не было. Обернулся, наблюдая как Эммочка со стеклянным взглядом и с оружием в руке, падает на пол. В следующее мгновение, мой кабинет заполонили люди в черных костюмах, с оружием наперевес. Я обернулся, закрывая Василису собственным телом от любой опасности. Прижимал к тебе дрожащую девушку, успокаивающе поглаживая по спине. Не замечая, что сам истекаю кровью, не чувствуя боли в плече и груди. И уж тем более, не ожидал увидеть и услышать того, кто вошел в мой кабинет следом за людьми в черном. – Решил сдохнуть героической смертью, Док? – насмешливо произнес непонятно откуда взявшийся нефтяной член. – А кто будет вести беременность моей новой жены? И кто позаботиться о твоей Василисе? Моей родной падчерице… – Ах ты гад… – прошипела мой Лисенок, вырываясь из объятий, кинулась на эмира. – Извращенец! Где моя сестра? Мне едва удалось перехватить девушку, и снова прижать к себе. Острая боль при этом прострелила плечо и грудь слева. – Милая, нет! – Василиса, ты своей несдержанностью сейчас погубишь своего доктора, – насмешливо произнес эмир, застыв в окружении охраны, скрестив руки на груди. – Может оставим наши семейные разборки на потом, а сейчас ты позволишь моему врачу осмотреть твоего любовника? И с этим позором мы еще разберемся! Неслыханно, чтобы приемная дочь эмира рожала вне брака. Такой позор смывается только кровью… Эмир насмешливо взглянул на меня, кивая на рану. – Кровью Док видимо уже искупил, засчитано… Но этого не достаточно. Ну, Док, женишься на моей падчерице? – продолжал дерзить эмир, уверенный в ответе. – Или мне начинать подыскивать для нее подходящего жениха? – Только через мой труп! – рыкнул раздраженно, прижимая к себе. – Она только моя! – Если ты продолжишь строить из себя героя, то сдохнешь раньше, чем мы сыграем вашу свадьбу. Василиса, позволь уже моему врачу осмотреть этого упрямого осла! – Савва, – прошептала моя девочка, поддерживая меня, помогла дойти до кушетки, – прости! – Вот уж кого я не ожидал тут увидеть, так это тебя… – пробормотал я, садясь, и позволяя доктору провести осмотр, и оказать первую помощь. – Да я сам от себя не ожидал… Но моя Злючка настояла, и вот я здесь… – Обвел надменным взглядом царивший вокруг хаос. – Док, будешь сам разгребать все это дерьмо? Или позволишь задействовать мои ресурсы? Кстати, я так и не услышал, берешь ли ты в жены мою падчерицу Василису? – Да! – рявкнул я, не отпуская от себя девушку, держа ее за руку. Боялся потерять. – На все твои вопросы! Чертов эмир! Я согласился на помощь эмира, прекрасно осознавая, насколько он всесилен. И что только так я не потеряю Василису. Проблема и правда решилась по щелчку его пальцев. Труп Эммочки пропал. Бардак в лаборатории испарился. А мы с Василисой отправились в бессрочный отпуск. В теплые края. Клинику пришлось закрыть. Мы обосновались в эмирате Эль Хафизир, где я продолжил свои разработки при поддержке эмира и его фондов. Но самое главное в моей жизни не работа. С некоторых пор ее занимает моя обожаемая жена. Мой Лисенок. Ставшая смыслом моей жизни. Моя любовь. Мое счастье. Мое все! Василиса Заигралась с прозрачными изумрудными волнами. Отбежала от очередной волны, смеясь, наблюдала как она разбилась в брызги, накатив на берег. Оставляя мокрые пятна на моей восточной просторной одежде. Лилового цвета легкое длинное платье, облепило животик и ноги. Я обхватила рукой убежище, в котором росли наши с Саввой детки. Обернулась, глядя на любимого мужа… Такого родного, моего… которого я едва не потеряла три месяца назад. Ощущала как сладко потянуло внизу живота. От нарастающей пульсации между бедер трусики и легкие шаровары промокли. Шелковая тонкая ткань облепили половые губки и выпирающий между ними бугорок клитора. Так захотелось снова ощутить на себе ласки и любовь моего мужа. А внутри жесткий член… Застонала, стиснув бедра, но это даже на долю не сняло напряжение и мучительную боль в киске. Развернулась, и плавной походкой направилась к мужу. Едва не стонала от наслаждения, ощущая как сладко ноет между ног при каждом шаге. Жар от песка проникает через кожу голых ступней. Струится вверх по ногам, растекаясь горячей лавой по уже влажным лепесткам. Наклонилась, взяла подушку с соседнего шезлонга, бросила ее на песок, между широко расставленных ног мужа. Оперлась о его мощные бедра, и опустилась на колени. Скользнула ладонями вверх, до талии, до широкого пояса, под которым скрывалось моя самая любимая игрушка. Обхватила толстый ствол пальчиками, застонала от ощущения горячей и длинной плоти. Ловко расстегнула пуговицы ремня, вжикнула молнией, распахнула ширинку, высвобождая на волю горячую и жесткую плоть… Обхватила ладошкой у широкого основания, скользнула пальцами по увитому венами стволу. Размазывая по головке капельки смазки. Словно зачарованная уставилась на мое самое любимое зрелище. Крупная головка розового цвета манила к себе… Блестящая, с капельками прозрачной смазки. Я помнила какая она на вкус, и жаждала снова его попробовать. Наклонилась, и обхватив головку ртом, лизнула словно сливочное мороженое.