Глава 2

Я шла с Асей по торговому центру и мысленно гадала, что имел в виду Эмин Наильевич. Советоваться с подругой не решилась, чтобы она ненароком не озвучила вслух мои собственные опасения. Мы шли мимо бутика, когда я увидела на манекене потрясающей красоты платье. В золотом цвете… – Давай зайдем, – потянула за руку подругу. – Воу, а тут не слишком дорого? – покрутила головой Ася. К нам навстречу уже шла продавец с учтивой улыбкой… А спустя десять минут я вышагнула из магазинчика с дорогостоящей покупкой. Когда я надела платье в примерочной и посмотрела на себя в зеркало, то поняла, что оно – моё. Такое у меня редко бывает. «Поздравляю с покупкой. Не терпится увидеть тебя в новом наряде», – прислал мне сообщение отчим. Он что, за мной следит? Меня бросило в дрожь, и я огляделась по сторонам. Ерунда какая! Токаев просто уведомление от банка получил за списание средств, вот и понял, что я купила обновку. После чего мы выпили кофе с подругой и отправились по домам. Эмин Наильевич стоял у окна в гостиной, пил кофе и смотрел на виноградники, стоящие стройными рядками. Его любимое детище! – Добрый вечер, – поздоровалась тихо. – Может, мне нужно спросить у мамы насчет похода с вами на мероприятие? Он повернулся ко мне, и я увидела, что рубашка на нем расстегнута, а не завязанный галстук болтался вокруг шеи. Волосы его как обычно уложены в прическу на левую сторону, а глаза странно поблескивали. – Об этом не волнуйся. Оля уже в курсе. – Хорошо, тогда пойду переоденусь. – Лиза, постой. Завяжешь мне галстук? Я опустила пакет в кресло и подошла к отчиму. А затем застыла в нерешительности. – Сначала бы надо застегнуть рубашку, – смущенно опустила глаза в пол. Отчим находился в отличной форме: плоский живот, широкие плечи и мускулистая грудь. – У меня заняты руки, – кивнул он точеным подбородком на чашку кофе. – Застегни ты. Пустяковая просьба, в которой угадывалось что-то интимное, заставило мое сердце пуститься вскачь. Трясущимися руками я ухватилась за первую пуговицу и чуть не оторвала ее. – Не волнуйся ты так. Всё хорошо, – сказал он гипнотизирующим голосом. Ребром ладоней помимо своей воли чувствовала его каменную грудь. Впервые касаюсь его вот так… не случайно. Мысли запутались в клубок, дыхание сбилось, а отчим стоял как ни в чем не бывало и делал вид, что не замечал моего полуобморочного состояния. Не знаю, как мне удалось выполнить просьбу без потерь. Теперь остался галстук. Я прекрасно умела завязывать его в узел, но сейчас руки не слушались меня. Ненароком зацепила пальцами его шею и поразилась тому, какая она у него горячая. – У тебя прекрасно получается, – подбадривал меня Эмин Наильевич. Кое-как завязала и расправила галстук. Отчим поймал меня за руку и поднес её к своим губам. – Спасибо, – оставил на запястье поцелуй, и мою кожу словно обожгло кипятком. Поняла, что не проронила ни единого слова, потому что не знала, что сказать. В голову не шло ничего, кроме интриги, посеянной Токаевым днем. Что же он задумал? – Я пойду в свою комнату, – еле выдавила из себя. – Конечно, иди готовься. Я тебя жду. Отправилась прямиком под холодный душ, чтобы остудить встревоженное тело. Я решительно не понимала, что за игры устроил отчим. О каком счастье вел речь? Разве я ему небезразлична? Он должен о маме думать, но никак не обо мне. Пришла в себя, когда зубы начали стучать от холода. Согрелась под горячим душем, обернулась полотенцем и надела стринги. Под то платье, которое я купила, подойдут только они. Платье… Блин… Оно в гостиной лежит на кресле, там, где я его и оставила. Надеюсь, отчим уже ушел в свой кабинет. Я быстренько в полотенце спущусь и заберу его. Но, как назло, столкнулась с Эмином Наильевичем прямо на лестнице. Он посмотрел на мою фигуру, закутанную в полотенце, и спросил строго: – Лиза, почему ты еще не оделась? – Из-звините, я сейчас. Десять минут, и буду готова. – Моя тетя не любит, когда кто-то опаздывает, – отчим протянул руку, и я почему-то подумала, что он собирается сорвать с меня полотенце! Но Эмин Наильевич только отлепил мокрую прядь волос от ключицы и убрал руки в карманы своих брюк. Сердцебиение участилось, а в ушах стоял гул. Я прошмыгнула мимо него, придерживая ткань, чтобы случайно не оголиться перед мужчиной. Схватила пакет с покупкой и бросилась к себе. За моими метаниями отчим наблюдал со снисходительной улыбкой. Спустя несколько минут я, одетая, вышла из спальни. На мне естественный макияж, никакой вульгарщины. Но неожиданно я поняла, что платье сильно короткое для семейной встречи и притормозила. Пойти переодеться в какое-нибудь другое? Но, судя по глазам отчима, который стоял и ждал меня внизу лестницы, оно ему пришлось по душе. – Ты прекрасна, – сказал он и подал мне руку. Я чуть с каблуков не навернулась, услышав эту фразу. Да что с ним такое? То не замечал меня, то комплиментами засыпал. Определённо Токаев преследовал какую-то цель. Буду весь вечер мучиться, пока не узнаю, какую. Мы вышли из дома, и Эмин Наильевич открыл передо мной дверцу своего черного Мустанга. Я села на переднее сидение и одернула подол платья. – Так куда мы поедем? – спросила робко. – В ресторан, моя дорогая Лиза…