19

— Где Софи? Не молчи, Массимо! Я должна быть уверена, что наша дочка в порядке. Наша! Она наша малышка!

— Я уже ответил и повторять не собираюсь.

— Её точно забрали? У вас несколько вертолётов?

— Молчи, шлюха!

— Если хочешь, наказывай меня, но не вымещай злость на Софи! Умоляю, выслушай меня! То, что ты увидел, выглядело очень плохо, я знаю, но…

— Почему же плохо? Я бы сказал, что тебе было очень даже хорошо.

— Не перекручивай мои слова! Я бы никогда не была с другим мужчиной, если бы знала, что ты жив. Я вообще ни с кем не была до Зверя, а с ним мне пришлось… Если не веришь мне, спроси кого угодно. Брат уговаривал меня выйти замуж, но я отказалась. Можешь спросить у Орсона…

— О да… — Скалится. На лице такая ярость, что страшно. — Я обязательно поговорю с твоим братцем, ещё как поговорю!

Чёрт… Упоминать брата было плохой идеей. Если Орсон был причастен к исчезновению Массимо, то примирение между ними невозможно. Мне тоже придется сделать выбор, хотя он не будет таким уж сложным. Я люблю брата, он спас мою малышку и позаботился о нас. Но если он все это время лгал о Массимо и не подпускал его ко мне, то нам с братом больше не по пути.

Я всегда выбирала Массимо, и ничего не изменилось. Я любила его, страдала по нему, отомстила за него и уж точно никогда бы ему не изменила.

— Я ненавидела отца за то, как он с тобой поступил. Ты не знаешь, как он погиб…

— Почему же, знаю. — Искоса смотрит на меня и усмехается. — Ты всегда была хитрой лисичкой, Белла Агати. Сладкой и хитрой. — Его взгляд туманится поволокой, и во мне зарождается надежда, что он сможет меня простить. Ведь прошло много лет, и мало кто осудит меня за то, что я была с другим мужчиной. Никто не посчитает это изменой.

Кроме меня самой, конечно. Я своя самая строгая судья.

— Тебя долго не было, Массимо, и ты очень изменился. Стал жестче, почти жестоким. Раз ты знаешь, что случилось с моим отцом, то наверняка поверишь, что для меня ты всегда был на первом месте. Если Орсон причастен к твоему исчезновению, я никогда ему этого не прощу и обязательно отомщу. Так и знай.

— Мстительная, коварная лисичка. — Говорит тягуче, жарко, но в глазах сверкает ненависть.

— Что с тобой случилось, Массимо? Где ты был? Пожалуйста, расскажи мне! Когда мой отец выстрелил тебе в спину, свидетели подтвердили, что ты умер. Твоё тело положили в багажник и сбросили в реку. Где тебя держали?! Массимо, почему ты отворачиваешься? Клянусь, я всё сделаю, чтобы снова завоевать твоё доверие!

Хмыкает. Откидывается на сиденье и демонстративно кладёт руку себе на пах.

— Давай, завоёвывай! Надеюсь, Зверь научил тебя сосать, а то раньше ты клевала член, как кура.

— Зачем ты так? — В моем голосе слёзы.

— Время вопросов истекло. Соси!

Что с ним случилось за эти годы? Он очень сильно изменился.

Однако я сама сказала, что все сделаю, чтобы завоевать его доверие. Никто не тянул меня за язык.

В вертолете тесно. Отстегиваю ремни безопасности, карабкаюсь на колени на сиденье.

Мне жутко.

Никогда бы не поверила, что буду так себя чувствовать, узнав, что Массимо жив и хочет моей ласки.

Хотя нет, это не ласка, а принуждение. Мне страшно признаваться в этом самой себе.

На мне только футболка Зверя, которую Массимо подхватил на выходе. Она висит на мне балахоном. Принюхиваюсь к ноткам запаха Зверя, и почему-то становится спокойнее. Даже странно.

Склоняюсь над Массимо.

Расстегиваю ширинку чёрных джинсов. Моя рука замирает над прикрытым боксерами членом. Уже твёрдым.

— Рот открой и соси уже! — приказывает раздраженно.

Высвобождаю член. Он был моим первым, и, я надеялась, единственным. Поглаживаю его по всей длине, стираю слёзы, капающие из моих глаз.

— Никогда бы не подумала, что ты будешь так…

— Что?! Терпеть? Ты права, я не собираюсь больше терпеть.

Надавливает на затылок, прижимая моё лицо к его паху. Он знает, что я имела в виду совсем другое, но наказывает меня.

Это несправедливо. Вернее, мне кажется, что это несправедливо, но я не знаю, какое наказание заслужила женщина, изменившая любимому мужчине через несколько лет после его смерти. Измена ли это?

— От тебя несёт Зверем. — Массимо матерится. Резко тянет меня за волосы, поднимает и одним грубым движением сдирает с меня футболку Зверя.

Остаюсь совсем голой.

Массимо осматривает меня с головы до ног.

— Шлюха замызганная! Ты вся в его сперме!

На внутренней поверхности моих бедер следы недавнего секса.

Приподнявшись, Массимо дергает меня за волосы и с силой запрокидывает мою голову.

— Тебе понравилось, как Зверь тебя драл?! Говори, понравилось?

Он так сильно тянет за волосы, что я еле дышу от боли. Однако выдавливаю из себя ответ.

— Мне понравилось, что Зверь не принуждал меня, не бил, не причинял боль. А ты сейчас делаешь мне очень больно и заставляешь делать то, чего я не хочу.

— Не хочешь? Так как же ты собираешься завоевать моё доверие, если не ртом и задницей? — Гадко усмехается.

Это не Массимо. Он никогда таким не был. С ним сделали что-то страшное. При мысли, что моя семья имеет к этому отношение, болит сердце.

— Если ты стал таким жестоким и грубым, то мне не нужно твое доверие. И ты таким мне тоже не нужен.

Плачу этими словами. Немыслимо, что могу такое сказать Массимо — мужчине, который был моей жизнью. Повторяю про себя снова и снова, что он в состоянии аффекта и впоследствии придёт в ужас от своего поведения.

— Массимо, прошу тебя, опомнись! Мы с тобой любили друг друга и были счастливы. У нас есть Софи. Ты полюбишь её всем сердцем, вот увидишь! Она очаровательная малышка. Пожалуйста, не выбрасывай наш шанс стать семьёй из-за того, что я отдалась Зверю.

— Куда он тебя драл?! В какие дырки?

Кто о чём…

— Массимо, это не ты! — кричу, вырываясь. — Ты никогда не был таким!

Внезапно он подскакивает на ноги, еле разворачивается в тесном пространстве.

— Да что ты вообще обо мне знаешь?! Ты никогда меня не знала! — орёт.

— Я знала и любила тебя. Ты спас мою жизнь и честь. Ты любил меня и подарил мне чудную дочку. Время ожесточило тебя, но, если ты дашь мне шанс…

Массимо смотрит на мои губы. На секунду мне кажется, что он хочет меня поцеловать. Что он смягчится и откроет душу прощению.

Но потом он спрашивает.

— Зверь трахал тебя в рот?

— Какое это имеет значение?! — кричу, пытаясь накинуть на себя футболку.

Его лицо искажает бешеная ярость. Он отталкивает меня с такой силой, что я ударяюсь головой и чуть не теряю сознание.

— Зверь загадил тебя везде. Шлюха.