Глава 30

– Приехала, – констатировал, стоило мне зайти в гостинную, где Карим сидел в кресле и пил виски из бокала. – К десяти не успела.

– С Наташкой заговорилась, – ответила, улыбнувшись и сделав несколько шагов к нему.

Замерла на полпути, не получив поощрения идти дальше. А мне оно, оказывается, нужно. Увидеть в его глазах призыв, желание, потребность, чтобы показал, что мне нужно подойти. Дал хоть какой-нибудь сигнал. Что угодно.

Но он молчал. Смотрел на меня в упор и ждал, что я что-то сделаю сама. Подойду, обниму, сяду ему на руки. Мысли хаотично сменяли друг друга. Я таки сделала несколько шагов в его сторону, остановилась у его ног, в нерешительности застыла. Что дальше делать? Целовать, обнимать? Залезать к нему на колени?

Он сделал все сам. Схватил меня за обе руки и потянул на себя, усадил к себе на колени, прижал к груди. Жесткая ткань рубашки тут же царапнула нежную кожу чуть выше груди. В том месте, где не прилегала блузка. Стало неприятно и вместе с тем незабываемо.

Его запах щекотал ноздри, волновал, задевал рецепторы, заставлял дышать чаще. С удовольствием вести носом у его шеи, тереться кончиком по коже. Вдруг захотелось его поцеловать. Прижаться к его шее, ощутить вкус на языке, но я решилась только коснуться губами, а потом украдкой облизала губы.

– Нравлюсь?

Не понимала, зачем он спрашивал. И так ведь понятно, что да. Иначе не подходила бы к нему сама, брезговала. Старалась не задумываться. Карим мне нравился несмотря на то, какие отношения нас связывали. Ведь кто я ему? Удобная девушка, которой он уже не единожды оказал помощь. У нас идеальные отношения “покупатель-товар”, где я была явно не первым.

Пошевелилась у него на руках, чтобы прогнать мысли. Даже думать об этом не хотелось. Я тут не потому, что он этого хотел, и не чтобы отплатить за Наташку. А потому что я сама хотела этого. Вчера я ведь могла сама поехать к Дамиру. Предложить себя вместо Наташки, но не стала. Позвонила тому, кто, была уверена, поможет.

– Снова думаешь, – усмехнулся.

– Так заметно?

– Слышно. Ты даже дышать перестаешь.

Стало смешно, ведь я и правда даже не дышала, пока размышляла.

– Поужинаем вместе? – предложил.

Оторвалась от его шеи, от запаха, который полностью меня окутал, посмотрела в карие глаза с янтарной радужкой. Запнулась. Поужинать? А как же… все остальное? Зачем он меня позвал?

– Ну? Застыла. Задумалась снова. Ужинать предлагаю, будем?

– Да.

– Ну пошли.

Карим рывком стащил меня с колен и поднялся следом. Когда я едва не свалилась, поддержал меня за талию и повел на выход. Я же удивленно обернулась на пороге. Ужинать мы, судя по всему, собирались не в его доме.

В машине пахло кожей и им. Он сел на заднее сиденье, рядом со мной, притянул к себе так близко, что спустя пару минут его запах перебил все остальные. Я снова прикрыла глаза от удовольствия. Мне нравилось его нюхать. Странная я, наверное, нездоровая. Но реагировала на него неизменно. Наслаждалась им.

Всю дорогу молчали. Карим поглаживал меня по пояснице большим пальцем, задевал край футболки и проникал под нее. Вызывал пожар во всем теле, но при этом не продвигался дальше ни на сантиметр. И дышал при этом ровно, словно ему вот такие ласки и нипочем вовсе. Я же с силой сжала колени и будто невзначай положила руку ему на колено. Где-то внутри проснулось желание возбудить его. Подергать тигра за усы.

Едва заметно дернула рукой, провела пальцами по внутренней стороне его бедра и замерла, сделав вид, что заинтересовалась происходящим на дороге. Игнорировала его вдруг ставшее шумным дыхание. Провела пальчиками по брюкам и снова замерла, улыбнувшись про себя. Провоцировать его оказалось интересно. Чувствовалась опасность и вместе с тем правильность происходящего. Естественность.

Карим шумно выдохнул, но руку с моей поясницы не забрал и по прежнему не сдвинулся ни на сантиметр. Правда, я все же почувствовала, что ему не все равно, когда он ругнулся и, опрокинув меня за спинку заднего сиденья, впился поцелуем в губы.

– Провоцируешь, – пробормотал едва слышно, оторвавшись от меня всего на несколько секунд.

Отвечала ему со всей страстью, на которую только была способна. Блуждала ладонями по плечам, ласкала его шею. Даже не заметила, когда машина остановилась, и не поняла, что в салоне мы одни. Дошло, лишь когда Карим отстранился и рывком снял с меня футболку. Хотела было застесняться, да поняла, что не перед кем. Приученные у него, однако, люди. Вышколенные. Водителю и в голову не пришло нас прервать.

