23

Это пробуждение было самым приятным в моей жизни, но ровно до того момента как я поняла, что я одна, не считая слуг, в этом огромном замке.

Бетти нет, надо бы новую горничную себе найти. В связи с этим надеваю самое простейшее платье, с виду чуть лучше, чем у горничных. Вместо прически обычная коса, плюс под глазами еще синяки, скулы осунулись. И чего это ночью Шейн твердил, что я самая-самая.

Спускаюсь вниз. Есть хочется, поэтому я отправляюсь искать кухню и нахожу там кухарку.

— Здравствуйте…

— Здравствуй, — мельком взглянув на меня, продолжает чистить картошку. — Новенькая?

М-дааа. Ладно, так даже интересно. Новоявленной герцогине она ничего не скажет, а вот новенькой может быть. А уж как ни мне знать, что слуги в курсе малейших деталей личной жизни и хозяев, и друг друга.

— Ага. Новенькая, — вступаю я в игру.

— Тогда вот бери фартук и приступай! Там в чане замоченная посуда. Перемой для начала, а после приходи, дам тебе новое задание, — взмахом руки указывает направление мне дородная царица кухни.

Это будет даже весело. Я отношусь к тем редким экземплярам, которые любят мыть посуду. Да-да! Никаких посудомоечных машин! Руками! Для меня это своего рода медитация. Только при условии, что есть теплая вода. Поэтому воспринимаю это приключение как перезагрузку. Пока работают руки, голова отдыхает.

— А кормят здесь где? — все же решаю сначала добыть еду.

— Хм! Еще не работала ни минуты, а уже требует оплату, — беззлобно проворчала кухонная фея, — хотя такая худющая! Того и гляди ноги протянет! В доме пресветлого господина де Мередит никто не умрет с голоду! — Бросив нож в чан с нечищенными корнеплодами, кухарка тяжело поднимается и направляется к огромной печи.

— Вот, ешь, да приступай к работе. Мне лишние руки сегодня очень нужны. Хозяин распорядился приготовить шикарный обед. Никак его молодой супруге, храни ее святая Ииса, стало лучше! Очень уж плоха была, бедняжка. Такое слабое здоровье! — передо мной на столешницу огромного стола поставили тарелку с дымящейся кашей, большой ломоть свежеиспеченного хлеба с сыром и кружку молока.

— Завтрак для слуг у нас в семь! Завтра не опаздывай! — припечатала моя кормилица.

С удовольствием приступаю к завтраку. Все очень вкусно и масла в кашу не пожалели. Похоже слуги в замке Шейна вполне довольны жизнью и хозяином.

— А господа, что же уже позавтракали? — начинаю беседу.

— Так нет, хозяин с рассветом умчался, а уж госпожа так вовсе не встает с постели. В спальню никто войти не может, не велено под страхом смерти входить, да и невозможно это, печать стоит, не пропускает никого. А что это ты расспрашиваешь? — опомнилась словоохотливая кухонная фея.

— Да я так, просто. Подавать ли завтрак господам и все такое… — вновь пытаюсь усыпить бдительность кухарки. — Меня Кэсси зовут. А как к вам могу обращаться?

— А я стало быть Клотильда, все здесь зовут меня тетушка Кло,  — сменила гнев на милость богиня кухни.

—Тетушка Кло, а почему в замке так мало слуг? Явно не хватает людей, вот хотя бы даже на кухне, да и горничной у госпожи нет я слыхала? — Шерлок Холмс в деле! Эта игра меня все больше увлекает.

— Так господин почти всех разогнал! А Бетти, бывшая горничная ее светлости и вовсе сбежала, — понизив голос сообщила мне Кло.

— А чего сбежала? Украла что-то? — в тон ей говорю полушепотом.

— Да кто ее знает! Тут давеча столько шуму было! В тот день, как ее светлость заболела, хозяин сам ее на руках принес и всех слуг, что в доме были, разогнал. Таким страшным его никто еще не видел. Переживал, стало быть, за молодую хозяйку. Черным стал от горя-то! И… — совсем тихо продолжила кухарка, — вроде как она вот-вот отойти должна была, лекарь так сказал, когда на кухню-то заходил. Я ж тут как мышка сидела, чтобы гнев хозяина не накликать. Как же он один-то совсем? С голоду умрет, что ли? Да и молилась я за хозяюшку молодую нашу, чтобы пресвятая Ииса ее пощадила, не забирала к себе. А вчера хозяин сам пришел ко мне, счастливый такой, улыбался. И сам, — тетушка Кло сделала страшные глаза, — САМ! Стал готовить еду. Уж я его упрашивала позволить мне всё приготовить, пусть только бы сказал, чего желает, но он был непреклонен. Что за блажь на него нашла? Неужто моя стряпня разонравилась? — тут кухонная фея прижала в страхе руки к пухленьким щекам. Так ее эта мысль поразила и напугала, что она, попятившись, уселась на скамью и замолчала.

— Тетушка Кло, не переживайте вы так. Может хозяин хотел порадовать супругу. Сам своими руками. Кто ж его знает, чем молодая хозяйка болела? А может нельзя чего, — говор как-то автоматически скопировала у Клотильды, — мы же не знаем?

— И то верно! Ох, я уж испужалась… А то вдруг после стольких лет верой и правдой… И вдруг кого другого на мое место! А мне нельзя терять работу.

Начинаю мыть посуду и слышу рев… Это мой Шейн бешеными глазами смотрит на меня, в мгновение ока оказывается рядом, подхватывает меня на руки, отчего я в чан с посудой роняю тряпку. И умчался наверх, повергая тетушку Кло в ужас!