47

Нари невинно хлопает глазами.

— Желейный торт с фруктами. Вон тот. Передай, пожалуйста, а то мне не дотянуться, — повторяет почти по слогам.

Что она сказала? Брат избавился от Зверя?!

Перевожу взгляд с Нари на Орсона и обратно.

— Я вам обоим надену этот желейный торт на головы, если вы мне срочно не объясните, что происходит! Орсон? Что Нари имеет в виду, когда говорит, что ты избавился от Зверя? Да отвечай же ты наконец!

— Придется самой взять торт. — Картинно вздыхая, Нари обходит стол с тарелкой в руках и кладет себе торт, как будто ничего не происходит. Как будто я не схожу с ума на ее глазах.

Обхожу стол с другой стороны и трясу брата за плечи.

— Что ты с ним сделал?! Говори сейчас же! Зверь спас мне жизнь, и он спас Софи тоже. Если ты причинил ему вред, это нечестно и неправильно. Я тебе сказала об этом, когда мы были в офисе. — Мой голос становится звонким и слезливым, но мне наплевать. Сжимаю в кулаках рубашку брата и трясу его изо всех сил. — Что ты с ним сделал?

Нари подходит к нам с тарелкой в руках.

— Вопрос о Звере кажется мне полностью закрытым. А тебе? — обращается к Орсону. В ее голосе звенит ирония.

— Мне тоже, — невозмутимо отзывается тот. — Наглухо закрытым.

— Вы ещё посмейтесь надо мной! — рычу раздражённо. — Зверь жив?

— Да, он жив. Я его не трогал. Была бы честь! — Брат фыркает.

Терпеть не могу моих родственников! Все они бесстыжие манипуляторы. Если они думают, что доказали мне что-то важное, то глубоко ошибаются.

Гордо задрав голову, возвращаюсь на свое место. Кладу себе желейный торт, хотя терпеть его не могу.

— Вот и хорошо, что Зверь жив. Не надо его убивать. Пусть уедет подальше отсюда и живет там, не вылезая из своей гадкой норы.

Хочу добавить, что его нора полна бесстыжих голых девиц, но не могу, потому что это было бы проявлением ревности, а я совершенно точно не ревную.

Пару минут в столовой царит тишина, а потом мой бесстыжие родственники разражаются смехом. Напугали меня до полусмерти, а теперь веселятся от души.

Набираю в ложку побольше желе и собираюсь метнуть его в брата, и тогда он поднимает руки. Показывает, что сдается.

— Не злись, Белла. Видела бы ты себя со стороны, тоже бы рассмеялась. Когда Нари сказала, что я избавился от Зверя, ты взлетела в воздух и завопила, как будто тебя режут.

— И ты считаешь это смешным?

— Нет. Смешными я считаю твои слова, что ты «закончила со Зверем», — изображает кавычки пальцами. — Ладно, ладно, не будем спорить. Нари, прекрати хихикать, а то Белла и правда кинет в тебя торт. Ты её знаешь, у неё нет никаких тормозов. Лучше скажи мне, Белла, какие у тебя планы?

— М-м-м… Дай подумать… Мои планы… Во-первых, я больше никогда не буду разговаривать с Нари, да и с тобой тоже. А во-вторых…

Знаю, что брат спрашивает о Массимо. Я сыграла хорошую партию у него в офисе, но это не значит, что я настолько самонадеянна в действительности.

Вздохнув, признаюсь.

— Я пока что не знаю, что делать с Массимо.

— Массимо больше нет, — раздаётся знакомый голос за моей спиной.

Вскакиваю как ужаленная.

Зверь?!

Откуда он… Что он… Как?!

Зверь стоит в дверях столовой в сопровождении охраны. Без наручников. Просто стоит и убивает меня взглядом.

Отвечаю ему тем же.

— Ты убил Массимо?!

В ответ он насмешливо изгибает бровь, подтверждая мою догадку.

— Как ты посмел?! Я тебе не разрешала!

— Я сам себе разрешил. Если тебя это тревожит, то знай, что Массимо умер в честном бою.

— Меня тревожит только то, что ты нагло вмешиваешься в мою жизнь!

За моей спиной раздается невозмутимый голос брата.

— Нари, дорогая, можно попросить ещё кофе?

— Да, конечно, любимый.

Притворяются, голубки. Издеваются надо мной.

Оборачиваюсь. Если бы можно было испепелить взглядом, мой брат уже превратился бы в кучку пепла.

— Ты отпустил Зверя?

Происходящее кажется нереальным, за гранью понимания.

Продолжая пить кофе, брат пожимает плечами.

— У меня были на то весомые причины.

— Весомые? Он и тебе кого-то принёс в связанном виде?! Ты сошёл с ума, Орсон? Ты пустил давнего врага в дом, где живут твоя жена и дети?!

Брат поворачивается к жене.

— Дорогая, как ты думаешь, я сошёл с ума?

— Мне так не кажется, любимый.

Эти комики… Я ещё до них доберусь! Устрою им… по первое число…

Снова поворачиваюсь к Зверю.

— Чего ты добиваешься?!

Делает едва уловимое движение подбородком, показывая в мою сторону. Удивительный талант общения! Меня он, видите ли, добивается… Ещё чего! Размечтался…

Готовлюсь огласить весь список причин, по которым не собираюсь иметь со Зверем ничего общего, когда дверь в столовую внезапно распахивается.