– Может, сначала поужинаем? – предложила в нерешительности, когда Карим потянулся к моим джинсам.

– Ужинать мы должны были, пока ты спокойно сидела. Сейчас мне не до еды.

Я только охнула, когда Карим стащил с меня джинсы и почти рывком усадил на себя сверху. Прошелся пальцами там, внизу, вызывая дрожь по всему телу, вынуждая охнуть и выгнуться назад, упереться лопатками в спинку переднего сиденья. От осознания, насколько я там влажная, стало стыдно. Щеки тут же вспыхнули, но Карим, разумеется, не мог меня видеть. Зато слышал мои громкие стоны, которые только дополняли мою влагу.

Я ждала, что он наконец войдет в меня, но Карим будто специально растягивал удовольствие, натягивал ниточку, которая заставляла только сильнее накаляться. Когда он вошел в меня, я дошла до состояния полной готовности его умолять об этом. Он жестко толкнулся в меня, замер внутри, а затем ускорил, нарастил темп. Вбивался в меня уже без жалости и осторожности. Брал то, чего хотел, давал то, чего я так жаждала.

Вцепившись в его бицепсы, стонала от удовольствия и подстраивалась под его темп. Охала под ним, закатывала глаза от удовольствия. Карим стал моим первым мужчиной, и теперь я впервые понимала, почему многие знакомые так помешаны на сексе. Этот процесс, он ведь незабываем. Соитие двух близких друг другу людей, охваченных страстью, максимальная близость, концентрация на руках и губах партнера.

Раньше я думала, что секс – это только по любви, а сейчас понимаю, что для этого достаточно партнера, который бы тебя возбуждал. Карим удивительным образом умел воздействовать на меня. То ли благодаря опыту за плечами, то ли потому что он был единственным мужчиной, который так сильно привлек меня внешне. Завоевал своей харизмой и немногословностью, подавляющей, сминающей под себя аурой, от которой невозможно было спрятаться.

– Иди сюда, – выпалил на одном дыхании, подтянул к себе ближе настолько, насколько это было возможно.

Я почти вдавилась ему в грудь, обхватила его за шею, прижалась грудью к подбородку, чувствуя горячее дыхание. По телу расползались мурашки, волоски на руках встали дыбом от переизбытка эмоций, а внизу живота на грани закручивалась пружина. Я дрожала в его объятиях, готовая в любой момент кончить. Царапалась, не зная, чувствует ли он хоть что-то. Мычала без остановки “пожалуйста”. Услышал Карим не сразу, но ускорил темп, чуть сменил положение, буквально несколькими толчками доводя меня до сокрушительного оргазма.

Он последовал за мной, рыкнул что-то мне на ухо, вдолбился последние разы и замер, приводя дыхание в чувство. Было громко, пошло и слишком влажно. Карим отстранил меня от себя, и я почувствовала, как по внутренней стороне бедра потекла его сперма, которую он тут же стер моей футболкой. Стало понятно, что ни в какой ресторан мы не поедем, да и неважно было уже. Никто из нас не был голоден.

Мои ноги подрагивали, сердце билось в ускоренном ритме, дыхание не позволяло сказать и слова. Тело содрогнулось от холода. Я отошла от оргазма и поняла, что на улице давно не лето, а в машине, видимо, отключили подогрев. Карим протянул мне свой пиджак, в который я тут же укуталась.

– В ресторан едем? – спросил почти уже ровным голосом.

– В таком виде?

– Мне нравится.

– Я не поеду так, – воспротивилась, представив, что только обо мне подумают в ресторане. – Ни за что!

– Тогда закажем?

– Отвезешь меня домой, я не голодна.

Выпалила и замерла, не решаясь даже посмотреть на него. Решение возвращаться домой после встреч с ним приняла еще днем. Что я буду делать в его огромном доме и на каких правах находиться там? Понятно, что хозяйкой мне никогда не стать, а значит, и жить не имело смысла. Нам было хорошо вместе в сексе, мы могли ездить в рестораны, встречаться на его территории, но жить с ним под одной крышей я была не обязана. Не хотела пускать его дальше своей постели, потому что чувствовала, что он и так пробрался слишком далеко. Непозволительно!

– Домой?

Он переспросил. Вроде бы спокойно, но я-то понимала, что это обманчиво.

– Я готова делить с тобой постель, но не жить в твоем доме.

– Почему?

– У меня своя жизнь, – мотнула головой, решившись посмотреть ему в глаза. – Я снимаю квартиру и работаю.

– Ты уволилась, разве нет?

– Уволилась, но собираюсь искать работу, – объявила. – Я не могу просто закрыть на все глаза и жить в твоем доме. Мне там одиноко.

Я не хотела говорить ему о своих проблемах, открывать душу. Для меня было неприемлемо оставаться в его доме все время, я должна была учиться жить отдельно от него, чтобы потом, когда мы снова расстанемся, я опять не собирала себя по крупицам.